Поклянись, что никто не узнает... (СИ)
Я принялась поправлять задравшийся подол, пытаясь скрыть эти развратные чулки, и с моего плеча как на зло окончательно свалилась бретелька платья, частично явив взору Котика верх моего белья, от чего я залилась краской еще больше. Нет, я конечно не раз фантазировала о том, как он увидит мое бельё, но не думала, что это случится на самом деле, да еще и при таких обстоятельствах! Павел Андреевич нервно сглотнул, ослабив тугой узел галстука, а затем снял пиджак и набросил его на мои плечи, сдавленно проговорив:
- За мной, Ларина. И ты тоже.
Преподаватель бросил уничтожающий взгляд на Тима и тот, потупив взор, последовал за нами. Студенты ошеломленно косились на нашу странную делегацию. Растрепанная я в длинном мужском пиджаке, закрывающем мое платье так, словно под пиджаком его вовсе и не было; мокрый Тим практически в чем мать родила; и возглавлял эту колонну взбудораженный Павел Андреевич. Ну спасибо тебе, братец, умеешь подбросить дерьма на вентилятор!
Ладно! Вот только не надо меня осуждать! Знаю, что во всем случившемся есть и моя вина. Совсем немного. Вот такая капелюшечка. Но как я могла спустить Тиму с рук гибель моей любимой блузочки? Как вспомню о ней, так сердце кровью обливается.
В кабинет Котика оба вошли как на эшафот, скорбно склонив голову. Нервно вышагивая по комнате, Павел Андреевич продолжал причитать.
- Такое позорище на мою седую голову! Ладно Ларина, но ты, Тимофей! Гордость нашего института!
Ауч, а вот это было обидно. Что значит: ладно Ларина? Поспешила озвучить свое негодование.
- Знаете что, Павел Андреевич, - слезно начала я, вперившись глубоко обиженным взглядом в его идеальное лицо. - Может Макаров тут и самый умный, но у меня за все время не было ни одного нарекания! Ни одного!
- Ладно, прости, Элиза, - вроде как даже смутился тот, но тут же вспомнил о том, кто тут главный. - Так, ты мне зубы не заговаривай! Живо объясните какого черта я увидел то, что уже вряд ли смогу развидеть?
- Элиза украла мою одежду, пока я был в душе после физ-ры! - тут же выдал этот Павлик Морозов.
- Да, я это сделала, - решила не юлить я. - Но спросите почему! А потому, что Макаров изрезал мою брендовую блузку!
Усевшись на стул, преподаватель с силой сжал пальцами переносицу.
- Господи, детский сад какой-то, - пробормотал он, покачав головой. - Ларина, Макаров, вы будущие юристы, а ведете себя как неадекваты. Вы понимаете, где учитесь? Я не позволю позорить честь нашего ВУЗа. Еще раз подобное повторится и вылетите отсюда с позором. Поняли?
Мы оба кивнули и, потупив взор, развернулись к выходу.
- Я разве сказал, что это все? - полетел нам в спину строгий голос Котика. Ух, даже и не подозревала, что он может быть таким грубоватым, таким решительным и властным. Как же это сексуально! Упс, Элиза, прием! Что-то тебя опять не туда понесло. Наверное всему виной его запах, который я так жадно вдыхала, почти уткнувшись носом в ворот пиджака. - Вы нарушили дисциплину и оба заслуживаете наказания. Неделя отработки! Макаров, будешь помогать Александру Геннадьевичу в зале, а ты, Ларина…
Преподаватель задумался, явно придумывая наказание поизощренней.
- А ты, Ларина, будешь мыть полы в аудитории и у меня в кабинете. Как раз сделаешь доброе дело, а то наша техничка Анна Платоновна ревматизмом мучается.
- Но… Павел Андреевич! - возмущенно воскликнула я.
- Две недели! - отрезал мужчина, сведя брови на переносице.
- Это несправедливо! - не унималась я.
- Действительно несправедливо, сделаем три!
- Нет уж, давайте две, - слишком поздно спохватилась я и попыталась выторговать хоть небольшую поблажку.
- Вот и отлично, - подытожил Котик. - Идите, Макаров, приведите себя в порядок, а вас, Ларина, я попрошу остаться!
Глава 5
Замерла, завороженно уставившись на объект своих совсем недетских фантазий. Интересно, Котик сам-то понимает какой эффект оказывает на противоположный пол? Пиджак, все его чертов пиджак. Нужно как можно скорей избавиться от него. Этот совершенно мужской запах сводит меня с ума.
- Я понимаю, что ты считаешь, что я поступил с тобой несправедливо, но скажи спасибо, что я еще не собираюсь сообщать о произошедшем твоим родителям. Это был твой первый страйк, Элиза.
- Я поняла, - еле смогла вымолвить я.
- Отлично. Останешься завтра после пар. Подойдешь к Анне Платоновне получишь инвентарь. Ах, да, я напоминаю, что завтра у нас семинар. Пропустишь — считай не сдала зачет по предмету. Впрочем, я уже говорил об этом всем на паре. Тебе все ясно?
- Да, Павел Андреевич.
- Хорошо. Подготовься как следует. Попроси о помощи Макарова, раз у вас с ним настолько близкие отношения.
- Ну Павел Андреевич, прекратите издеваться! - застонала я, снова покраснев, и клянусь светлой памятью давно почившей бабули, я заметила мимолетную улыбку на его прекрасном лице, которое тут же стало снова предельно серьезным.
- Думаю, тебе лучше будет поехать домой и переодеться. Ступай.
- Хорошо. Спасибо.
Преподаватель замолк, а я все нерешительно топталась в дверях.
- Что-то еще, Элиза? - удивленно поинтересовался он.
- Я… эм… должна вернуть вам пиджак, - пропищала я, понимая, что не могу этого сделать. Не идти же мне в таком виде до аудитории! Мой жакет мирно покоится там, прямо на полу.
- Нет! - пожалуй, слишком резко воскликнул Котик, нервно сглотнув. Стремительно подойдя ко мне поплотней запахнул полы своего пиджака, старательно отводя взгляд от моего декольте и пытаясь из последних сил смотреть мне прямо в глаза и ни на сантиметр ниже. Господи, если бы только он знал, что от этого, ничего не значащего взгляда, у меня ноги подкашиваются! - Иди, Ларина, отдашь на следующей паре, когда вернешься.
- Хорошо, я пошла, - пролепетала я, насилу оторвавшись от этих умопомрачительных глаз.
Когда вернулась в аудиторию, была встречена всеобщим смехом и улюлюканьем.
- Да идите вы! - шикнула я, высоко подняв голову, и прошествовала к своему месту. Про себя отметила, что Тима на его месте не было, видимо кто-то все же дал ему одежду. Кажется, возвращаться домой сейчас не лучшая идея, родителей дома нет, а значит… Но что мне оставалось делать? Если я не появлюсь на второй паре гражданского права, Котик точно меня убьет.
- Эль, это что было сейчас, черт возьми? - тут же подскочила с места Ксю, и рядом тут как тут материализовалась Алёнка.
- Ничего нового. Мне нужно идти, - устало отмахнулась я. Меньше всего после такого эмоционального взрыва мне хотелось объясняться с подругами. Я чувствовала себя опустошенной и глубоко несчастной. Правильно говорят, что месть ни к чему хорошему не приводит. Одна моя малюсенькая шалость, а последствия теперь лопатой разгребай целых две недели. Точнее шваброй и тряпкой. От предстоящей перспективы быть личной поломойкой Котика хотелось пристрелиться. Хотя… а что это я в самом деле? Это ведь такая шикарная возможность быть к нему ближе. Он и я… одни в пустом кабинете. Тут же перед мысленным взором возник этот взгляд, которым он сегодня так смотрел на меня… или это все же мои фантазии?
- Ты серьезно, Эль? - вывел меня из раздумий голос Ксю. - Нам нужны некоторые объяснения после того как вы с Макаровым чуть не поимели друг друга на глазах целой аудитории!
- Опять ты за свое! - закатила я глаза, чуя как начинаю беситься от повернутости Ксю на этой теме.
- Серьезно, Эль, вы вытворяли такое, что если б я была мужиком, у меня бы точно встал, - хохотнула Алёнка, и Ксю дала ей пять.
- О, боги, от ваших слов мои бедные уши будто только что потеряли невинность, - застонала я, прикрыв оные ладонями.
- Звучит очень двусмысленно, - хохотнула эта рыжая зараза.
- О, просто заткнитесь обе! - не выдержала я, схватив со спинки стула рюкзачок и принявшись запихивать туда конспекты.