Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)
- Зелья! - на последних остатках воли простонал Боксер, как только напарница-хопешка используя свое оружие как рычаг сумела вытащить его из-по судорожно корчащейся туши (сама бы хопешка не справилась, но страшным усилием воли удержавшийся от беспамятства спецназовец ей помог, используя одну более-менее уцелевшую руку и изодранные когтями ноги).
- Сейчас! - упавшая перед ним на колени Яйаа лихорадочно зашарила в подсумке у него на поясе.
- Это! - в глазах у Боксера стремительно темнело от боли и потери крови, но он сумел опознать нужный флакон. - Открывай и лей мне прямо в глотку! -
Всхлипнувшая Яйаа сорвала ноготь, отковыривая жесткую пробку (которую если знаешь-умеешь можно было открутить одним движением), и в горло спецназовца хлынул живительный ручеек! Отступила боль, выросла выносливость, как по команде остановилась шибко бегущая из рваных ран кровь, беспамятная темнота отступила. На сбрызнутом слезами лице хопешки отразилось неподдельное счастье...
РЫК! И топот! На парочку несется еще один слиш, и он почти в два раза больше мертвого!
Немного оживший Боксер ругается, выпускает в сторону слиша еще один огненный шар и пытается нашарить на разгрузке гранату. Пытается он зря — сорванный когтями подсумок остался под тушей убитого им врага...
Яйаа с отчаяньем и в то же время с решимостью в глазах подхватила оружие и приготовилась принять свой последний бой — ясно видно, что она никуда не побежит...
Слиш как воплощенное возмездие несется на убийц его сородича! Он полон сил! Однако в куцых мозгах твари не месть, а голод, кстати, сородича он тоже сожрет... после того как полакомится нежным мясцом двуногой мелочи. Огненный шар Боксера тварь ни разу не впечатлил...
Мощный удар в правый бок опрокинул преодолевшую половину расстояния до парочки тварь! Второй удар и поднимавшегося слиша тащит-волочет по земле!
Яйаа и Боксер, но в первую очередь стоящая на ногах Яйаа, вертят головами по сторонам, выискивая причину того, почему они оба еще дышат и видят свет этого мира... Находят...
К месту действия быстро приближается могучий здоровяк — мощный, плечистый как все спецназовцы Боксер по сравнению с ним словно только-только оформившийся из подростка юноша рядом с матерущим мужиком. Это Послушный! На первом питомце Главы нет его обычного доспеха Черной Молнии (находится в ремонте), нет и запасного доспеха, ведь по идее он отправился на охоту, а не в бой, зато есть толстая, подбитая сталью кожаная куртка, чем-то напоминающая доспехи универсалов (и всем их превосходящая, в том числе и ценой), за спиной у него брошенная на землю добыча (две косули и небольшой по местным меркам глухарь), в правой руке не пистоль, а полноценный жезл с боевым заклинанием школы Порядка Воздушная стена, именно заряды жезла отбрасывают слиша и не дают ему встать, в левой руке два легких охотничьих копья, за спиной меч, на поясе разделочный и боевой нож с гардой-дужкой в виде зубастого лезвия-кастета и страшно, по-живодерски изломанным клинком. Послушный неотвратимо приближается и бьет, и бьет, и бьет, и бьет по зверю из жезла! Беспрерывные удары не такого уж и мощного заклинания не наносят слишу особого урона, больше злят его и не дают встать, ну и валяют его по земле и отбрасывают все дальше и дальше от парочки...
На двадцать втором ударе в жезле закончились заряды. Ничуть не расстроившийся Послушный отбрасывает сослуживший службу жезл и, на ходу перебросив в освободившуюся руку одно из копий, продолжает путь — он уже близко к ошарашенному, но быстро приходящему в себя зверю, куда ближе чем превратившиеся из участников в наблюдателей хопешка и раненый спецназовец...
Разумеется слиш бросается на него! На того, кто ближе... и встречает последовательно пущенные навстречу копья! Броски могучего питомца хороши, умелы и просто ЧУДОВИЩНО сильны, только вот легкие охотничьи копья подкачали — их листообразные наконечники не предназначены взламывать столь мощную естественную броню, а древки слишком легковесны, да, на копьях есть бонусы, но не те, что помогут в пробивании брони. И все равно сила и умения Послушного отчасти компенсируют недостатки оружия — древки ломаются при ударе, наконечники орут как хохлушка-клофелинщица под разгадавшим ее коварный план клиентом-армянином, но тем не менее протискиваются сквозь неподатливую шкуру-броню, достигают мяса под ней!
Достаточно странная на взгляд вскрикнувшей хопешки вещь — прежде чем слиш врезался в здоровяка, тот отбросил в сторону свой так и не покинувший ножен меч и встретил тварь с одним только ножом... странно и непонятно! По земле катится клубок из двух рычащих тел. Да, катится! В отличие от Боксера даже такой огромный слиш не может подмять куда более компактного по сравнению с ним здоровяка под себя...
хруст...
рык...
взмахи ножа...
брызги крови...
хруст ломаемого металла...
Яйаа почуяла движение за спиной и мгновенно развернулась готовая встретить новую угрозу ударом копья-меча!
С облегчением вздохнула, натыкаясь взглядом на скользящие меж стволов деревьев фигуры эльфов-стрелков с большими луками в руках. Чуть подальше кусты с шумом проламывает пара спецназовцев, они тоже спешат.
Яйаа поворачивает голову к схватке... непроизвольно вздрагивает всем телом и поплотнее перехватывает древко — вместо исчезнувшего здоровяка со слишем грызется немногим уступающий ему размером черный пес! Этот пес страшен и свиреп, ОЧЕНЬ страшен и ОЧЕНЬ свиреп, и дело тут не только в размере — его пламенеющие багровые глаза совсем не похожи на глаза обычной собаки, его когти и клыки рвут железную шкуру слиша как бумагу рвут стальные, бритвенной остроты клинки, по его шерсти бегут золотые искры, а еще он гибок, невероятно гибок и лапы использует не как пес, а как совершенно иное существо, что ближе к кошачьей семье. Судьба слиша предрешена — несколько минут яростной схватки и страшный пес начинает рвать его не как равного противника, а как добычу! Уже совсем не грозный слиш больше не рычит, он стонет и пытается сбежать... однако черный пес не дарует ему такой милости, он беспощаден к врагу — могучие челюсти рвут и отрывают, передние и задние лапы кромсают, весь лес наполняет дикий визг некогда грозного и не желающего умирать хищника... что встретил того, кто сильней. Вскоре мир оглашает победно-торжествующий рык одержавшего верх зверя, и это отнюдь не слиш!
Вокруг Яйии и Боксера полно других спецназовцев и стрелков (эльфов-стрелков). Полусотнику спаивают еще одно зелье и осторожно переносят на расстеленный плащ. Хопешка видит все это краем глаза, видит словно в тумане, ведь все ее внимание приковано к почти закончившейся схватке... поистине невероятные вещи творятся там!
Победивший, но и страшно изорванный пес отваливается-отстраняется от еще живого врага, встряхивается как будто только что вышел из воды, золотые искры и кровь летят-сверкают словно капли расплавленного золота, мгновение... мгновение.... мгновение.....
…... Вместо огромного пса на две ноги поднимается давнишний здоровяк без ран и без малейших повреждений на одежде, на секунду хопешке показалось, что никакого пса не было и в помине, и это все мираж-фантом-сон, только вот это не так — здоровяк небрежно сплевывает кусок окровавленной плоти и утирает сперва запачканный рот, затем обильный пот со лба. Брошенный на хопешку взгляд... и мороз пробирает ее до костей — она понимает, вспоминает и осознает, что все увиденное ей БЫЛО, и пес это и есть здоровяк, а здоровяк это пес! Девушке жутко и зябко от этого почти болезненного понимания!
Тем временем Послушный добивает поверженного врага: сперва бьет его по морде кулаком так, что звук удара и хруст костей слышно на километр вокруг, потом ворочает жалобно стонущего слиша словно плюшевую игрушку, находит загнанный в плоть по гарду нож и, вырвав его одним движением, тут же наносит им новый удар... в то же самое место (!), и еще один (!), и еще (!) — слиш пронзительно визжит, но упрямо не спешит подыхать. Тогда Послушный вновь ворочает его, примеривается к выбранной точке и наносит еще один, всего один, зато чудовищной силы удар. Теперь — точно все, слиш мертв!