Великий князь Седьмой Окраины
– Господин Рок, столько тайн вы на меня свалили, сил бы хватило все удержать…
Вздрогнула, когда красные следы в воздухе, подернулись и устремились в мою сторону. Прихлопнет же! Ей-богу, сейчас прихлопнет и не поморщится.
– Не шантажом ли потянуло? – прохрипел он угрожающе.
– Никак нет! – вытянулась я. Покривилась виновато и высказалась до конца: – Но если вы вдруг захотите мне чем-то помочь, то у меня как раз имеется малю-ю-юсенькая просьба.
Я показала пальцами размер просьбы, но демона это не успокоило:
– А еще, как вижу, у тебя есть по паре рук и ног! Без чего ты обойдешься, рыжая чертовка?
Быстро спрятав руки за спину, я жалобно проныла:
– Понимаете, братец мой в Радожке живет, умелец каких поискать! Вот бы кто-то замолвил за него словечко, чтобы в университет его пристроили. Такой могучий парень – и в охране бы сгодился, и на любую черную работу согласится, лишь бы к сестре поближе быть и на кусок хлеба честным трудом заработать.
Аштар замахнулся на меня, я сильно зажмурилась, но не отступила – даже когда кулак со свистом пролетел рядом с моим носом. Зато невольно отшатнулась, когда в этот самый нос мне проорали:
– Пошла вон, негодяйка!
Я поспешила кинуться к выходу, а он все еще орал вслед:
– Пошла отсюда вон! Уноси ноги прямо до Радожки, не оборачиваясь, гадюка наглая! И назад потом так же быстро беги с документами своего брата, чтоб тебе пусто было!
Надеюсь, он не заметил, как на самом выходе я радостно подпрыгнула.
Господин Рок в университете был на очень хорошем счету, раз уже утром обескураженному Митю выдали форму стражника. И плевать, что на вечернем занятии по боевой защите я бежала в два раза больше, чем остальные студенты. Расплатилась, чем могла, как говорится. Однако моя благодарность за помощь от этого не уменьшилась.
* * *У меня обычно было не больше нескольких мгновений, чтобы успеть до учебы встретиться с братом и крепко его обнять. Мить и через несколько дней выглядел обалдевшим от поворота его судьбы – он не ожидал его и не мог представить, как мне это удалось. И будто бы даже опасливо радовался: тому, что теперь находится поближе ко мне, почти ежедневно приходя из Радожки для караулов, и тому, что впервые обзавелся самой настоящей почетной должностью. У местных стражников приличное жалованье, возможность получить грамоты и награды за верную службу, он теперь не будет находиться на моем содержании – наоборот, сам сможет мне подкинуть горстку кратов, если потребуется, хотя работенку пыльной не назовешь: тренировки и уроки стрельбы Митя увлекли, а враги империи в такую даль от границы никогда не просочатся. Охрана здесь нужна для того, чтобы воры и разбойники на территорию не пробрались, да изредка приходится отгонять от стен сумасшедшего дракона – давным-давно обезумевший монстр не причиняет осознанного вреда людям, но он случайно может подлететь близко, и тогда стража обязана его отогнать, используя почти безопасные снаряды – так, чтобы и дракона не разъярить, и чтобы паника в университете или Радожке не началась. Об этом я от брата и узнала – а он услышал от своих новых товарищей по службе. Мить даже сокрушался, что безумного дракона в окрестностях уже лет двадцать не видели, потому нынешние служаки только передают рассказы о нем из уст в уста, но всякий из них готовится к такой неожиданности, о которой можно будет с гордостью рассказывать своим внукам.
В общем, Мить устроился даже лучше, чем я – он и друзьями мгновенно обзавелся, что с его открытым и честным характером неудивительно. Хотя я вроде бы тоже не высокомерная избалованная стерва, но все еще находилась в некотором отстранении от других студентов. Теперь же перестала чувствовать одиночество: зачем нужны друзья, если рядышком находится брат? Единственное, что бросалось в глаза: его форменные брюки, которые отнюдь не скрывали странных ног. А любимый братец все еще сильно этого стеснялся. По мне, так пора привыкнуть, что он особенный, и это отличие не делает его хуже других, однако вслух сказала другое:
– У меня редчайший дар, родной! Кем же я буду, если сделаюсь великой целительницей и притом не смогу твои колени излечить? Я, может, только для этого на учебу и приехала!
Но Мить разумно помотал головой с легкой улыбкой:
– Исцелить можно болезнь, сестренка, а я здоров – здоровее меня еще поискать нужно. Исправить зверолюда – это все равно что из демона сделать блондина или перерисовать глаза дракону.
Я кивнула, полностью соглашаясь с его правотой. Зверолюды не уродливы, они просто внешне отличаются от людей каким-нибудь искривлением костей – признак смешения в них разнородной крови. Заодно оценила, что мой прекрасный братишка обладает самой простой и такой необходимой в жизни мудростью. Обняла его еще раз и побежала на урок.
И в тот же день за пристройство Митя расплатилась. В обеденный перерыв я сразу заметила в столовой какое-то странное внимание, нацеленное на меня. Кивнула одногруппникам, пошла в сторону поваров, чтобы взять себе суп. Двинулась обратно с подносом, все еще удивляясь, отчего именно сегодня на меня все вокруг так пристально пялятся.
Навстречу шагнула Райна, а рядом с ней уже обозначилось несколько подпевал – надо же, у нее тоже с поиском друзей проблем не нашлось. Она же и намекнула на причину странности. Столовая у нас – главное место сплетен, здесь о любой новости кричат так, чтобы все расслышали и могли обменяться сведениями. Видимо, до моего появления она громко мою персону и обсуждала.
– А вот и наша красавица явилась! Не стыдно, Нилена?
Я замерла на месте, не предполагая, чего ожидать. Но постаралась ответить спокойно, не хотела смешить свидетелей своей паникой:
– Что стыдно? Быть тобой? Не знаю, Райна, я не пробовала. Дашь пройти?
– Еще и хамит! – соседка по комнате возмущенно всплеснула руками. – В твоем селе совсем никакой культуры не водится? Или у вас там считается даже престижным, если молодая девушка успевает задрать юбку и на глазах у всех обольщать любого мужика?
Я вытаращила глаза, не понимая, как такое обвинение вообще можно было мне приписать. Я отчего-то даже начала судорожно припоминать, какой момент могли счесть подозрительным: визит милорда Ао в мою палату или, может, мои задержки на занятиях по защите и нападению, когда Аштар надо мной издевался, пытаясь сделать хоть немного сильнее. Но ее подружка, наша же одногруппница Хелла, громко рассмеялась:
– Насчет любого – в самую точку! Ладно бы хоть симпатичного выбрала, а то такого урода, каких поискать! Что, Нилена, даже под зверолюда готова забраться, лишь бы хоть куда-то пристроиться?
Поняв, что они намекают на Митя, я вскипела. Они ведь даже не знают, что говорят о моем брате! Но как можно из сестринских объятий сделать такие выводы? Разумеется, мы не скрывались – ни одному из нас и в голову не пришло скрываться! Но возможности объясниться мне не дали, незнакомая мне блондинка меланхолично добавила и собственных рассуждений:
– Так у нее возраст уже, тоже поймите. Сколько ей? Двадцать или даже двадцать один. В такие годы деревенские бабы уже парой детишек успевают обзавестись, там о приличиях и не слышали. А кто на такую замарашку в лохмотьях позарится? Разве что уродливый зверолюд.
Они застали меня врасплох – я даже слова позабыла, в ушах загудел шум, мешающий соображать. Моя одежда всегда чиста и выглажена, меня замарашкой невозможно назвать! И в бедной одежде я хожу далеко не единственная, но сейчас даже сельские ведьмы начали отворачиваться и делать вид, что не слышат – так не хотят и к своим перештопанным юбкам привлечь внимание. Но это обвинение было ничтожным в сравнении с оскорблениями брата. Потому я поддалась гневу и закричала:
– Да чтоб вы знали, этот зверолюд лучше, честнее и справедливее всех вас вместе взятых! Ни у одной из вас нет права открывать свои гнилые глотки по его поводу! А ты, Райна, смотрю, нашла себе подружек по характеру? Так поздравляю! Теперь переезжай к ним, избавь уже меня от необходимости тебя каждый вечер видеть!