Эскортник (СИ)
Она легла на кровать дочери и прикрылась мягким одеялом, на котором уютно свернулись розовые кошечки. Тогда, в больнице, всё бельё было серое и влажное, а одеяло тонкое и колючее. Деловитая медсестра делала анализы и смотрела на Элю, как той показалось, с брезгливостью и презрением. Ей дали наркоз, и она уже ничего не чувствовала и не помнила. Процедура прошла быстро, и ребенок, её и Лёшека ребёнок, больше не существовал. Отлежавшись несколько часов, выслушав инструкции и приняв от медсестры обезболивающие таблетки, Эля, ощущая пустоту во всем теле, поплелась домой. Все праздники она провалялась в постели в своей голой, неуютной комнате, почти не ела и плохо соображала, что же ей делать дальше.
Необходимость идти на работу заставила встать под душ, одеться, подкрасить глаза, выпить кофе. Жизнь продолжалась, и постепенно Эля вышла из депрессии, познакомилась с несколькими девушками-ровесницами, начала ходить с ними в кино и в клубы. Потом появились новые парни и, где-то через год, Гена. Он заслонил собой весь мир — большой, сильный, надёжный. Его присутствие успокаивало и защищало: он никогда не оставит её делать ужасный выбор в одиночестве. Любовь? Она уважает его и доверяет ему, со временем, она научится любить его, это придёт позже. Безумие притяжения? Попробовала, с неё достаточно. Гена повёз её в Париж и, встав на одно колено на верхушке Эйфелевой Башни, сделал ей предложение. Это было одновременно вычурно и банально, но огни так красиво освещали бурливший внизу город, бриллиантовое кольцо отражало их блики, и она согласилась.
Даже стараясь всё забыть, Эля иногда невольно представляла себе: а что, если бы я поступила по-другому? Как бы тогда сложилась моя жизнь? Каким бы он был, наш с Лёшеком сын? Или она, девочка, с серо-зелёными, как у отца, глазами? Но что сделано, то сделано. Она выбрала правильно. Постепенно, Эля стала думать об этом ребёнке всё реже. Кому же нужно, чтобы она опять разворошила прошлое и заново пережила эту боль?
Глава 14
Женись!
“В любви всегда один целует, а другой лишь подставляет щёку”.
— Спасибо за завтрак, — Макс доел яичницу и вымазал последние капельки желтка кусочком надетого на вилку хлеба. Потом отправил его в рот.
— Как же тебя не покормить, ты ведь всю ночь так старался! — Ленка уселась к парню на колени, обняла за шею и поцеловала. — Но предупреждаю — кроме глазуньи, я ничего готовить не умею!
— Зато у тебя куча других приятных навыков, — Макс потрепал девушку по спине.
— Что мы сегодня будем делать? Только не говори, что твоей «подружке» Герману опять понадобится помощь!
— Ты же знаешь, я не могу ему отказать. Но сегодня вряд ли. Я весь — твой. Хочешь поехать за город?
— К фонтанам?
— Давай лучше на озёра — там можно и лодку напрокат взять, — с фонтанами были связаны лучшие воспоминания его жизни, и он оберегал их.
— Ууу! Как заманчиво — посмотреть как ты гребёшь без футболки!
Они встречались уже почти месяц, и Макса пока всё устраивало. Он сказал матери, что скоро познакомит её с Ленкой, купив этим себе время. Ещё немного и он накопит достаточно на однушку не совсем у чёрта на рогах. Тогда можно будет разъехаться и вырваться из-под постоянного контроля. К сожалению Ленка решила поиграть в любовь и предъявляла всё больше претензий на его внимание.
Народу на озёрах было много — казалось, сюда опустошился весь город, жители которого жадно старались использовать последние тёплые дни неожиданно долгого в этом году бабьего лета. Макс с Ленкой стояли в обнимку в очереди за лодками, когда от группы поедавших мороженное девчонок отделилась Лиза и подошла прямо к ним. «Ну что за дела, — в панике подумал Макс. — Больше пяти миллионов людей, а я как с Ленкой ни выйду, всё на Лизу натыкаюсь!». Но по телу разлилось внезапное тепло, и он был счастлив видеть её явно здоровой. Широкие мягкие светлые брюки и обтягивающая футболка сидели на ней гораздо лучше, чем на Ленке — её платье, творение какого-то знаменитого итальянского дизайнера.
Лиза лучезарно улыбнулась им:
— Привет!
— Привет! Лена, познакомься, это — Лиза. Лиз, это — Лена, моя… Знакомая.
Ленка зло фыркнула и ещё крепче прижалась к нему.
— Макс, — Лиза выдержала паузу, давая понять, что знает его настоящее имя. — Папа мне всё рассказал. Я давно хотела поблагодарить, но у меня нет твоего телефона.
— Не за что, я рад, что всё обошлось, и ты жива и невредима!
— Нажираться меньше надо, — Ленка смотрела на Лизу с явной неприязнью и ревностью.
Макс выкрутился из Ленкиных объятий и, взяв Лизу под руку, отошёл с ней от очереди.
— Лиза, я не знаю, что тебе сказать, — растерянно пробормотал он.
— Ничего не надо мне объяснять, я прекрасно понимаю, что не подхожу тебе, ты же нормальный парень, — она опустила глаза. — тебе нужна нормальная девушка.
— Блин, при чём тут это, дело не в тебе, я не хочу…
— Макс, наша очередь подходит! — Ленка звала нарочито громко и визгливо.
— Иди, твоя знакомая тебя ждёт, ещё раз спасибо! — Лиза легко провела пальцами по его ладони, передёрнула плечами и вернулась к подругам.
В уме, Макс побежал за ней, поймал за руку, развернул к себе и поцеловал во вкусные губы. В реальности, он прирос к месту, не в силах пошевелиться.
— Макс! — парень пришёл в себя и поторопился к Ленке.
Он грёб, стараясь подавить неприятное ощущение, будто упустил самое важное. Ленка с вожделением смотрела, как он управляется с вёслами. «Надо причалить к берегу, найти укромное местечко и заняться делом. Опять эта противная девчонка! Следит она за ним, что ли? Макс говорит — знакомая. Какая, к чёрту, знакомая! Не понятно, что между ними происходит, трахались они или нет, но мой парень точно смотрел на неё глазами влюблённого щенка!» — что-что, а дурой Ленка не была.
Причалив к берегу, Макс привязал лодку к молоденькому деревцу, и они с Ленкой разлеглись на траве в тени каких-то кустов. Они видели берег и лодку, но были скрыты от глаз других отдыхающих. Ленка заползла к нему на грудь и потянулась целоваться, но Макс осторожно и твёрдо отодвинул её от себя.
— Ты что?
— Мне сейчас неохота. Давай просто полежим.
Первый раз за всё время, что они встречались, Макс был не в настроении, и все Ленкины опасения, казалось, подтверждались: во всём виновата маленькая невзрачная стервозина, которую он обжигал взглядом. Не раздевал, а именно ласкал, что гораздо хуже. Ленка решила действовать быстро. Она положила голову парню на плечо и, нежно поглаживая его «кубики» под футболкой, ринулась во все тяжкие:
— Макс, я хочу познакомить тебя с папой. Ему очень интересно, с кем я встречаюсь, и он пригласил нас в следующую субботу на дачу. Ты поедешь со мной? Я уверена, ты ему очень понравишься.
Максу совершенно не хотелось встречаться с Ленкиным отцом, ни к чему хорошему это привести не могло, но причины отказаться тоже не было.
— Хорошо, я постараюсь, если матери или бабушке не понадоблюсь.
— Здорово! — и Ленка опять полезла целоваться.
***
Ленкин папа прислал за ними мерседес с шофёром, и девушка всю дорогу поучала своего парня, как себя вести в присутствии отца: он любит, когда ему смотрят в глаза, прямо и честно отвечают на вопросы, не спорят, и так далее, и тому подобное. Макс слушал в полуха, ему было всё равно, какое впечатление он произведёт.
— Жалко ты меня не спросил, что надеть. Ну ладно, надеюсь, сойдёт, — на Максе были рубашка поло и слаксы.
— Что ты ко мне всё время со шмотками пристаёшь? Не нравится, как я одеваюсь — не встречайся со мной. Я фраки не ношу.
— Да я так, для меня ты во всём — самый красивый, — осеклась Ленка.
Дача находилась под Репино. Машина мягко въехала во двор ярко освещённого двухэтажного каменного особняка, и Макс, неся букет роз, который внезапно показался жалким, поднялся с Ленкой по мраморным ступенькам.
Дверь открыла жена Ленкиного отца, и Макс застыл, забыв, что надо поздороваться и отдать цветы. Ленка толкнула его под рёбра.