Лебёдка аэронавта (ЛП)
- Трапезная? - спросил Бенедикт.
- Кажется, так будет проще, - сказал брат Винсент. Монах вдруг посмотрел через плечо и улыбнулся Гвен.
- Вы, кажется, удивлены, мисс.
- Здесь... правда очень мило, - ответила Гвен. - Совсем не похоже на то, что снаружи.
- Что-то еще? - с полуулыбкой спросил брат Винсент.
- Начинается, - буркнул Бенедикт себе под нос.
Гвен изогнула бровь в сторону кузена, затем повернулась к брату Винсенту.
- Разве не было бы быстрее идти по прямой, а не блуждать вот так? Этот путь кажется неразумным.
Монах улыбнулся шире.
- Кто-то запретил вам это делать?
- Ну, нет, - сказала Гвен.
- Почему же вы не пошли так, как считаете разумным?
Гвен моргнула.
- Что ж... очевидно, я полагала, что здесь так принято.
- Вы не хотели оскорблять наши чувства?
- Нет. Не совсем, - сказала Гвен. - Это просто... казалось правильным.
Брат Винсент кивнул.
- А почему?
- Потому что... ну, взгляните на это. Камень сточен там, где прошли все.
- Вы чувствуете, что вам нужно идти тем же путем, которым прошли многие до вас, мисс?
Гвен взглянула на Бенедикта, но ее двоюродный брат только молча смотрел на нее, видимо, заинтересованный ее ответом. - Нет, конечно нет. Может быть, да, в некотором роде. Я не думала об этом.
- Немногие думают. - Брат Винсент склонил голову и развернулся, чтобы продолжить движение по коридору, а Гвен внезапно поняла по языку его тела, что он ведет себя как учитель, только что преподавший урок.
Она почувствовала, как ее спина одеревенела.
- Брат Винсент, - сказала она, сдержанно, но подпустив, как ей казалось, стальные нотки в голос. - Вы пытаетесь хитростью заманить меня в монастырь?
Она не могла видеть его лица полностью, но с того места, где она стояла, заметила, как округлились его щеки когда он улыбнулся.
- В пустоте нет различия между востоком и западом.
Гвен слегка моргнула.
- Я знаю все эти слова, но когда они в таком порядке, я понятия не имею,что они значат.
Монах кивнул.
- Возможно, вы предпочитаете просто не слышать их.
Гвен раздраженно выдохнула.
- Бенедикт?
Ее кузен повернул, прошел еще несколько шагов и только потом, улыбнувшись, ответил.
- Он такой, какой есть. И я тоже не знаю, что он имеет в виду. Это его путь.
Монах старательно не поворачивался к ней лицом, и Гвен внезапно поняла, что этот человек просто смеется над ней. Поэтому она фыркнула, высоко подняла подбородок и пошла прямо по коридору, проклиная обычаи святош.
Через несколько секунд она споткнулась о неровную поверхность и чуть не упала. После этого ей пришлось опустить свой подбородок, чтобы видеть, куда следует ставить ногу.
- Простите меня, брат, - сказал Мастер Ферус спустя мгновение. - Не могли бы вы показать нам коллекцию, если это не сложно? Моя ученица никогда не видела ее.
Лицо брата Винсента озарилось, как будто эфиромант только что предложил удивительное лакомство.
- Конечно, сэр. В конце концов, нам по пути.
Мастер Ферус просиял.
- Отлично. Будь внимательна, Фолли.
- Да, учитель, - пискнула ученица.
- Коллекция? - оживилась Гвен. - Что за коллекция?
Глаза Винсента блеснули. Он остановился у очень большой, очень тяжелой двери и осторожно толкнул ее рукой. Громадные створки распахнулись широко и гладко, открыв им вид на необъятную комнату.
- Дамы и господа, - сказал он торжественно, с благоговейной дрожью в голосе. - Великая Библиотека Шпиля Альбиона.
Гвен широко распахнула глаза.
Библиотека была огромна, она занимала не меньше трех четвертей пространства всего храма. На первом этаже были стеллажи и рабочие столы и на каждом дюйме стеллажей лежали или стояли книги формы, размера или цвета на любой вкус. Собрание книг здесь значительно превосходило любую коллекцию, например, в академии, где училась Гвен, хранилось около трех тысяч томов, но они не заняли бы и десятую часть первого этажа, а еще здесь было три яруса полок по периметру внешней стены библиотеки над первым этажом. Доступ к ярусам осуществлялся через балкончики и многочисленные ряды лестниц. Множество монахов вытирали пыли или прибирались на полках верхних этажей. И куда не падал взор, повсюду были только книги. В общем, в библиотеке было больше книг, чем, Гвен не сомневалась в этом, она видела в своей жизни.
С дюину монахов в шафрановых одеяниях сидели за столами, переписывая вручную объемные тома, а младшие посвященные носили бумагу, посыпали песком страницы, чтобы высушить все еще мокрые чернила и выполняли различные мелкие поручения. Двое монахов, играли на деревянных флейтах, и изящные переливы мелодии легко плыли по залу.
Гвен несколько секунд молча глазела, а затем осознала что пытается подсчитать в уме приблизительную стоимость томов, основываясь исключительно на материале. В каждой книге было столько древесины, что ее ценность было сложно представить. В доме Ланкастеров библиотека состояла из нескольких сотен томов, и это был один из самых богатых домов во всем Шпиле Альбионе. Академия Хаббл Монинг имела почти тысячу томов, собранных в течении двух столетий, некоторые из них были довольно старыми и ценными. Но в этом месте...
Если бы даже стены и пол Великой Библиотеки были из чистого золота, она вряд ли бы была дороже в денежном эквиваленте, чем сейчас.
Но все это, предполагала она, соответствовало остальной части хаббла Лэндинг. Целые здания в безумном разделении рабочего пространства были построены сплошь из дерева. Она знала, что местная экономика была динамичной, но и понятия не имела, что уровень торговли здесь затмевает положение даже Хаббла Монинг. Всё это строительство требовало большого объема древесины и в результате оставались бы горы опилок. Возможно, они и были источником сырья для бумаги. Возможно, это и снизило конечную цену производства, но все же книги были настоящим богатством, которым владела группа мужчин и женщин, известная своим патологическим неприятием любых излишеств или материальных выгод.
И еще Гвен ясно поняла, почему монахи не поощряли случайные посещения храма. Ее собственная семья была закрыта для публики по тем же причинам.