Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)
- Нет — думаю там все решит магия, а заготовки — на случай флангового обхода орков от позиций орды и на случай каких-нибудь подобных неожиданностей. По основному направлению все. Теперь в порядке убывания по остальным. Таурохтар! -
- Ага! - откликнулся рейнджер, примерно представляя себе, что он сейчас услышит.
- Возглавишь силы против орды, - не разочаровал его Глава, - возьмешь 100 рейдов, всех зомби, всех кровавых стражей, големов Барсука, половину беспредельщиков, всю пехоту, три тысячи эльфов-стрелков и три тысячи спецназа. -
- А кавалерия?! - Таурохтар не мог не вспомнить о своем любимом детище.
- Побудет в общем резерве. И запомни: как только мы начнем одолевать на основном направлении, орда немедленно ударит, и вряд ли в этот момент мы сможем тебе помочь. Сам первым не атакуй. -
- Ищи дурака пехотой атаковать кавалерию, да еще в горку, - ухмыльнулся Таурохтар. - Не беспокойся, встретим и разберемся с ними как надо. -
- Надеюсь на тебя. - Дримм перевел взгляд на лыбившегося полуорка. - Вар! -
- Да-а, - полуорк тоже догадывался о чем пойдет речь.
- Возьмешь 50 рейдов, 2 тысячи спецназа, 3 тысячи эльфов-стрелков, отряд Дяди и прикроешь наш тыл. -
- Прикрою! - пообещал полуорк.
- Теперь река. Муллкорх! Займешь позицию со стороны реки, в прошлый раз у универсалов хорошо получилось, надеюсь и в этот раз справитесь не хуже. -
- Не опухнем от недосыпа, сделаем, - Муллкорх напомнил, что его подчиненные не спят уже сутки, сохраняя бодрость только благодаря зельям выносливости.
- Постарайтесь, - хмыкнул Глава, - вам ведь больше не бегать, не прыгать, а прочно стоять на одном месте и стрелять из арбалетов, возможно и стрелять-то не придется. -
Муллкорх грустно улыбнулся на эти слова, он слышал похожее не в первый раз, но больше ничего не стал говорить.
- Общий резерв: кавалерия, все оставшиеся спецназовцы, эльфы-стрелки и рейды, фейри, ''Несущие смерть''. У летунов приоритет Вар и Муллкорх, только потом Таурохтар и на последнем месте я на основном направлении. Итак общая диспозиция такова: мы не будем облегчать оркам жизнь и располагаться напротив города — остановимся километрах в пяти до переправы. Как только подойдем, сразу их (орков) поторопим: начнем сеять мины и растить живые стены, напрягаться особо не надо — мины и стены это не самоцель, а средство — представление. Айнон, особое внимание на левый фланг основной позиции, но без фанатизма — сколько успеете, столько успеете, но все-таки хорошо бы живая стена могла дать побольше времени стрелкам, - немного непоследовательно закончил Глава.
Айнон кивнул, принимая его пожелание к сведению.
- Поторопим их и по-иному: отправим вторую половину беспредельщиков в сторону гор и города шаманов, пусть несутся словно им скипидаром жопу намазали! Синьагил, ты поняла про скипидар? -
- Поняла, постараюсь, - без особого энтузиазма ответила Синьагил. Хоть она и понимала смысл приказов Главы, но ей не нравилось, когда ее подопечных уж очень откровенно превращали в пушечное мясо, да и умирать с ними за компанию не особо хотелось. Впрочем приказ есть приказ, и она собиралась выполнить его как всегда от и до.
- Ну тогда все, - потянулся Глава, бросив взгляд на порозовевшее небо у горизонта, - все свободны, всем готовиться. -
Но все-же совещание закрыл не Глава, а Туллиндэ, за ней осталось последнее слово:
- Барабаны стали сильней, - и Королева Мертвых бросила взгляд в сторону невидимых пока гор...
Глава 11
Глава 11
Уугнанглан-рок — духовный и политический центр союза племен Вишни, город на острове посреди р. Пх-хты.
20-й день похода, раннее утро.
Орки.
Орки ждали и готовились. Серьезно и вдумчиво готовились все, вожди племен, старейшины, герои и берсеркеры, простые воины, но конечно больше всех остальных готовились шаманы. Осквернившие степь чужаки сумели доказать, простым колдовством их не взять, нужно было что-то особенное, небывалое, могучее, то, что не использовалось сотни и тысячи лет. Шаманы племен Вишни очень не хотели к такому прибегать, опасались, что средство окажется страшнее болезни, однако невероятно быстро скакнувшие вниз по реке чужаки не оставили им другого выхода — никто из шаманов не видел иного способа победить. Могучий, древний, запретный ритуал с одинаковой вероятностью мог спасти союз племен Вишни, а мог и окончательно его погубить: даже если те, кого собирались призвать, прикончат чужаков, но при этом шаманы потеряют над ними контроль и не смогут потом изгнать обратно, то союзу все равно конец — не прикончат жуткие монстры, в наказание покарают остальные обитатели степи. И все же шаманы Вишен решили рискнуть, а для того чтобы повысить свои шансы, сосредоточили все свои силы на ритуале, при этом практически бросив орду на произвол судьбы. Рисковали? Да, и еще раз да! Но шаманы не могли поступить иначе! Как не могли иначе поступить и воины строившейся для битвы орды.
В какой-то степени простым воинам и даже некоторым вождям было полегче: разум застила месть, в глазах одна только ненависть, в руках оружие, на плечах доспехи, под задницей верный конь, впереди враги — все просто и ясно, никаких душевных терзаний и мыслей о будущем. Некоторые старые вожди задумывались о том, что ждет их племена после победы или поражения, но таких осталось немного — страшные потери последних дней изрядно уменьшили количество тех, кто вел воинов за собой — на смену мудрым, опытным вождям пришла молодежь с затуманенным местью разумом. И все же несмотря на немыслимые, смертельные для союза потери, немногие оставшиеся мудрые старики сумели направить на истинный путь молодых вождей с не обсохшим на клыках материнским молоком и, действуя с ними рука об руку, смогли изыскать больше ста тысяч бойцов, смогли привести их к месту битвы, смогли построить их как должно, но главное, смогли удержать многочисленных мстителей от немедленной атаки, едва те увидели первых появившихся врагов.
Орки не стали мудрить, а выстроились так, как всегда выстраивались для сражения в степи — центр и два крыла по бокам. Разумеется в центре встали лучшие из лучших — дружины вождей с ними во главе: воины на хаштра в отличном снаряжении и с дорогим оружием в руках, многих хаштра прикрывал кольчужный подол или более часто встречающийся кожаный с нашитыми для прочности металлическими пластинами (или копытами коней). Впрочем недавние потери не могли не сказаться на численности лучших бойцов, а потому из 50 тысяч центра лишь 12 тысяч составляли сильно поредевшие и помолодевшие дружины, еще 10-15 тысяч — старейшины родов, их дети-внуки и самые богатые воины, что могли позволить себе нестыдный доспех и хаштра. Остальные — не самая нищета, но и не богачи, скажем так — середнячки: есть хаштра, но большинство на обычных хоть и хороших конях, неплохие качественные доспехи, неплохое оружие в руках, в руках, что умеют с ним правильно обращаться.
Правое крыло у реки в основном составляли вчерашние пастухи, среди них много женщин, причем даже тех, кто совсем недавно сменил прялку на копье. Пусть кожа вместо нормального доспеха, на голове войлочные колпаки, а в руках самые простые копья и булавы, но ярость орчанок не стоило недооценивать — у каждой из них погиб от рук чужаков муж, отец, брат, сын. 42 тысячи бойцов, женщин много, но больше все же мужчин. Это крыло труднее всего удержать от бездумной и безумной атаки — все женщины как одна рвутся в бой, у большинства мужчин также есть за кого мстить.
Левое крыло со стороны степи — еще 35 тысяч бойцов: серьезные воины на хороших откормленных конях, среди них нет юнцов, но нет и стариков — мужчины в самом соку, в расцвете лет. Доспехи, оружие — все серьезно: нет роскоши лучших воинов центра, но нет и вызывающей нищиты правого крыла — у каждого крепкий шлем, у каждого у седла не только булава, но и меч, у каждого или кольчуга, или панцирь на плечах. В отличие от воинов центра и правого крыла в глазах у них нет ненависти, зато есть решимость и желание победить. 35 тысяч таких вот спокойно-готовых бойцов — серьезная, способная на многое сила.