Конец игры (СИ)
«Сестричка, если ты жива, то надо ещё немного подработать. Одна из платформ продолжает утюжить лабораторию твоего отца. Срочно! Сделай с этим что-нибудь!!!»
– Да как ты меня задрала! – возглас девушки, прервал тревожный зум контроллера дыхательной системы скафандра, предупредившей о подключении аварийного баллона.
– Да что она там думает, что я всемогущая чудо-тёлка, летающая по космосу, и помогающая всем, кого поймает? Да у меня дыхательной смеси осталось на пол затяжки – зло выпалила Анна, при этом понемногу остывая.
Затем она с надеждой посмотрела на чёрный саркофаг, с запертым внутри ИскИном, и тут же попыталась связаться с искусственным интеллектом, но безрезультатно. Вместо подключения, на покрытом трещинами щитке появилась цепочка весьма странных сообщений.
«Оператор Анна, ваш запрос отправлен в приоритетную очередь ожидания.»
«Система контроля, фиксирует аномальную загрузку каналов связи. Трафик превышен на 318 % от расчётной мощности.»
«Система контроля, фиксирует пятикратную перегрузку мыслительных позитронных цепей ИскИна. Превышение показателей более чем в пять раз.»
«Первичный анализ системы контроля определил, срок окончания полной обработки загружаемых данных – 2 года 11 месяцев 27 дней.»
Да мля! Похоже намертво завис – мигом смекнула разочарованная Анна, и не став медлить, отцепилась от страховочной скобы. Затем она схватилась за перебитый кусок трубы, идущей вдоль фюзеляжа сегмента, и перекинула тело через идеально срезанную кромку. А уже вылетев наружу, начала быстро перебирать руками, продвигаться по внешней стороне изуродованного лепестка с максимально возможной скоростью.
При этом её взгляд неотрывно следил за приближающейся волной осколков, через специальное зеркальце заднего вида, любезно поставленного создателями скафандра. А буквально через десять секунд лепесток начали бомбардировать, куски разорванной космической станции, некоторые из которых достигали объема в несколько квадратных метров.
Анна попыталась уцепиться за подвернувшуюся скобу, но мощный удар крутанул цепочку сегментов, оторвав её пальцы от трубки, и отправив тело в свободный полёт.
Она быстро закувыркалось, при этом совсем рядом проносились крупные обломки. Несколько мелких кусочков, словно пули похлопали по кирасе скафандра, и многострадальному колпаку, прикрывающему голову. На прозрачной поверхности тут же появилась пара свежих трещин. Среагировав на угрозу, Анна перестала делать попытки сориентироваться в пространстве, и сконцентрировала всё внимание на простенькой схеме, показывающей реальное состояние скафандра.
Если судить по отчётам электронного помощника, то новых пробоин не обнаружилось. Но даже несмотря на это, ситуация оставалось критической, так-как пятнадцатиминутный таймер начал отсчитывать оставшееся время жизни, снова изменяющееся в глотках дыхательной смеси.
Масса обломков продолжала пролетать мимо, и в какой-то момент один из них ударил в спину предав ещё большее ускорение. В этот миг Анна поняла, что сопротивляться бесполезно и попыталась расслабиться, но вместо расслабления почувствовала, как из её трясущегося от перегрузки организма, ударила волна ледяного стазиса.
После этого она продолжила крутиться словно волчок, но частота вращения резко уменьшилось, а вместе с ним замедлился стремительно подлетающий кусок конструкции, готовый прихлопнуть молодую космонавтку словно муху.
Через полторы секунды из тела вырвалась новая волна стазиса, позволившая ещё сильнее замедлиться, и чудом разминуться с массивным обломком. Анна постаралась унять частое дыхание, и немного придя в себя, вырвала из подсумка небольшой баллон со специальной газовой смесью, предназначенной для тушения пожара. Повернув короткий раструб в направлении вращения, она прижала баллон к кирасе, и нажала на кнопку.
Несколько мощных вспрысков газа из баллона, вкупе с очередным приходом аномальной волны, полностью прекратили её безумное вращение, позволив оглядеться и понять где она находится.
И первым что она смогла рассмотреть, была заполонившая весь обзор Земля. Затем Анна смогла рассмотреть сотни крупных кусков, оставшихся от станции «МКС-2». Следом прямо перед ней сверкнуло ярко оранжевым, и в планету упёрся знакомый луч.
Электронный визор скафандра тут же взялся за дело, и начал помечать попадающиеся объекты. После этого окружающее космическое пространство заполнилось интерактивными метками и точками.
– Похоже это судьба – обречённо проговорила Анна, поняв, что, судя по траектории движения, несётся прямиком к последней действующей боевой платформе.
В это время по лучу проскочила маленькая звёздочка, и сердце Анны кольнуло словно это стреляли прямиком в неё. А ещё она почувствовала новую волну стазиса и увидела походивший на мыльный пузырь, расходящийся от неё во все стороны. При этом он немного замедлял всё, через что проходил.
– Очередная, грёбаная аномалия – зло констатировала девушка, и обречённо посмотрела на таймер, отсчитывающий последний десяток минут её жизни. В этот миг Анна поняла, что больше ни что не способно её спасти за столько короткий отрезок времени, и постаралась выкинуть все лишние мысли из головы.
– Ну что, надо попытаться доделать начатое – проговорила она, и сгруппировавшись так как учили инструктора академии, приготовилась к столкновению с платформой.
Если бы не волны стазиса, что испускало её тело, то стремительно летевшую девушку попросту размазало о поверхность платформы. Вместо этого, она сильно приложилась о массивный корпус, при этом успев ухватиться за одну из телескопических антенн, в обилии торчавших из чёрной поверхности.
При ударе в глазах потемнело, в боку что-то хрустнуло, а весь воздух мигом вышел из сдавленных лёгких. Автодок скафандра тут же среагировал на сообщение о переломе двух рёбер, и Анна услышала шипение пневматического шприца, вводившего в вену нечто реанимирующее.
В следующий миг глаза девушки полезли из орбит, а тело выгнало дугой от вмиг подействовавшей сильной химии. Впрочем, пришедшая следом волна стазиса немного успокоила часто бьющееся сердце, и привела спутанные мысли в относительный порядок.
Оглядевшись, Анна увидела прикрытый бронеплитой барабан с капсулами, прикреплённый к блоку реактора, способного синтезировать быстро распадающуюся частичку антиматерии. По раскалённому до бела корпусу пробегали частые статистические разряды, исходившие из подключенных через троллеи устройств, конденсирующих энергию.
Однажды поработав с панелью управления, Анна поняла принцип работы, и примерное устройство боевой платформы, и теперь отлично понимала, что-то сломать без наличия взрывчатки, ей точно не удастся. Придется искать уязвимости.
Перескакивая от одной антенны к другой, она добралась до кромки платформы, и заглянула под неё. В этот миг очередной пучок оранжевых лучей вырвался из размещенных по кругу излучателей, и значительно медленнее чем раньше устремился вниз, обозначая будущую точку приземления разрушительного заряда.
По всей видимости те волны стазиса что испускал её организм, оказывали эффект на окружающую среду, и буквально тормозили все процессы. Это давало пару лишних секунд. Осознавая это, Анна оттолкнулась от кромки, и решительно полетела вперёд. На пол пути до центра внутренней стороны, она обнаружила возможную уязвимость, и решила сделать всё возможное, для того чтобы следующий заряд не ударил в Землю.
Добравшись до раскрывающихся лепестков бронезащиты, с появляющимся из-под них раскалённым раструбом пускателя, она надавила плечом на край толстой композитной плиты, и уперевшись в ближайший излучатель ногами, попыталась не дать ей полностью раскрыться.
Вполне возможно её план сработал, не опоздай она всего на пару мгновений. К тому моменту, когда Анна упёрлась, и почувствовав неимоверный прилив сил, немного отклонила плиту, датчик успел передать в управляющий платформой процессор, правильный сигнал, обозначающий что защитные заслонки полностью раскрыты. После чего акт выпуска разогретой капсулы невозможно было прервать.