Путь Самирана (СИ)

— А ты можешь умолкнуть?
«Могу. Когда мне снова начать помогать тебе вспоминать?»
— Пока я тебя не позову.
Голос не ответил.
Я потрогал воду — едва тёплая.
Я отодрал прилипшую к телу тунику и бросился в бассейн. Несколько раз нырнул с головой, вода мгновенно стала мутной от крови. Не знаю, имелись ли у дивианцев шампуни и мочалки. Служанки рядом не было. Поэтому просто тёр тело пальцами, стараясь отмыть каждый квадратный сантиметр кожи.
Воспоминания о том, как я барахтался в густой крови и пахнущих дерьмом внутренностях, похожих на кровавую колбасу, вспыхивали в голове, вызывая тошноту.
Тогда я снова нырял и лежал на дне бассейна, словно прячась от кошмаров.
Утром этого дня, когда я стоял на площадке для экипажей, меня распирала уверенность. Я самонадеянно решил, что моя новая жизнь в чужом теле будет разыграна лучше, чем старая в своём теле. Я отчего-то решил, что мой жизненный опыт даст мне преимущества.
Но даже мои знания по истории оказались бессмысленными в этом обществе.
Вообще, откуда мы знаем историю? По рассказам и легендам? Но кто, например, стал бы описывать жизнь рабыни, у которой даже нет имени? Вероятно, слуг и служанок заворачивают в тряпки с ног до головы именно для того, чтобы лишить их образа. Как ранее лишили имени.
Поэтому мы знаем историю только тех, кто приказал сочинить её о себе. Мы читаем о великих правителях прошлого, которые были обыкновенными бандитами и мясными баронами. А великие войны могущественных родов — мафиозными разборками по переделу мясного рынка летающего города.
Мы никогда не узнаем о том, о чём умолчали древние источники информации. Как, например, они умолчали о Дивии. Иначе как объяснить, что о летающей тверди нет упоминаний в серьёзных источниках? Если вообще древних летописцев можно назвать «серьёзными источниками».
Да, в легендах многих народов фигурируют некие земли на небесах. Там жили боги, которые взаимодействовали с жителями нижнего мира. Индийский эпос вообще заполнен небесными замками и летающими колесницами. Я даже вспомнил название — «вимана», воздушный дворец.
Всю свою историю человечество глядело на облака, поражалось их величавым формам и представляло в них некий высший мир.
Но кто же знал, что эти фантазии — правда?
Что летающие колесницы дивианских воинов и в самом деле нападали на нижние царства? Что…
Я снова нырнул. Мои мысли пошли не в ту сторону. Не надо сравнивать мою старую жизнь и эту. Особенно сейчас, когда я ничего не знаю.
Что за озарённое мясо вообще? Что…
Я вынырнул. Опять думаю не о том! Думать надо о том, как встроиться в этот мир? Как не проиграть новую жизнь? Озарённое мясо, быть может, и часть этой жизни, но не ключевая.
Я снова нырнул. Тут же вынырнул и вылез из бассейна. Сделал это нехотя — вода только разогрелась.
Опять не нашёл, чем вытираться. Немного обсох и натянул чистую тунику на влажное тело.
Попробовал повязать на ноги высокую шнуровку сандалий, да бросил — даже таким мелочам нужно учиться! Мне нужно начать с того, с чего начинают дети Дивии — как одеваться, как использовать столовые приборы и каким богам молиться.
Нужна помощь мамы Самирана. Единственного человека, перед которым мне не надо притворяться.
В той комнате, где вчера обедал с родителями, стоял низенький столик с двумя коробочками еды и кувшином.
— Новой еды нет, — поклонилась Служанка. — Еда, который вчера. Ждать покупки.
— Кстати, а где Мадхури… моя мама?
— Старшая хозяйка ходить на город. Лечить-лечить большой человек, который болеть.
От взгляда на коробочки с пищей меня затошнило. Снова вспомнил, как такие коробочки плавали в лужах крови среди отрубленных рук и пальцев.
Я схватил кувшин с водой и сказал:
— Я что-то не голоден. Пойду в свою комнату.
Комнату нашёл быстро, я уже начинал ориентироваться в хаотичной планировке комнат жилища, в котором не было ни одного прямого угла.
Первым делом выглянул в овальное окно, для чего пришлось отодвинуть закрывающие его гирлянды цветов. Увидел кусок дороги Шестого Кольца. И часть здания с иероглифами «Храм Движения Луны».
 
Пару раз со свистом пролетели воздушные экипажи. По дороге торопливо прошли четверо слуг. Так же замотаны в тряпки, как и моя Служанка, но другого цвета.
Над всем этим тихим, как бы застывшим пейзажем неправдоподобно сильно и быстро клубились облака, выдавая движение летающей тверди.
Блин, я даже не помню, на какой высоте начинаются облака? А ведь моя девушка упоминала это несколько раз.
Задвинув гирлянды на место, я осмотрел комнату.
Только сейчас отметил, насколько здесь высокий потолок. Метров шесть, не меньше. И он не горизонтальный, а заметной горочкой спускался к стене, в которой проделаны три овальных окна. На том месте, где потолок переходил в стену, начиналось сильное закругление, выполненное не из серого камня, как все стены, а из прозрачного. Поэтому дневной свет щедро заливал просторную комнату. Но не резал глаза, а рассеивался толщей прозрачного камня.
Сколько я не напрягал память, не мог подобрать исторических аналогов для архитектуры Дивии. Было в ней что-то от ацтеков и майя, но не столь топорно и прямолинейно. Имелись намёки на храмовую монументальность архитектуры древней Индии, но без её чёткого планирования и вырвиглазной раскраски.
Общественные здания, типа Храма Двенадцати Тысяч Создателей и Прямого Пути отдалённо напоминали исламскую архитектуру, но очень и очень отдалённо. При желании можно найти даже сходство с древней русской архитектурой, которую нам создали византийцы и итальянцы.
Но я догадывался, что никакого сходства нет. Моё сознание пыталось найти привычные образы в том, чего не видел ни один человек моего времени.
Поэтому если и сравнивать Дивию с чем-то мне знакомым, то с выдуманными городами из «Игры престолов» или «Скайрима». Но даже эти сравнения будут заблуждением и попыткой объяснить необъяснимое.
— Ладно, — сказал я вслух. — Хрен с архитектурой. Надо выяснить, чем жил Самиран до того, как в него вселился человек из двадцать первого века.
Беглый обход комнаты вывел меня на арку, закрытую широкими листьями деревца, чей ствол рос прямо по окружности арки. За листьями оказался небольшой закуток, с такой же дыркой в полу, как в ванной комнате. Только гирлянда цветов, вокруг дыры была пожухшей. Аромат ладана ещё держался, но сквозь него пробивался запах деревенского туалета.
Потом я осмотрел сундуки, корзины и коробки. Половина из них оказались пустыми. Один сундук заполнен грязными туниками и постельным бельём. В остальных хранились аккуратно сложенные новенькие разноцветные туники, халаты и просто куски ткани, расшитой узорами.
Вся одежда выполнена искусно, без швов. Как части одежды соединялись друг с другом — загадка. Клей? Волшебство? Волшебный клей?
Две корзины были доверху наполнены бусами, и железными бляхами с иероглифами. Все означали какой-нибудь возвышенный смысл, типа «Отблеск Последнего Луча Солнца» или «Трепещущий На Ветру Лист Древа Озарений».
Некоторая одежда тоже украшена иероглифами, вплетёнными в узоры. Мне попалась туника с повторяющимся иероглифом «Защита От Недоброго Взгляда» и трусы «Поколение Топких Болот».
Эти надписи могли носить магическую силу. А могли быть такими же бессмысленными, как надписи на наших футболках и кепках.
В одной корзине обнаружил стопку каменных плит. На всех шла по краям рамочка, но остальная поверхность — чистая, без иероглифов. Корзина напоминала упаковку строительного материала, который поставили подальше и закрыли сундуками.
Отодвинул её на несколько сантиметров и едва не бросил это занятие, но вовремя заподозрил: корзина для того и тяжёлая, чтобы никто не захотел её двигать.
Напрягшись, наконец сдвинул её в сторону. Открылся закруглённый угол комнаты, полный песка и сухих листьев. Я уверенно разгрёб кучу мусора и обнаружил две шкатулки. Одна железная, вторая деревянная.