Ты мне снишься (СИ)

— Бекс, я конечно вчера был пьян, но все прекрасно помню, особенно то, что я тебе пообещал после секса. — он щёлкает меня по носу. — А я слов на ветер не бросаю.
— И что же ты такого пообещал? — я склоняю голову на бок, щекой ложась на туловище парня.
— Что постараюсь измениться. — вполголоса произносит он. — И, думаю, сегодняшнее утро — прекрасное тому начало.
Я оставляю несколько коротких поцелуев на татуировках, поднимаясь все выше. Дохожу до шеи и останавливаюсь на пульсирующей вене. Сначала слегка кусаю ее, потом облизываю и в конце оставляю почти невесомое касание своих губ.
Начинаю целовать контуры его челюсти, дойдя до подбородка. Я слышу, как сильно участилось дыхание Хардина, и одна его рука сжимает мою талию, а вторая лежит на правой ягодице.
Практически коснувшись его губ, я останавливаюсь, и слезаю с него, плюхнувшись на другую половину крохотной кроватки.
— И где мой нормальный поцелуй? — с легким раздражением говорит брюнет, но посмотрев в его глаза, я вижу теплоту и никакого намека на злобу.
— Сначала почистим зубы, а потом уже можно бактериями начать обмениваться, но хотя бы со свежим дыханием. — я пихаю его локтем в бок.
— Знаешь, я планировал весь день проваляться на этой тесной кровати в обнимку с тобой, но, так уж и быть, ради поцелуя, я готов пойти в ванную.
— В полдень все равно собрание с распределением на классы, выбором предметов и записями на разные секции и кружки, поэтому нам так или иначе пришлось бы встать.
— В кого ты такая обломщица? — он усмехается и приподнимается на локтях.
— Кто? Я? Обломщица? Да быть такого не может. — я начинаю смеяться и понимаю, что впервые за последнее время мне так легко и непринужденно в компании Хардина. Наверное потому, что это тот редкий случай, когда он на меня не давит и мне сейчас так спокойно.
— Да-да, именно ты, Бекс. — он перекатывается на правый бок, левой половиной накрыв меня, тем самым оказавшись сверху, он хватается своими ладонями за мои запястья, поднимая мои руки вверх над головой, а своими коленями сдавливает мои бедра, и теперь я полностью под его контролем, не в силах даже пошевелить своими конечностями.
Я чувствую обжигающее дыхание на своей шее, после чего горячие пухлые губы зеленоглазого касаются моей шеи, начиная посасывать кожу, с явным рвением оставить на мне отметину.
В этот раз я не стала сопротивляться, как в первый, боясь нарушить атмосферу, можно сказать, идеального утра, позволяя делать парню то, что он хочет.
Когда Хардин закончил, он покорно встал с меня, и подал мне руку, как настоящий джентльмен, чтобы мне было проще подняться с кровати, хотя я могла справить сама, но это мило, не спорю.
Мы проходим в ванную комнату, и я достаю новую щетку из упаковки, выдавливая на неё пасту и начинаю чистить зубы, оперевшись пятой точкой о раковину, разглядывая парня с ног до головы.
Он стоит в одних боксерах и моему виду предстают все рисунки, которыми усыпано тело брюнета. Из нетронутого только спина и лицо, а все остальное залито краской. Но все эти художества уже как неотъемлемая часть его, и представить парня без татуировок я попросту не могу.
Хардин ни капли не напрягается от моего заинтересованного взгляда, напротив, кажется, что ему это очень сильно нравится, что я с таким интересом сканирую его.
Парень, безусловно, привлекателен, даже очень. Он буквально один из самых красивых парней, которых я когда-либо встречала в реальной жизни, но я не понимаю, почему мой живот не скручивает, меня не бросает в дрожь от того, что он стоит рядом со мной. Напротив просто тело, очень привлекательное, но не будоражащее сотню эмоций за секунду.
Может быть, я просто переросла тот период, когда мои коленки могли подкашиваться от парня. Но потом я вспоминаю Хиро и пульс моментально ускоряется, а ком в горле начинает нарастать. О боже, только не это. Неужели он мне действительно так сильно нравится, что я даже перестала чувствовать что-либо к Хардину, помимо физического влечения.
— Эй. — зеленоглазый щёлкает перед моим лицом. — Ты где летаешь?
— А? Что? — я трясу головой, продолжая водить щеткой по зубным пластинам. — Прости, задумалась.
Хардин подходит ко мне, заводя руку назад, и берет тюбик с пастой, выдавливая ее на палец. Он начинает водить подушечкой пальца по своим зубам, таким образом чистя их.
— И что ты делаешь? — с нарастающей улыбкой спрашиваю я, любуясь этой забавной картиной.
— А так не видно? — он продолжает чистить зубы пальцем, довольно усмехаясь. — Просто у моей девушки ещё нет отдельной щетки для меня.
После этого я чуть было не давлюсь пеной в своем рту. Как-как он меня только что назвал? Своей девушкой?
Я выплёвываю все содержимое и полощу рот холодной водой из-под крана, брюнет проделывает все тоже самое.
Он ведёт себя спокойно и уверенно, чего я не могу сказать о себе. Чувство шока все ещё накрывает меня и ощущения внутри, мягко говоря, странные.
Парень подходит ближе ко мне, становясь напротив, и убирает волосы с моего лица.
— Что с тобой? — хрипло спрашивает он, наклоняясь пониже, и ставя руки на раковину, таким образом оказавшись со мной на одном уровне.
— С каких пор Хардин Скотт встречается с кем-то? — я сдвигаю брови к переносице, вглядываясь в парня напротив.
Зеленоглазый обхватывает мое лицо своими ладонями и аккуратно чмокает меня в губы, обдавая лицо свежим мятным дыханием.
— С сегодняшнего дня. — он опускается ниже, целуя мою шею.
Я кладу ему руки на плечи и немного отталкиваю от себя.
— Что-то не так? — он взволнованно смотрит на меня.
— Нет-нет, все…все просто прекрасно. — я натягиваю улыбку на своё лицо и высвобождаюсь из объятий парня. — Через пару часов собрание, думаю, надо поспешить, к тому же соседка может проснуться, а я хочу, чтобы ты ушёл раньше. Не хочу ненужных слухов.
Хардин ничего не произносит, лишь кивает в ответ и избегает взгляда моих глаз. У меня начинает сосать под ложечкой из-за накипающего чувства вины, как будто я его чём-то обидела или сделала что-то не так, ведь он выглядит расстроенным. И расстроенным явно из-за меня.
Он обходит меня, пытаясь первым выйти из ванной, но я останавливаю его, схватив за руку, чтобы он обернулся.
— Я сказала что-то не то? — вполголоса спрашиваю я, маленькими шагами сокращая между нами расстояние, и все ещё держу его ладонь в своей.
— Все нормально, Ребекка. — Хардин сжимает челюсть и смотрит в сторону, я вижу, что он держится из последних сил.
Между нами уже не остаётся практически никакого пространства, и брюнет наконец переводит взгляд на меня, смотря в мои глаза.
— Раз уж мы теперь парень и девушка, то давай вести себя соответствующе. — я провожу кончиками своих пальцев от запястья к сгибу локтя, а по коже парня начинают бегать мурашки, поднимая светлые полупрозрачные волоски вверх. — Давай между нами не будет недосказанности, если тебя что-то не устраивает, то говори прямо, хорошо?
Хардин с шумом выдыхает поток воздуха через нос, попутно сжимая свою челюсть, потом он откидывает свою голову в разные стороны, чтобы шея прохрустела, тем самым разминая свои суставы.
— По-моему это тебя что-то не устраивает, Ребекка. — низким баритоном произносит он, убрав всю былую нежность, которая была всего несколько минут назад.
— Да? — с удивлением восклицаю я. — И что же, стесняюсь спросить. Просвети же меня.
— Например то, что я назвал тебя своей девушкой. У тебя на лице было написано: «что он вообще несет?».
— Хардин, это не так. Я просто была шокирована, очень сильно. Я знаю тебя несколько лет и…ты же никогда прежде никому такого не говорил.
— Потому что прежде я никого не любил. — меня словно обкатили холодной водой, ведь все мое тело начинает дрожать, и я снова и снова ощущаю всем своим нутром это поганое чувство вины перед кем-то, ибо я не могу сказать ему того же в ответ.
Я привстаю на носочки, обхватываю его шею и впиваюсь в его губы, раскрывая их, и проталкиваю язык внутрь. Зеленоглазый почти сразу отвечает на мой поцелуй, скрепив руки на талии и притягивает меня ближе к себе.