Кошка (СИ)

Через полчаса плесканий Катя всё же вышла на берег и укуталась в полотенце, которое я протянул к ней.
— А ты чего не купался? — спросила Катя, улыбаясь мне.
— Следил чтоб тебя акулы не съели. — заметил я.
— А ты оказывается герой, готов рискнуть своей жизнью ради меня.
Моя бровь приподнялась от такого заявления, но я ничего не ответил, я и сам не знаю, бросился бы в воду, если на неё напали бы акулы. По идее бросился, так должен сделать любой настоящий мужчина, но точно ответить сам себе не смогу.
Катя подошла ко мне и мурлыкнула мне чуть ли не в губы.
— Может займёмся сексам, тут, сейчас?
Отстраняюсь, качая отрецательно головой.
— Если не хочешь провести эту ночь в каталажке, не будешь даже думать о сексе в общественном месте.
— Ой, да ладно, неужели тут так всё строго.
— Да! Так что, давай без выкрутасов, мне как-то не улыбается провести ночь в местной тюрьме.
Катя томно улыбается и говорит:
— Ну тогда давай вернёмся в отель.
— А ресторан?
— Закажем ужин в номер.
— Хорошо. — соглашаюсь я и быстро собрав вещички, повёл Екатерину в отель.
Секс, это наверное единственное, чем Катя занималась без устали и с превеликим удовольствием.
За один её минет можно душу продать, и я бы продал если бы не одно, "но"… я всё ещё надеялся когда-нибудь встретить на своём пути Алину, встретить и больше не упускать.
— Даня, ты о чём думаешь? Что-то твой боевой настрой снижается.
— Ни о чём я не думаю. Ты ротиком лучше работай и настрой не упадёт.
Катя кривит свой ротик в недовольной гримасе, но опускает свою голову к моему паху и вбирает себе в рот мой член.
Она вновь старательно посасывает его, причмокивая, водит языком от основания к головке, слизывает капельки естественной смазки и снова натягивает свой рот до основания члена.
" Интересно, а она тоже на огурцах тренировалась? " — мелькнула мысль от чего я улыбнулся и придерживая Катю за голову, сделал пару поступательных движений ей в рот. Немного отстранился и снова начал трахать её рот, пока не кончил с протяжным рычанием.
— Боже, какой ты сладкий, — промурчала Катя, слизывая мою сперму со своих губ. — теперь твоя очередь попотеть над мной, — продолжила она, уволившись рядом со мной и раздвигая ноги пошире.
Ухмыляюсь и накрываю её тело своим.
Катя как и многие женщины любила прелюдии, но иногда на неё находило, и её накрывало жаждой жесткого, звериного секса, вот и сейчас она укусила меня за губу, сильно, до крови.
— Ну же, трахни меня как следует. — прорычала она мне в губы.
Меня долго уговаривать не надо, я лишь грубо ввел в неё палец, чтоб проверить достаточно ли влажна она, а потом грубо, резко, вошел в неё, до самого основания своего члена.
Снова вышел и снова вошел.
Меняю немного позу, закидываю её ноги себе на плечи и уже без остановки трахаю её, раз за разом срывая с её губ громкие стоны.
Она царапала мне спину в кровь, кусала мне плечи и грудь, а я скрепя зубами, вбивал её в постель.
Почувствовал что ещё немного и кончу, вышел из неё, достал из прикроватной тумбы призерватив и натянул его себе на член.
Когда-то я сказал, что крышу у меня сносит только в присутствии Алины, и это так, лишь только рядом с ней я не могу контролировать своё желание, остальные лишь только её тень.
Натянув презерватив, я переворачиваю Катю на живот и ставлю её на четвереньки.
Вновь ввожу в неё член и снова трахаю так, что она прогибается до постели, стонет, всхлипывает и царапает пастель своими когтями, благо шелк выдерживает.
Секс с Катей всегда бурный на физические чувства, но как только я кончаю, выхожу из неё и иду в душ.
После секса в Алиной, никогда не ходил, а после остальных всегда хожу, будто пытаюсь смыть с себя грязь измены.
Следующие два дня Екатерина таскала меня по бутикам, где скупала шмотки и золотые побрякушки, а так же в ресторан при отеле, где некоторые десерты и напитки подают с золотой стружкой.
Следующие три дня мы провели в гостях у Саида иб Бан Харджиба. Для меня эти три дня были каторгой, ещё бы постоянно следить чтобы Екатерина не выкинула какой-нибудь фортель, или не нарушила какой-нибудь закон, хоть государства, хоть гостеприимства.
 
Как оказалось Саид к этому времени обзавёлся не только женой, но и четырьмя детьми, три дочери и сын, что ещё нужно мужчине, ну наверное ещё пару сыновей, а так — Саид весьма счастливый человек.
Ещё через пару дней Екатерина потащила меня в Марина Молл, там якобы продают ожерелье с бриллиантами и жемчугом, которые ей так хочется заполучить.
Ни такси, ни машину я решил не брать, просто повёл Катю до Марин Молла пешком.
Походя рядом с полем для крекета, Катя вдруг предложила:
— Дань, а давай на обратном пути сыграем на желание.
— Ты хоть умеешь играть? — усомнился я
— А это имеет значение? Если я выиграю, то ты исполняешь любое моё желание, без возражений, если ты, то я исполню твое желание, тоже без возражений.
— Я никого убивать не буду.
— А я и не прошу, — лукаво ухмыльнулась она.
— А тебе не кажется, что крикет это командная игра, и двух людей явно мало для этого. — заметил я.
— И в кого ты такой умный? — нахмурилась она.
" А в кого ты такая глупая? " — хотел спросить я, но вовремя придержал свой порыв.
Как только мы прибыли в Марина Молл, Екатерина сразу потащила меня к ювелирному бутику, где в конце концов выклянчила своё ожерелье, но как только она его заполучила, повисла на моей шее, целуя жадно меня в губы.
По инерции отвечаю, придерживая её за талию, конечно, умом я понимаю, что в общественном месте проявление страсти катит под статью " Публичный непристойный поступок", но я готов был оплатить штраф.
Катя похоже была готова зайти и дальше, но… но это просто наваждение, этот аромат, ваниль с кокосом, он отрезвляет, он манит и я оторвавшись от губ Кати оглянулся.
Народу тут было много, как местных, так и туристов.
Мой взгляд скользил от одного человека к другому, но не мог ни за кого зацепиться. Лишь на мгновение я остановился на женщине, что стояла ко мне спиной. На ней было одето синие платье, которое скрывало ноги и чёрная химара.
Рядом с женщиной шел мальчик лет семи, а на руках у маман был пацан двух лет от роду, но на удивление с тёмно-пепельными волосами.
В своей жизни я видел лишь двух людей у которых были пепельные волосы, моя бывшая американская сокурсница Бекки Молитон и Ольга Львова — мать Алины, теперь ещё и этот пацан.
Мои мысли прервала Катя, надув губки она хмуро спросила:
— Дань, ты чего на неё смотришь?
— Ничего, я просто задумался. — сказал я, хотя ловлю себя на том, что действительно смотрю как плавно идёт та арабская мамзель, и на то, что эти длинные тряпки не скрывают, как покачиваются её бёдра при ходьбе.
— Даня! Хватит на неё пялиться. — возмутилась Катя ещё больше.
— Да угомонись ты уже, не пялюсь я на неё. — рыкнул я, и тут же понизил голос, увидев как вздрогнула мамзель и как её младший сынишка посмотрел на меня своими огромными синющими глазами.
" Вот те раз, в первый раз его вижу, а такое ощущение, что знаю всю жизнь. Бред какой-то! " — мелькнула мысль.
— Пошли уже. — сказал я Екатерине, хотелось уйти подальше, пока мой мозг не сыграл с со мной шутку, которая приведёт меня в психушку, в лучшем случаи, а в худшем, в каталажку, а то уже хотелось кинуться к той мамам и проверить не Алина ли это?
Нет, умом понимаю что не она, а вот сердцем нет, оно кровью обливается и истошно вопит, что это она.
Катя возражать мне не стала, пошла рядом со мной, обсуждая куда она ещё хочет попасть, пока мы находимся в Объединённых Арабских Эмиратах.
Глава 26.
От Алины.
Давно я не была в России, вот и родители причитают, что Игнат в этом году в школу пойдёт, а они его практически не видели, он чаще у бабки Иры был, а не у них, а Серёжу они вообще не видели, фото и скайп не в счёт.