Ты мне снишься (СИ)

Этот врач сделал мне укол, после которого я отключилась, а до этого…до этого. О боже.
— Что с Хиро? – моя нижняя губа начинает дрожать, пелена слез моментально накрывает мои глаза, когда я вспоминаю, что произошло.
Дышать становится слишком трудно.
— У неё опять начинается паническая атака. Вряд ли она готова услышать правду. – встревожено отрезает мужчина, тараня взглядом Миссис Скотт.
— Умоляю, скажите, что с ним? Умоляю… – срывающимся голосом шепчу я, давясь собственными слезами.
— Тише, тише, милая. – она пытается меня обнять, но я не хочу, чтобы кто-то прикасался ко мне, поэтому машинально отталкиваю женщину от себя, даже не успев подумать. — Ей надо выпить воды.
— Мне…мне ничего не надо. Скажите, где Хиро? – заплетающимся языком, заикаясь от истерики, еле как выговариваю я, спотыкаясь на каждом слове.
— Ты и так упала в обморок от переутомления, побереги свои нервы, дитя. – произносит врач, чем окончательно выводит меня из себя.
— Что с Хиро? – неестественным мне голосом воплю я, ударяя кулаком по матрасу. — Почему вы переводите тему и не отвечаете…
Мои всхлипы и отчаянные рыдания ударяются о стены уже ненавистной мне палаты.
— Ты что-то слышала, Бека? Там, в коридоре. – с сочувствием спрашивает брюнетка.
— Он…Вы…Вы вышли и сказали, что его сердце остановилось… – сквозь слёзы шепчу я, кусая пересохшие и соленые от слез губы до крови, чтобы почувствовать хоть что-то, помимо той боли, которая разрывает меня изнутри от осознания того, что сказанное мной является правдой и это все не сон. — Я…я что-то не так поняла?
Мой голос полон надежды, а внутри начинает загораться огонёк веры в то, что я все перепутала, стресс сыграл свою роль и мне всего навсего померещились эти слова, но…одним предложением хирург тушит тот свет, который успел вспыхнуть внутри меня.
— Вы все правильно услышали, но не до конца.
Скулящий стон срывается с моих губ, а все тело обдаёт холодным потом. Голова начинает кружиться, а руки лихорадочно дрожат.
— Бека…все не так. Хиро…Он…Он не умер. – Миссис Скотт берет меня за руку, по-матерински сжимая ладонь.
— Что? – мой рот раскрывается. — Как это возможно? Я вас не понимаю. Где Хиро?
— У Хиро действительно произошла остановка сердца и парень пережил клиническую смерть, мы сразу же начали его реанимировать, подключили искусственную вентиляцию лёгких и охладили организм, чтобы клетки его тела не начали мгновенно и бесповоротно умирать. Нам удалось его спасти, но… – мужчина останавливается, внимательно следя за моей реакцией, будто принимая решение, стоит ли мне говорить правду или все таки нет.
Он жив…Господи, он жив.
Все внутри скручивает до боли, ноги и руки немеют, становясь ватными, а кончики пальцев покалывает.
Только лишь неоконченное предложение мужчины пугает меня и заставляет сомневаться в том, что все так хорошо на самом деле.
— Но…что? Сколько можно надо мной издеваться? Скажите уже нормально, что с Хиро? – давясь слезами, нервно шиплю я.
— Он в коме. – коротко отвечает доктор.
Образовавшийся ком с напором давит на стенки горла и я с трудом сглатываю, переваривая услышанное.
— В коме? – не веря своим ушам, переспрашиваю я.
— Его состояние на сегодняшний момент стабильное.
— Стабильное? Кому вы называете стабильностью? – срываюсь я.
Мне хочется кричать во всю глотку от всей несправедливости вокруг.
— С учетом того, что он застрял между жизнью и смертью – это довольно неплохой исход.
Меня до чёртиков раздражает то, с каким тоном он преподносит информацию. Хиро чуть не умер на его операционном столе, его сердце остановилось, а этот «врач» будто гордится его стабильным состоянием в коме.
Хочется послать его куда подальше и выговорить все, что я о нем думаю, но вместо этого я сжимаю кулаки и стискиваю зубы, закрыв свои глаза.
— Я хочу его увидеть. – резко говорю я твёрдым голосом.
— Мисс Эванс, ваша капельница израсходуется только через пару часов. К тому же, сейчас уже глубокая ночь, у Хиро за сегодня и так было три посетителя, и это возможный при любом раскладе максимум. Вы сможете увидеть его завтра, даю слово.
Я вытираю слёзы с лица тыльной стороной левой руки, ибо в правую воткнут катетер. Поджимаю свои губы и молча киваю, поняв, что спорить бесполезно и своими криками я точно ничего не добьюсь. Максимум, мне вколят очередной укол от которого я отключусь на сутки и полчаса буду вспоминать, что произошло, и заново проживать самые мерзкие и душераздирающие эмоции на свете.
Может, я попала в ад и это мой личный котёл?
Я по кругу просыпаюсь, не понимаю, где я нахожусь, а потом вспоминаю, как в Хиро стреляют и он истекает кровью на моих руках, после чего я узнаю, что самый дорогой для меня человек умер во время своей операции.
Что это, если не один из кругов преисподнии?
— Вы можете выйти? – грубо кидаю я. — Мне надо побыть одной.
Доктор хмыкает, а Миссис Скотт понимающе кивает и встаёт с края моей койки, после чего они оба выходят из палаты под мой прожигающий взгляд.
Я бы не хотела с ней вести себя таким образом, но на другие эмоции сейчас попросту не способна. Могу только злиться и плакать. Но я обязательно перед ней извинюсь, как только немного приду в себя.
Как теперь протянуть до завтра? Как выдержать эти мучительные часы ожидания? Я не думаю, что смогу уснуть хотя бы на секунду.
Неспешно встаю с кровати и слышу хруст своего собственного позвоночника. Все тело ломит, каждая мышца затекла. Присаживаюсь на матрас, чтобы унять появившиеся головокружение от того, что я приняла сидячее положение.
Кое-как встаю с постели, схватившись рукой за железную палку на которой висит пакет с жидкостью, что поступает в мои вены.
Слава богу, что это бандура на колесиках и ее можно двигать.
Босыми ногами ступаю на паркет, катя рядом с собой капельницу, направляясь прямиком к окну.
Каждый шаг даётся мне с трудом, отдаваясь глухой болью во всем теле.
Дойдя до цели, я опираюсь лбом о холодное стекло, начиная обдумывать сложившуюся ситуацию, но ничего не выходит.
Не могу сосредоточиться ни на чем.
Единственное, что твёрдо засело в моих мыслях и уже в сотый раз за минуту прокручивается, так это то, что я без малейшего понятия, что мне делать дальше.
Я не знаю, как жить, если Хиро не очнётся.
Я без него не смогу.
========== Глава 55 ==========
Всю ночь я не могла сомкнуть глаз хотя бы на минуту, мой организм всячески отторгал сон и любые другие физиологические потребности, которые необходимы для существования человека.
Мои мысли заняты одним, и думать о чем-то другом, я не в состоянии.
Половину ночи я простояла у окна с капельницей под боком, неотрывно смотря на огни ночного Лондона. Но, завораживающий вид за окном не вызывал былого восторга или восхищения, как это было раньше. А я всегда сходила с ума по центру города и мечтала после окончания университета переехать из нашего коттеджного загородного посёлка, чтобы жить в гуще событий и суеты мегаполиса. Сейчас же это все казалось таким пустым и бессмысленным, ничего не значащим и поверхностным на фоне всех остальных событий.
Я всего лишь видела кучу красочных огней, статные современные и исторические здания, а внутри меня сейчас не осталось ничего, кроме опустошения и тягучей тоски с нарастающей паникой.
Куски бетона, над которыми старались тысячи, скорее даже десятки тысяч людей, куски бетона, ради которых люди съезжаются со всей планеты, чтобы посмотреть, увидеть своими собственными глазами наяву, сфоткать и запечатлеть данный момент на фотокарточке, куски бетона, на которые были потрачены миллионы и миллиарды фунтов не заставили хотя бы одну клетку наполниться толикой радости. Одинокая елочка за окном больше заинтересовала бы меня, нежели эти каменные джунгли.
Медсестра где-то в середине ночи зашла ко мне в палату, чтобы убрать капельницу и вынуть катетер, но когда увидела, что я не сплю на своей койке, а пялюсь в окно, как ненормальная, с учетом того, что мое тело все ещё меня не слушается и предательски вздрагивает время от времени, посмотрела на меня, как на сумасшедшую и посоветовала больше не вставать, а просто лечь спать.