Ты мне снишься (СИ)

— Да, Хиро, послушай своего лучшего, а главное верного и преданного друга.
— Сука. – слетает с моих губ, и я отталкиваю Льюиса в сторону, подлетев к Хардину.
Хватаю его за правое предплечье, он издаёт шипение и морщится. Смотрю на его руку, которую сейчас сжимаю в своей ладони, а она вся опухшая и слегка посиневшая.
— Ну ты чего, давай, ударь меня, ты же именно этого хочешь.
— Да я калек не бью, сходи лучше к врачу. – сквозь зубы проговариваю я металлическим голосом, стиснув скулы, и откидываю его запястье.
Поднимаю своё полотенце с пола и, скинув шорты, иду в душ.
Простояв под водой некоторое время, я выхожу, когда все давным давно ушли. Видимо, я стоял там немного дольше, чем мне казалось. Обдумывая все то, что успело произойти за несколько утренних часов.
Но, как оказалось, я не совсем один. Хардин сушит свои волосы феном, стоя в чёрных джинсах, голой спиной ко мне.
Я вытираю свои короткие волосы полотенцем, и они уже почти сухие. Надеваю бежевые брюки и чёрное поло с пуговицами без воротника.
Он поворачивается, заметив меня, но ничего не говорит.
Присаживаюсь, чтобы обуть белые кроссовки. Но чувствую прожигающий взгляд со стороны.
— Чего ты на меня пялишься? – зло выпаливаю я.
— Пытаюсь понять, что в тебе все находят.
— Говоришь, как обиженная маленькая девочка. Хорош уже, отпусти, ты как дальше жить собираешься?
Я встаю, и он подходит ко мне на критическое расстояние. Не уверен, что и на этот раз смогу сдержать себя, не смотря на его травмированную руку, съездить ему разок по роже кажется весьма заманчивым.
— Моя жизнь тебя никак не касается.
— А то, что мы родные братья ты уже забыл?
— Братья? Родные братья? – он переходит на крик, а его лицо источает чистейшую агрессию и гнев. — А ты помнил, что мы братья, когда трахал мою девушку? И чтобы ты понимал, у меня больше нет брата. Или Бека тебе забыла это передать? Ах, не хотела обижать несчастного Хирочку, она же всегда так трепетно о тебе заботится, как я мог об этом забыть. Так вот, знай, ты для меня умер.
Он выплёвывает мне эти слова прямо в лицо, а мое сердце сжимается от сказанного им. Не думал, что услышать это будет настолько больно.
— Я обложался по полной, я знаю. Обстоятельства так сложились, все слишком сложно. Бека нравилась тебе два года, почему она вдруг стала «твоей», когда ты заметил, что между нами что-то есть, что нас тянет друг к другу? Я, блять, столько раз себя сдерживал ради тебя, ты даже представить не можешь. Но в тот день все изменилось, у меня просто нет времени, понимаешь? – перехожу на такой же повышенный тон. — Да нихрена ты не понимаешь. Я бы и дальше оставался в стороне, но не тогда, когда ты не знаешь, сколько тебе осталось жить: месяц, неделю, а может даже и сутки. Я просто хочу быть счастливым, хочу почувствовать любовь, заботу, теплоту, хотя бы в этот короткий период времени, который у меня есть. Да, эгоистично. Прости, что у меня появились чувства именно к ней, но я же не выбирал, в кого влюбляться. Я мог оборвать с Бек все связи, зная, что когда-то выпущусь из школы и найду другую девушку. Но я, блять, не закончу эту школу. И если бы я мог перемотать время назад, я бы ничего не поменял, я бы все равно переспал с ней, я бы все равно был с ней, потому она нужна мне. Почему ты ничего не делал, пока она была рядом? Она на тебя с открытым ртом смотрела, и ты это прекрасно знал. Но крутой Хардин Скотт ни с кем не встречается, вы что, он просто спит со всеми направо и налево. Тебе, наверное, удовольствие доставляло, что ты открыто показывал своё напускное безразличие, пока Бека с ума сходила. И, упс, игрушка вдруг в один момент не оказалась рядом, а ты ведь так не любишь делиться чем-то еще с самого детства.
— Что за херню ты несёшь? Я так и знал, что ты опять употребляешь. – он мотает головой. — Ты же гребанный нарик, а она в это верить не хочет.
Хардин левой рукой хватает мой локтевой сгиб, и сразу же замечает утренний след от укола, который еле виден, но ещё не успел пройти. Игла довольно тонкая, поэтому точки быстро исчезают. Неужели лекарства нельзя принимать другим способом?
— На герыч перешёл, да? Прошлый раз ничему не научил? А, стоп, ты боишься, что сдохнешь от передоза? – он усмехается. — Сколько раз я ей говорил, а она как припадочная вторит «Хиро не такой, бла бла бла». Идиотка.
— Кстати, об этом. – я вырываю свою руку из его. — Убедительная просьба не шататься к моей девушке по ночам, спасибо.
— Оу, а ты что, ревнуешь? Ты же к ней бегал, пока она была со мной. Теперь мы поменялись местами.
В ответ я усмехаюсь, и прохожу мимо него, сильно пихнув его плечом.
— Она сама каждый раз ко мне приходила, не льсти себе. – ядовито произношу я, выйдя из раздевалки и хлопнув дверью.
Дойдя до лестницы, я ударяю в стену несколько раз, чтобы выплеснуть свою агрессию. Кажется, лучше всего записаться на бокс, чтобы колотить грушу в перчатках, а не голые стены кулаками, иначе от моих костяшек скоро ничего не останется.
Очень хочется выйти на улицу покурить, но сейчас куда важнее найти Ребекку.
Поднимаюсь на второй этаж и вижу, как она выходит из кабинета Рашада с яркой улыбкой на лице. Что за херня?
Увидев меня, брюнетка бежит в мою сторону и прыгает на шею, чуть ли не задушив меня в своих объятиях. Я обнимаю ее в ответ, прижимая к себе за талию, и зарываюсь носом в волосах, которые пахнут сладким спелым персиком.
Она целует меня несколько раз в щеку, а затем нежно чмокает в губы, отчего мурашки разносятся по моему уставшему телу.
— Мой папа приедет на выходных. – шепчет она в мои приоткрытые губы, обдавая их жарким дыханием. — Я не видела его больше двух лет, боже.
— Ты поэтому была у Рашада?
— Да, меня вызывали в его кабинет, пока я ждала тебя, потому что папа звонил, чтобы отпросить меня не с учёбы, но из-за моих пропусков этот придурок меня никуда не пустил, и сказал, что не может нарушить правила. Отец долго с ним пытался договориться, а я все это сидела и слушала. В итоге он сам приедет ко мне. Я так счастлива, Хиро, я очень сильно по нему соскучилась. – ее глаза светятся от счастья и даже немного наполнены слезами.
Жаль, что я так же не могу радоваться при виде своего отца. Он разрушил нашу семью. Хотя, ее папа тоже ушёл от мамы, изменив ей, но она почему-то совершенно на это не злится. Но все мы разные, и ситуации каждый тоже воспринимает по-своему. Возможно, у меня такая ненависть к отцу потому, что он ушёл в самый неподходящий момент, в тот момент, когда он мне был нужен, когда вокруг не осталось никого, кроме семьи, но тогда всем было на меня наплевать. Моя жизнь скатывалась по наклонной вниз, и никто не хотел этого замечать. У мамы была депрессия из-за него, папе просто было на всех насрать, а Хардин - это Хардин, у него есть только он любимый. Поэтому мне пришлось искать утешение в чем-то другом. Видимо, я настоящий слабак, раз не смог справиться и не сломаться от предательства лучшего друга, любимой, на тот момент, девушки, потерю своего главного хобби, которым я горел, и вишенкой на торте стал уход отца и развод родителей. В тот момент в моей жизни появился Рашад, и как раз тогда я, наверное, потерял самого себя.
И только последний месяц я чувствую себя по-настоящему живым исключительно рядом с ней, несмотря на то, что физически мой организм медленно умирает. Как бы иронично это не звучало.
— Я рад за тебя. – глажу ее рукой по щеке, проведя большим пальцем по нижней губе.
Она снова обнимает меня очень крепком и на душе становится тепло и как-то…спокойно.
Не очень-то хочется нарушать эту идиллию, начав разговор о том, что я узнал от Сары, но всё-таки придётся это сделать, чтобы поставить жирную точку в этом вопросе.
— Бека, почему ты мне сразу не рассказала, что сделала это неуравновешенная? – нарушаю тишину я.
— Я не хотела тебя грузить своими проблемами, ведь у тебя и без меня их полно.
— Но я же тебя загрузил своими проблемами.