Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)

В дверь постучались, вошедший референт сообщил: президентский секретарь предупреждает о том, что первое лицо вскоре будет готово приступить ко второй части визита. Приятели споро подхватились, собрались и поспешили куда нужно, на ходу благоразумно устраняя коньячный запах с помощью ментоловой жвачки, что же касается других последствий внеурочных возлияний, то для таких ''монстров'' как Кабан и Уголь одна-две рюмки коньяка — почти ничто. Успели они вовремя, и президенту не пришлось интересоваться у секретаря, куда запропастился местный губернатор (в уме решая: а нужно ли такого нерасторопного оставлять на столь важном посту?). 
Вскоре губернатор, президент и изрядно поредевшая свита последнего по служебной лестнице спустились в гараж, где к ним присоединились несколько доверенных людей губернатора из тех, что отвечали за отдельные направления проекта. Каждого из них президент знал в лицо и по имени, с каждым лично поздоровался за руку. Затем вся кампания направилась в отдельный бокс, вроде бы предназначавшийся для ремонта машин, только вот ни один из не посвященных работников обширного гаража здания губернаторской резиденции не вспомнил бы случая, когда бокс использовали по его якобы прямому назначению. Оно и не мудрено, ведь бокс — никакой не бокс, а мощный грузовой лифт, способный выдержать до 8-тонн. 
Бесшумно закрылись мощные двери, и лифт-тяжеловес неторопливо пошел вниз. Неизвестно почему, возможно из-за коньяка, но пока двигался лифт, перед Николаем стремительным калейдоскопом пробежала вся его жизнь: не просто бедное, нищее, но тем не менее счастливое детство в одном из барачных районов Магнитогорска; работа на заводе; служба в армии, где он завел пригодившиеся в будущем знакомства; коммерция с липким запахом криминала; большие деньги и совсем откровенно уголовные дела; Кабан, другие кореша; постоянно маячившие за спиной зона и могила; легальный бизнес; серьезные завязки в Москве (через делегированного в столичные депутаты Кабана); руководство комбинатом и почти абсолютная власть над родным городом; жутко мокрые дела, на которые ему пришлось пойти, чтобы сохранить власть и одновременно не дать блатному миру себя окончательно подмять; знакомство с президентом, этим волчарой с клыками как у саблезубого тигра; еще большая власть, но и дикая ответственность, когда область оказалась в его руках; борьба с командой прошлого губернатора с опорой на не до конца затравленных им людей позапрошлого; шок, когда он узнал, что до Конца Света остались считанные годы и конечно занимавший все его силы ПРОЕКТ — ему было что вспомнить в своей долгой и наполненной событиями жизни.
- Да, немолод я, - самокритично думал о себе Николай, - немолод это факт. Но надо постараться, собрать все силы и вывернуться на изнанку! Конечно это не руки и ноги людям на угольных карьерах рубить, чтобы доказать крутость свою и верность братве, а гораздо сложней! Но принцип один: нужно переступить себя, не распускать сопли и, несмотря ни на что, делать дело! -
Николай взглянул на занятого разговором с секретарем президента, взглянул и тут же опустил глаза — не дай бог тот почувствует тяжесть его взгляда. А ведь мог, волне мог бывший разведчик почувствовать недобрый взгляд и как он на него среагирует, сложно предсказать. Уголь не желал этого выяснять, так как точно знал, ЭТОТ президент поопасней всей уральской братвы вместе взятой...
- Справлюсь! Как тогда на карьерах получилось, получится и сейчас! Пускай это мой последний рывок в жизни, но я уж постараюсь спасти семью и обеспечить им хороший старт в новом мире! Для этого нужно не ошибаться и не расслабляться еще год-два — смогу! Года два точно смогу, а там видно будет, - думал Николай, уставясь в пол — не дай бог бурю в его глазах увидит Кабан или Щебенкин или, самое худшее, увидит сам президент. Николай переживал, но готовился бороться до конца, как боролся всю свою жизнь.
Толчок в ноги — остановился лифт. Несвойственная обычным лифтам 15-ти секундная задержка и мощные, способные остановить пулю двери солидно и по прежнему бесшумно пошли в сторону. Первое что увидели посетители — стальной круг, внешне сильно напоминавший дверь банковского хранилища или герметичный люк на корабле, только в защищенный сталью проход легко мог проехать грузовик (в общем-то лифт и предназначался для транспортных средств и лишь во вторую очередь для людей). Дверь была самым первым и пожалуй единственным привлекающим внимание объектом в небольшом помещении-тамбуре, больше в нем ничего не было кроме голых бетонных стен и пластиковой панели рядом с дверью. Ах да! Еще несколько видеокамер под самым потолком и два дистанционных модуля с интегрированными ''Утесами''. Находящийся в безопасности оператор с помощью камер великолепно посматривал весь тамбур и в случае нужды легко мог уничтожить любого врага перекрестным огнем — от бронебойно-зажигательных пуль из крупняка не спасет никакая индивидуальная броня (в упор с 20-метров не спасет и танковая). В случае особой нужды помещение за несколько секунд могло быть полностью заполнено углекислым газом... или обычной водой.
 
Разумеется сегодня не могло быть и речи о какой-то там воде или газе, а модули не пугали дорогих гостей лазерными прицелами и плавными движениями жутких стволов (автоматическая система наведения) — оператор прекрасно знал, кто пожаловал на лифте поскольку был специально об этом предупрежден. Однако даже зная КТО пожелал посетить вверенный ему объект, он не нажимал кнопку открытия двери, пока губернатор не ввел код на панели и не подтвердил свою личность отпечатками пальцев. Только после этого начали хрустеть многочисленные запоры практически по всей окружности стального круга. Казалось прошла целая вечность, прежде чем все 22 запора ушли в пазы и дверь начала ме-е-едленно и величественно открываться. Не удивительно что медленно — три метра титана в толщину стоили уважения к себе! Вряд ли на всей Земле существовало орудие, способное пробить такую преграду, хотя, кто знает, может и существовало, но доставить его к двери на пусть и грузовом лифте не представлялось возможным, так что, кто бы не проник в тамбур под губернаторской резиденцией, он не смог бы пройти за эту дверь! Если конечно ему не откроют с той стороны, как и произошло в данном случае. 
Ну а за дверью гостей встретил... еще один тамбур и еще одна такая же дверь, закрытая дверь. Сам тамбур был гораздо меньше первого: на этот раз никаких модулей с пулеметами, а вот пара хорошо замаскированных камер под потолком все же имелась. В течение пяти минут тамбур меж двумя колоссальными дверьми мог заполнить быстро застывающий бетон. Подобная система предназначалась не против людей — для них хватило бы самих дверей, модулей и газа снаружи, но и людям вряд ли придется по вкусу бултыхание в жидком камне, что затвердеет через несколько минут. Истинное предназначение бетонной подушки — укрепить мощные двери и вместе с ними создать совершенно неразрушимый барьер, способный выдержать какой угодно по мощности удар, любой жар, близкий подрыв ядерного заряда или ударную волну, которую породит упавший рядом метеорит. Ну и конечно такая продуманная защита очень долго сможет сдерживать оставшихся на поверхности людей — недели, месяцы, возможно годы...
Процедура повторилась: губернатор специальным электронным ключом открыл панель из прочного, огнестойкого пластика, набил код, приложил пальцы к считывающему устройству, и только после этого глухо залязгали запоры. На все это с одобрением смотрел президент: он помнил, каким увидел недостроенное челябинское метро, когда только начинался проект — жалкое зрелище! А тут одни только такие двери непроизвольно вызывали чувство гордости и надежности! Уже по входу видно, что триллион УЖЕ вложенных в проект зеленых американских рублей не пропал зря! Конечно благодаря регулярным отчетам верных людей он примерно представлял, что ждет его внутри, но все равно едва скрывал нетерпение, желая увидеть подземные челябинские чудеса своими глазами, увидеть свой будущий дом на как минимум ближайшие 10-15 лет, увидеть место, в которое он приведет свою семью и где сохранится часть его народа.