Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)

- Что же делать?! - Иль вышла из зала вождей и едва удержалась чтобы не обхватить голову руками. - Отец, что же ты наделал?! - с горечью думала девушка, почти что с болью разглядывая довольные лица окружающих. Они довольны, а что делать ей?!! - Зачем, ну зачем ты надел на братьев знаки вождей?! Хотел пустить пыль в глаза остальным, похвалиться, что каждый твой сын ведет в бой не меньше тысячи воинов!? Вот и похвалился! Выкуп придется платить как за настоящих вождей! И не откажешься, и не откроешься — иначе позор на всю степь! Что же ты, отец...!? -
Иль пустыми глазами глазами оглядела лица послов, с горечью в сердце посмотрела в сторону важного и довольного Раг-нур-Хака, в сторону подруги, что беседовала с Главой клана и, куда деться, пошла вместе со всеми туда, куда влекли ее Драконы. Ей бы подойти к отцу и братьям, что шли где-то в толпе, но сейчас она не могла посмотреть им в глаза, хотя никакой ее вины в случившемся не было и быть не могло. 
- Отец, братья, большой шаман племени — 90 щенков ночных варгов — нереально! - мысли орки метались у нее в голове как загнанные зверьки. В племени Зеленого Ветра 400 варгов и ни одного ночного. Где взять 9 десятков столь нужных на выкуп щенков? Имущества семьи вождя не хватит, чтобы их купить, тем более щенки сейчас понадобятся не только им, а значит цены на них сильно взлетят, да и не продают их просто так ни за какую цену — нужны связи, старые родовые обязательства или сильные поручители, у племени Зеленого Ветра нет таких. Если бы они входили в какой-нибудь союз, то конечно получили бы помощь от других племен этого союза, но они свободны, а значит отвечают сами за себя. - Как же быть, что же делать? - всегда полагавшаяся на свой ум дочь вождя искала выход... и не находила его. - Продать племенные табуны, продать все отары мясных, шерстяных и пуховых овец — может хватить, может, но тогда племени конец — мы не выживем без них в степи! Еще раньше конец придет нашей семье и всему роду — нам не простят такого разорения! Убьют отца, братьев, убьют меня, жен братьев и племянников отправят обратно к ним в племена. - Вполне реальная перспектива: Иль прямо-таки почувствовала, как клинок перерезает ей горло как овце, почти увидела мертвых братьев и отца, почти вдохнула запах их крови, услышала их стоны, ощутила их боль.
Орка не выдержала почти реальных видений и закрыв глаза замотала головой, едва сдерживая подступавшие слезы. Смех и веселые голоса вокруг становились для нее все невыносимей, хотелось куда-нибудь убежать и выть в полный голос. Ей понадобилась вся ее нутряная сила для того, чтобы продолжать держать себя и идти вместе со всеми, праздновать... А что праздновать?! Предстоящий позор и гибель ее семьи, вот что ей предстояло праздновать! Но нужно было идти, играя свою роль до конца. Неожиданно она почувствовала чужой взгляд на спине, ощутила его обострившимся в данный момент чутьем. Взгляд не давил, не угрожал, но словно тяжелым, теплым плащом лежал на ее плечах. Илирна незаметно повернула голову и увидела давнишнего полуорка, того кого так настойчиво навязывала ей в мужья наглая дочь Главы Драконов. Полуорк шагал в толпе немного позади и смотрел на нее жеребячьими глазами. 
- Как же выкрутиться? - вернулась мыслями к невзгоде Иль. - Просить помощи у дружественных племен, но у нас нет ТАКИХ друзей. Просить покровительства одного из союзов, быть может вступить... Да, нас возьмут, но долг, огромный долг повиснет на племени тяжким грузом и будет висеть, пока мы его не отдадим. И все это время наш голос не будут слышать на советах вождей союза, нам последним будут выделять добычу и в первых рядах бросать в бой. Если так поступить, то наш род будет жить, хотя отцу больше не ходить в вождях — племя не простит нам потери независимости. Возможно стоит смирить гордость и пойти этим путем, возможно, - напряженно думала Илирна, но в то же время она знала своего отца и братьев, знала, что отец слишком горд, чтобы уступить власть, а братья поддержат его, пускай и против всего племени — они будут бороться и неизбежно потеряют все, а не одну лишь власть.
 
Илирне было тяжело, однако постепенно она пришла к единственному выходу спасти свою семью, спасти племя: орка решила продать себя — принять предложение замужества от одного из своих многочисленных поклонников, но не того, кто нравился ей больше других, а самого богатого из них, того, кто сможет выкупить отца и братьев. До дрожи ужасающая ее перспектива, но привыкшая к свободе дочь вождя готова была пойти на нее — ради отца, ради братьев, ради семьи. Оставалось понять, кто выложит за нее стоимость почти сотни щенков ночного варга. Выбор не велик — слишком непомерна цена, но все же есть такие — вожди могучих племен или старые охочие до юной красоты шаманы. Илирну мутило, когда она вспоминала некоторых из них, другие были ничего, практически у всех из них много жен, детей, внуков, правнуков и более отдаленных потомков. Она войдет в их род как самая младшая из жен, красивая игрушка для утех, повод для гордости и больше никто. Возможно ей и удастся подняться выше, но в любом случае ее ждут сложные времена — годы, десятки лет, быть может и века. И все же орка была готова пойти на это ради семьи... 
Внезапная как коварный удар клинка мысль обожгла ее разум, Илирна повернулась и прямо посмотрела на полуорка. Смутившийся полукровка опустил глаза и отступил поглубже в толпу. Однако теперь уже Илирна смотрела на него и не теряла его из виду. 
- Значит Вар — старейшина богатого и сильного клана, что сумел уничтожить могущественный союз племен и навязать свою волю еще трем, - думала дочь вождя, разглядывая полукровку словно жеребца, которого собиралась купить. - Дочь Главы говорила, он богат, Фиалка (Рина-но) сказала, что в клане выше него только трое, включая Главу. Хорош собой и похоже влюблен в меня. Один вопрос: хватит ли ему богатства и влияния, чтобы покрыть долг? - Илирна на секунду закрыла глаза, взвешивая на мысленных весах полукровку и других кандидатов в мужья. Незримые весы сильно отклонились в сторону полукровки — по крайней мере молодой, красивый и влюбленный в нее чужак не вызывал у нее отвращения как богатые старики. Не просто не вызывал, нравился и даже очень! Прежде она гнала такие мысли от себя, не смея помыслить о связи с чужаком, тем более о чем-то большем чем мимолетная связь, к тому же слишком кратким и сумбурным вышло их знакомство (спасибо нахальной дочери Дримма), ну а теперь именно гонимые ей и сжигавшие чужака чувства могут спасти ее семью. - Отец конечно будет против, но плевать — он подвел себя, братьев, меня, племя, заставил меня искать выход. Я нашла какой смогла, придется ему смириться. Он не сможет мне помешать — пока он в плену, Я вождь, племя признало меня, брат не оспорил мою власть. Решено! -
Илирна с гордо поднятой головой, истинно королевской осанкой и поступью направилась прямо к полуорку. Никто не слышал, какие слова она тогда сказала ему, а он ей, если же судить со стороны, то все походило на то, как госпожа отдает строгие приказы слуге, а слуга смиренно соглашается со всем, что говорит ему его госпожа. По окончании разговора орка подставила руку, и Вар неловко надел на ее запястье снятый со своей руки браслет, в ответ орка повязала на его кинжал сорванную со своего пояса ленту, затем что-то сказала ему, круто развернулась, почти хлестнув его по лицу гривой волос и поспешила догнать остальных послов. Оставшийся стоять Вар некоторое время стоял словно в затмении и смотрел ей в след, странное выражение не сходило с его лица, одновременно испуг и восторг, чего там было больше, так сразу не разберешь.
Посольство уже скрылось за поворотом, спеша на пир, когда в глазах старейшины клана вновь засиял разум, Вар тяжело вздохнул, словно только что вынырнул из-под воды, тяжелые мысли озарили его чело, он явно что-то прокручивал в голове, почти натурально скрипя мозгой. И все же брошенный на кинжал взгляд заставил потеплеть его глаза. Вар почесал руку на месте отданного браслета и вприпрыжку побежал вслед посольству, тяжелые мысли в голове гнули его к земле, однако полуорк едва не воспарял над ней же, словно минуту назад обрел невидимые крылья за спиной. Вар спешил к Главе клана — им предстоял серьезный разговор...