Конец игры (СИ)
Но откуда они знали, что кто-то может прилететь извне, и попытаться подключиться к прямой линии, связывающей российский сектор станции с Землёй? – безответный вопрос родился в голове, заставив Анну застыть на месте. При виде пробитого модуля она едва не заплакала от досады, и лишь воспоминания о пережитых накануне злоключения заставили её не пустить слезу.
Подлетев поближе, она осмотрела рядок ровных пробоин, пересекающих крест-накрест российский триколор, а затем прильнула к иллюминатору, и заглянула внутрь, словно ища ответ на рождающийся ворох вопросов.
Сначала она ничего не увидела, в кромешной тьме полностью обесточенного отсека, но потом Анна активировала ночное видение визора скафандра, и на щиток шлема спроецировалось чёрно-белое изображение, имеющее неприятно зеленоватый оттенок.
Посмотрев пару секунд, Анна отпрянула от иллюминатора, а затем часто задышав, снова к нему прильнула. Теперь ей стало ясно, что здесь произошло часов двадцать назад. Тела трёх мёртвых космонавтов висели в полной невесомости. А остекленевшие глаза доктора наук Егоровой, налились замёрзшей кровью, и безотрывно смотрели на иллюминатор, с другой стороны.
И всё-таки ужасная картина выбила пару слёз. Развернувшись, Анна медленно полетела в сторону прикреплённого саркофага, отлично понимая, что весь план Альфы накрылся медным тазом.
Пролетая мимо огромного модуля оранжереи, она лишь в последний момент заметила движение в одном из продолговатых иллюминаторов и остановилась. Впрочем, как оказалось сделать это вовремя она не успела, и влетела в луч электрического света, бьющий изнутри отсека словно обычный свет из окна.
Приглядевшись сквозь сетку трещин, она увидела озадаченное чернокожее лицо, и поняла, что теперь её миссия точно провалена.
Глава 16. Горячий конвой
2021 год. «Северский»
Северскому казалось, что четвёрка угрюмых бойцов не только постоянно носят бронежилеты, и стилизованную под спортивную одежду кевларовую спецовку, но и спят в амуниции, в обнимку с короткими автоматами.
Неразговорчивым спецы располагались в соседней квартире, и попарно следили за мониторами, отображавшими картинку с дюжины камер наблюдения, расположенных по всей Москве. А Северский с Толиком устроились в небольшой скрытой комнате, располагавшейся в апартаментах, напротив.
Во всех помещениях кроме спортзала и санузла элитной квартиры, ремонт был недоделан, всюду лежали стопки и мешки со стройматериалом и стеллажи с инструменты. Из-за этого Сергею Петровичу постоянно казалось, что в любой момент на лифте могут приехать гастарбайтеры, и продолжить незаконченную работу.
Впрочем, как объяснил Толик, это был специальный ход. Ведь никто не будет искать кого-то в распотрошённой квартире, а если её даже и обыщут, то без специального оборудования и собак, хитро расположенную комнату точно не найдут.
Связать квартиру напротив с этой тоже невозможно, так как владельцы разные и не имеют никакого отношения ни к Глебову, ни к его людям и его компании.
После прибытия на конспиративный объект прошло трое суток. Поначалу всё было нормально, но потом начали приходить нехорошие новости, в которые не хотелось верить. А именно этим вечером, плохие прогнозы начали сбываться.
Сейчас Северский сидел на прикрытом плёнкой массажном кресле, и неотрывно смотрел на экран большого телевизора, транслирующего картинку с камеры наблюдения, стоявшей в центральном офисе компании олигарха Глебова.
Толик стоял рядом, и не спеша протирал ветошью, только что вычищенный, и теперь собранный автомат «Вал», оборудованный голографическим прицелом, и глушителем приличных габаритов.
То, что сейчас они видели на экране, им решительно не нравилось. По помещениям офиса ходили люди в форме, изымали папки с бумагами из кабинетов, и электронные носители информации, из всего что попадалось на пути.
Сам олигарх Глебов стоял с парой своих юристов посреди большого переговорного зала, напротив двух работников генеральной прокуратуры, и рослого гориллоподобного мужчины в гражданской одежде. Замерев, олигарх выслушивал то что ему зачитывали, и посматривал на стену, причём именно в то место где была расположена камера наблюдения.
– … в связи с выше изложенным, вам нужно покинуть данное помещение – закончил мужчина с подполковничьими звёздами, и передал целую кипу бумаг юристам холдинга.
– А зачем покидать здание? Я не против чтобы вы изымали документы и банки данных из компьютеров, но я не понимаю зачем после этого всё опечатывать? – поинтересовался Глебов.
– Помещения опечатают, для проведения, в офисе компании следственных действий – ответила женщина с полковничьими погонами, и Северский заметил, как дрожит её голос.
– Мои юристы останутся и проследят за вашими действиями – тут же пообещал Глебов. – А ещё я намерен вызвать представителей СМИ.
– Вы вправе сделать всё что не помешает следствию. Только сначала покиньте помещение. Вас здесь никто не задерживает – с нажимом проговорил здоровый мужчина в гражданской одежде, и Глебов метнул на него испепеляющий взгляд.
После этого два работника прокуратуры отошли с юристами в сторону, а мужчина в гражданке подошёл вплотную к олигарху и зловеще заулыбался.
– Вы понимаете, что так просто вам это с рук не сойдёт? – тихо сказал Глебов.
– А что вы сделаете? Вместе с продажными журналюгами устроите небольшой скандал? – поддел мужчина, и сделав шаг вперёд, буквально навис над олигархом, всем своим видом дав понять, что ему всё равно.
– Глебыч, не надо – прошептал Толик, который в этот момент замер, глядя на начавшие сжиматься кулаки олигарха.
Услышав Толика через крохотный динамик переговорного устройства, Глебов нахмурился, затем молча поиграл в гляделки с гориллоподобным ещё десяток секунд, и пройдя мимо него, решительно направился к лифту.
– И ещё одно – громко сказал мужчина ему вслед. – Пока, я не буду вам давать подписывать документ, о невыезде, так что можете валить на все четыре стороны.
Услышав эти слова, Глебов лишь на миг притормозил, и не оборачиваясь вошёл в лифт, любезно вызванный одним из стоявших посреди коридора, вооружённых бойцов, облачённых в чёрную форму, и амуницию с надписью «СОБР». Довершали их вид, закрывающие лица балаклавы.
Как только створки закрылись, Северский услышал, как Глебыч выругался, а затем зло заговорил:
– Я этого Шагинского шакала, потом лично разорву – пообещал он.
– Глебыч, обязательно разорвешь, но только потом – сказал Толик. – А сейчас спокойно выдохом из лифта в вестибюле, там уже ждёт высланная мной охрана.
– Не Толя, ты слышал? – возмущённо спросил олигарх, будто, не расслышав слова своего начальника охраны. – Раньше этот шавка боялась даже рот раскрыть в моём присутствии, а теперь угрожает. Я же знаю, как этот сука генералом МВД стал, знаю кому он бабки заносил, и кому задницу пять лет вылизывал. А ещё я знаю с кого он деньгу сосёт, и на какие заграничные счета отправляет.
– Глебыч, я в курсе, но пойми, сейчас нам нужна передышка, все разборки потом, этот раунд мы проиграли. Наша задача где-то засесть и понять, что они хотят, и только потом действовать – проговорил Толик, явно пытаясь успокоить Глебова.
– Да знаю я что нужно, но хочется прямо сейчас подняться назад и выбить ему пару зубов – зло выпалил олигарх, и поднял кулак собираясь ударить по огромному зеркалу, покрывающему всю стенку лифта.
– Не надо. Лифт ни при чём. К тому же костяшки разобьёшь, потом рука болеть будет – предостерёг Толик, и олигарх нехотя опустил кулаки.
– Слышал, как он сказал? Мы вас не задерживает. Похоже они решили меня из страны выдавить.
– Или наоборот, хотят тебя прямо с твоего личного «Фалькона» снять, за пять минут до взлёта.
– Согласен, и такое может быть. В аэропорт точно не поеду – твёрдо заявил Глебов, и в этот момент лифт остановился, и его створки распахнулись.
Тут стояли в оцеплении ещё десяток собровцев, а за ними четверо телохранителей, которых Толик оперативно послал за Глебовым, после того как тех бодигардов что дежурили на 101 этаже небоскрёба, арестовали предъявив липовое обвинение в подделке лицензий и неправомочном использовании летального оружия.