Угнетатель 2 (СИ)

Хорошо сказал, самую суть ухватил. Да уж, умеет Якоб находить исполнителей своей воли. И ведь молодой совсем, почти пацан, а черт старый углядел, приблизил, обласкал. Говорят, за убийство моего племянника дом ему недалеко от королевского дворца подарил. Убийством, конечно, это не было. Если судить по докладам, честная дуэль. Насколько честной может быть дуэль между шестнадцатилетним юношей и мужчиной под тридцать. У соседей-северян есть воины-берсерки, они готовы броситься в бой против кого угодно с любым оружием. Но это другой случай, этот умный и еще более от того опасный враг. Говорят, когда встречаешь смертельно опасного противника, попробуй сделать его союзником, если не можешь сделать другом… Не тот случай. Или не в данное время.
Ладно, не нами сказано: «Делай что должен, а будет как будет», время слов прошло, началось время большой войны! Король Георг кивком головы подозвал слугу и велел собирать малый военный совет. Пора выдвигать армию на рубежи удара по противнику.
— Ну что, друзья мои! Переговоры с его величеством Георгом прошли в теплой и дружеской атмосфере, мы решили немного повоевать! — Мой спич был прерван слитным ревом и ударами ладоней по плечам соседей: большой военный совет, это не столько способ услышать умный совет от подчиненных, сколько психологическая накачка для командиров всех уровней, раздача заданий и ролей. У благородных господ, знающих мои закидоны была опаска, что я выкину какой-нибудь фортель и сведу войну к окончательному непотребству. — Маркиз, скажите своё мнение о прошедших переговорах и шансах Георга на победу — так изящно я перевел стрелки на маркиза Седерика.
— И скажу! Господа, вы меня знаете давно, я впустую не трезвоню!
— Да! Говори, чего хотел! — как-то уж очень неформально совет у нас проходит. Напоминает казацкую вольницу.
— Наш предводитель граф Жорж предложил королю сдаться на милость графа. Представьте, король так опешил, что даже не сразу нашел, что ответить. Но потом решил не сдаваться. Так что битва будет.
— Здорово! Да-а-а! Покажем Иманту, почем нынче земелька!
— А насчет победы… никто не обещал, что будет легко. Враг силен, в чистом поле он нас сомнет запросто, так что соглашусь с графом. Биться надо не числом, а умением. Манёвр, засада, охват — всё, что мы умеем и знаем о тактике ведения войны против превосходящих сил противника. По возможности бить по частям, если нам дадут такую возможность.
— У них три коридора для входа. Если пойдут через один, будут долго накапливаться для развертывания баталий — можно будет уничтожать отряды по одному.
— Да, а если начнут вход в трех местах сразу, нападем на один из кормпусов всеми силами и уничтожим до подхода к ним подкрепления.
— Это конечно, удачно сложилась ситуация.
— Сложилась? Да мы её полгода складывали, копали день и ночь! А он такой приходит весной и заявляет «сложилось» — угу, начались тёрки между свежими вояками и теми, кто всю зиму тут сидел.
— Седерик прав, если мы победим, я первый скажу, что мотыга победила меч.
Ну да, мотыга, топор и пила. Где запруды, где канавы, где засеки, приведшие леса в совершенно непроходимое состояние. Действительно на всей обширной территории было всего три удобных района вступления в графство. Вот только погорячился барон с тем, что вводить войско по коридору Георг будет долго и нудно, не настолько он узкий. И да, мы уже знаем, напротив какого из трёх окон группируется войско противника. Так что нежданно или со спины не нападут. Вот только не так уж всё безоблачно у нас. Копать придется опять.
— Господа, а ведь нашим бойцам опять придется поработать мотыгами.
— Как?! А воевать?
— А потом воевать. Поскольку мы уже знаем направление удара, я предлагаю перегородить его не только нашими телами, а еще и насыпать холмы ромбовидной формы как волнорезы у берега. А перед ними выкопаем рвы, из которых будем брать грунт для насыпи.
— А если просто обойдут холмы?
— И что? Уйдут дальше, оставив наше войско в тылу?
— Да нет, не пройдут. Им надо нас разгромить целиком, а тут вот они мы. Еще и в окружении окажемся.
 
— Не окажемся, несколько насыпей в ряд, через которые они не смогут пройти. Точнее попытаются, но лезть наверх неудобно, а идти между холмами придется под постоянным обстрелом и магическими атаками.
— А в это время одна из наших баталий ударит в спину в тумане.
— Ты что, научился туман по заказу поднимать?
— Вообще-то да. Там озерцо сбоку, из него воду и подгоним. — Это один из наших воздушников, который в паре с водником прямо чудеса начал творить. Угу, маг начал творить чудеса — забавно.
— А может, всё-таки комариными укусами по ночам? Как уже не раз раздергивали противника?
— Жорж, зачем?! — на меня посмотрели как на великовозрастного дебила, попытавшегося отнять конфету у ребенка — Незачем месяц бегать за врагом, когда он сам лезет в ловушку.
  
Глава 26 Финальная битва
 
Никто так не подгадит человеку, как может это сделать он сам. Это универсальное правило действует практически всегда и на всех особях. Кто дергал за язык дер Баниша, сказавшего, что но с приданными магами земли сможет внести сумятицу в атакующие порядки прямо перед самой атакой. Как? Просто слегка изменив конфигурацию редутов. С другой стороны, барон дер Баниш понимал, что именно в такие моменты можно поймать свой миг удачи. Особенно если ты не боевик, а сугубо мирный маг земли.
Мне что жалко, захотел барон Уле проявить инициативу, пусть она его имеет. А он пусть приподнимет редуты и углубит рвы. Хотя я не уверен, что то, что в ночь перед атакой мы дружно копали, было именно редутом. Четырьмя редутами. В голове мелькали какие-то непонятные флеши, куртины, равелины, даже машикули. Бойцы, буквально все бойцы, заняв свои позиции, прямо ночью под надзором своих командиров копали в шахматном порядке ромбы, вытянутые в сторону противника. Вместо ромбов в итоге получились эллипсы, передняя часть которых была сильно выше задней. Это для того, что атаковать их солдатам противника было максимально тяжело, а драпать моим бойцам предельно удобно.
Смутно вспоминаю историю Полтавской битвы, во время которой шведы допустили все косяки, какие только можно было придумать и понимаю — такого подарка воинство Георга мне не сделает. И так помогли враги, за что им спасибо. Чем помогли? Пересекли границу и развернули баталию не рано-рано по утру, а после обеда, намекая на время начала битвы — завтрашнее утро. Мои войска демонстративно выстроились напротив них за пару тысяч шагов, демонстрируя, что завтра грудью встанут, лягут все, а не дадут пройти супостату. И уже ночью принялись копать без фанатизма, раз барон Уле утром доделает начатое.
Вечером у меня прошел еще один совет, малый, даже можно сказать, совсем малюсенький, на котором я разжаловал маркиза дер Буля из командующих обороной в командира баталии:
— Нет, Седерик, я не смогу тебе поручить оборону.
— Но почему, Жорж?
— Ты не сможешь вовремя дать приказ на отступление. Да ты вообще вряд ли сможешь его отдать.
— А зачем нам отступать?
— Вот-вот. Так что, извили, маркиз, но делать ты будешь то, что тебе больше всего нравится.
— Вот только не говори про засадный полк, я не буду сидеть в лесу, пока вас будут затаптывать в твои холмы и рвы.
— Не угадал. Сегодня вечером ты возьмёшь сотню бойцов, всех огневиков, двух воздушников из тех, кто с огненными вместе работать умеют, и пойдешь в обход озера. Ваша задача — зайти в тыл армии Иманта, а когда начнется битва, уничтожить обоз. Подчеркиваю — уничтожить. Мне не нужны пленные, не нужны лошади и провиант. Всё в пепел и прах. Попадется случайно казна — забирайте, всё остальное в пыль. Это ясно?
— Погоди, там будет никак не меньше трёх сотен.
— Четыре, по докладу разведчиков. Четыре сотни с большим обозом без командиров, магов, без готовности сражаться. И я не уверен, что кто-то кроме тебя сможет убить их всех. Да еще и не начнет грабить.