Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)

- Нужно заканчивать с ежедневными службами и даже наверное с еженедельными — вполне можно выбрать старшего жреца и взвалить эту честь на него, а себе оставить самые значимые службы по праздникам и в исключительных случаях, - неторопливо размышляла Людмила, под сотнями благоговейно внимательных взглядов совершая ритуальное омовение огнем рук и лица. Не слишком благочестивая мысль, особенно для ее статуса, особенно в такой момент, но учитывая огромный воз забот и проблем, что гнул к земле Великую жрицу, вполне понятная, в какой-то степени даже неизбежная мысль. В конце-концов Людмила не изобретала чего-то нового, а с некоторым запозданием следовала примеру и шла по пути Великих жрецов всех иных областей Серединного мира.
Хотя с другой стороны, не так уж ее обязанности были велики: обычно подобный ей Великий Жрец Великого храма имел под собой тысячи, бывало десятки тысяч жрецов и прочих служителей, десятки и сотни храмов, со всеми их богатствами и землями, тысячи требующих заботы часовен и отвечал за немалую область, иногда за целый континент — вот это действительно ГРУЗ с большой буквы! Ну а что же Людмила?! В сфере ее ответственности: Великий храм в городе Ожившей Бабочки, три средних размеров храма в фортах-городках вокруг города, небольшие храмы в Южном и Восточном замках (в Северном, вернее под ним находился храм Термеза, а над Старой цитаделью — круг друидов, он же храм Теруна и нескольких других лесных богов) и в общем-то это все, все ее обязанности как жрицы. Вроде бы немного? Но Людмила не только Великая жрица — она еще и старейшина клана, лидер летунов и комендант Южного замка. Учитывая все вышеперечисленное, ее при всем желании никак не получилось бы назвать лентяйкой, только и ищущей благовидного повода манкировать своими обязанностями Верховного жреца данного города и данной местности, что раскинулась на десятки тысяч километров на запад, восток, север и юг. 
- Кого же поставить старшим жрецом храма...? - Перед внутренним взором Людмилы словно закрутился калейдоскоп из подчиненных ей жрецов-игроков и жрецов-заготовок. Заготовок было больше и намного, в разы. - Исключаем всех неопытных заготовок до года... - Из калейдоскопа исчезло полторы сотни имен и прозвищ. - Исключаем недавно взявших класс ЖРЕЦ игроков и тех, у кого этот класс не основной, - немного по-ханжески решила Людмила (ведь она сама была такой), - паладины слишком ценные боевые единицы — так что исключаем и их... - Больше двух третей игроков долой. Осталось меньше сотни имен в изрядно поредевшем калейдоскопе — все равно слишком много на придирчивый взгляд Людмилы, и она продолжила его кромсать, безжалостно вычеркивая все новые и новые имена: - Долой настоятелей храмов в городках и замках и их заместителей — они на своем месте и нечего их дергать... - Еще минус десять имен. - Долой всех игроков, - по некоторому размышлению приняла довольно жесткое решение Людмила, приняла его, вспомнив себя, свои проблемы и заботы, что заставили ее искать возможность сбросить часть груза с плеч — еще 16 имен покинули уже совсем тощенький калейдоскоп. Оставшиеся жрецы-заготовки всем хороши — пожившие, набравшиеся опыта, раскрывшие свой потенциал, обязательные, в отличие от игроков не способные даже помыслить поставить личные дела выше обязанностей жреца и в отличие от них же истинно верующие в бога войны, а не старательно отыгрывавшие продиктованную классом роль, практически идеальные. Однако прежде чем остановиться уже не на калейдоскопе, а на кратком списке, Людмила выбросила еще 2 с лишним десятка имен. Нет, не потому что те были плохи, наоборот хороши, настолько хороши, что ей как Великой жрице очень не хотелось терять их в качестве смотрящих (жрецов в армии) и наставников в Школе Детей Драконов. Если бы у нее не было другого выхода, то каждый из них несомненно стал бы отличным старшим жрецом для Великого храма, но... выход у нее все же был, точнее выбор из более чем десятка имен.
Людмила напряглась-нахмурилась, вспоминая все что ей известно про каждого из выбранных жрецов. Вспомнила немало, но сразу делать выбор не стала — решила сперва еще раз подробно поговорить с каждым из них, и только после разговора определиться, кого из них поставить старшим жрецом. Она не могла позволить себе ошибку, выбирая второго в иерархии жрецов после себя! Да еще следовало хорошенько поскрипеть мозгами и найти нужные слова, чтобы объяснить свое решение вполне способным обидеться игрокам-жрецам — тоже непростая задача. 
 
На некоторое время Людмилу без остатка поглотила служба, незаметно подошедшая кульминация потребовала всего ее внимания, не оставив возможности отвлекаться на что-то еще. Уже сознательно, а не на автомате включившаяся в действо Великая жрица преподнесла ежедневные дары, окропила алтарь смешанным с кровью и молоком вином, громким, поставленным с помощью классового навыка жреческим голосом прочитала положенную в этот день и в это время молитву, воздев над головой ритуальный меч благословила собравшихся на службу верующих.
Ярче вспыхнувший огонь в жертвеннике, засиявший золотом воздух и прокатившаяся по храму теплая, бодрящая волна подтвердили, что бог войны ответил на зов своей жрицы и милостиво простил ей некоторую вольность мысли!
Служба клонилась к окончанию, и у Людмилы вновь появилось время подумать на отвлеченные и в то же время тесно-тесно связанные с верой и храмом темы. На этот раз голову снежной эльфийки занимала не кандидатура старшего жреца для центрального храма, а установившаяся иерархия жрецов, которую она не решилась как-то менять (хотя имела на это полное право), а взяла в самом что ни на есть ее классическом варианте... 
*
Как и многие подобные иерархии, что в Серединном мире, что и на Земле, иерархия жрецов Трооатэны представляла из себя достаточно стройную пирамиду, на вершине которой восседал сам могучий бог — без его участия не мог произойти ни один обряд и ритуал, без его согласия не мог быть посвящен ни один жрец или паладин, без его благословения и присланного им стража не мог быть возведен ни один самый маленький храм. 
Под Трооатэной располагались воины его небесной дружины — ''Живущие в бою'' (самые достойные из павших воинов разных рас). О дарованной им силе можно судить хотя бы по тому, что многие невеликие, но и немалые боги Серединного мира предпочли бы сразиться с Высшим демоном, кем-то из Владык Хаоса или другим богом вместо того, чтобы выйти один на один с небесным воином из отборной дружины бога войны. 
Под ''Живущими в бою'' располагались Верховные и Великие жрецы разбросанных по всему Серединному миру Великих храмов: в теории Великие жрецы были равны друг другу, отстаивая интересы веры и своего небесного господина на подконтрольной их храму территории (в идеале поддерживая и помогая друг другу), на практике же статус каждого Великого жреца определял размер, богатство, древность его Великого храма, наличие в храме реликвий, возраст и авторитет Великого жреца, количество подчинявшихся ему жрецов, послушников и паладинов, величина подконтрольной храму территории, число располагавшихся на ней больших, средних, малых храмов, часовен, священных мест, влияние на светских правителей окружавших храм областей и стран (не исключая и ту, на которой располагался Великий храм). Ну и конечно главное, ГЛАВНОЕ — как к Великому жрецу относился сам Трооатэна!
Ниже по пирамиде находились старшие жрецы: святые, старшие служители Великого храма, наперстники Великого жреца, старшие жрецы больших и средних храмов, а также присланные Трооатэной стражи храмов. Равным им статусом обладал Главный паладин данной местности. Уже под их началом находились простые паладины и жрецы. При этом каждый привязанный к конкретному храму страж подчинялся только и исключительно Великому жрецу своего храма, а паладины, постоянно перемещаясь по миру, подчинялись Главному паладину местности, в которой они находились в данный момент, и формально не подчинялись Великим жрецам (что однако не мешало им исполнять их' 'просьбы'', особенно если такую ''просьбу'' того или иного Великого жреца передал им Главный паладин).