Лебёдка аэронавта (ЛП)

- Победа кажется... чересчур громким словом, особенно по сравнению с тем, что произошло на самом деле. - с сомнением произнесла Бриджит
- Мы встретили врага огнем на поражение, сорвали их планы и выжили, - парировала Гвен.
- И были спасены теми аэронавтами
- Вне всякого сомнения, мы не были спасены, - возразила Гвен.  - Ни аэронавтами, ни, тем более, человеком, который был изгнан из Флота за трусость.
- Как интересно, - подал голос Бенедикт. - А что же тогда   случилось, дорогая кузина?
Гвен фыркнула. 
- Мой план предполагал необходимость сотрудничества для преодоления численного преимущества. Мы удерживали врага до подхода основных сил. Мы были наковальней для молота нашего подкрепления.
 - Она не шутит? - спросила Бриджит Бенедикта
- Милая Гвен живет в особенном мире, - спокойно, даже ласково ответил Бенедикт. - По-видимому, он только отдаленно напоминает место, где живут простые смертные.
Гвен развернулась и, сощурившись, взглянула на кузена. 
- По сути, какая часть моего описания неточна?
При этом высокий молодой человек нахмурился. Через мгновение он пожал плечами и сказал:
- Там, где ты утверждаешь, что это был план, а не то, что ты импровизировала под влиянием момента
- Конечно, я спонтанно импровизировала, - огрызнулась Гвен. - Они заманили нас в засаду.
- Но... , - промолвила Бриджит . - Гвен... бой начался, когда ты разрядила наруч офицеру в лицо.
- Вряд ли я виновата, в том что они не устроили засаду на нас более эффективно, - ответила Гвен. - И если бы у них получилось, или если бы я не сделала то, что сделала, никто из нас сейчас бы здесь не находился.
Она сделала еще несколько шагов, прежде чем сказать:
- И в любом случае, мы сохранили головы во время паники, и мы спасли жизнь бедного Барни. Думаю, это то, чем и должны заниматься обученные члены Гвардии.
- Это, безусловно, так, - с одобрением сказал Бенедикт. - Также должен сказать, что ни разу не видел тебя дрогнувшей перед лицом опасности, но никогда заранее не скажешь, как человек будет действовать в настоящем бою. Ты более чем оправдала мои ожидания. Стальные нервы.
- Спасибо, кузен, - сказала Гвен, смягчаясь. Она не стала оглядываться назад. Вспышка разрядившегося наруча раз за разом проигрывалась у нее в голове. Аврорский офицер совершенно не ожидал взрыва. Его лицо было слегка смущенным, как будто он не расслышал последнюю фразу, и хотел, чтобы она её повторила. Позже она осознала, насколько молод он был. В панике и в беспокойстве о Барни, в пыли и крови, она видела лишь человека в форме. Но размышляя, она постепенно поняла, что он был не намного старше, чем она, и, конечно же, не старше Бенедикта.
Молодой офицер, возможно, один из элиты новых выпусков Корпуса морской пехоты Авроры, был выбран возглавить небольшую команду в простой, но важной вспомогательной миссии, доставить взрывчатку штурмовой команде стратегическую точку. В глазах людей, планировавших атаку, это должно было стать идеальным назначением для яркого перспективного молодого человека — простое задание, вряд ли могущее привести к непосредственному бою, в котором офицер с живым умом был бы гораздо ценнее, чем испытанный в бою, особенно если за ним для подстраховки приглядывал бдительный глаз опытного сержанта, вроде Сирьако. Наверняка, какому-то командиру эта миссия показалась прекрасной возможностью начать восхождение новой звезды.
 
И Гвендолин стерла его жизнь так же быстро и точно, как темнота поглощала падающие в ночи звезды.
Ей хотелось чувствовать угрызения совести, сожаление о содеянном. Ей казалось, что это именно то, что должен чувствовать достойный человек. Но когда она принималась искать такие эмоции внутри себя, обнаруживала только глубокое облегчение, что она и ее спутники все еще живы.
Но никак не могла перестать думать о его лице.
Взрыв оставил исковерканное месиво на месте его лица. Разумеется, она должна была стрелять именно туда — не было никакой возможности узнать, был ли эфшел под фальшивым мундиром. Она продолжала видеть его лицо в этой короткой, фатальной вспышке, продолжала представлять слова, которые соответствовали его выражению. "Прошу прощения, мисс? Не могли бы вы еще раз повторить, пожалуйста? Что, Бога ради, вы делаете?"
Что бы она сказала в ответ? "Позвольте, превращаю в труп чьего-то любимого ребенка, сэр."
С тех пор она не ела.
Адьютант лорда Альбиона подошел к концу богато обставленного коридора и постучал в дверь. Дождавшись ответа, он открыл ее для Гвен и ее друзей и слегка поклонился, приглашая войти.
Гвен вошла в комнату, которая была обставлена и устроена как небольшой уютный кабинет, но на самом деле являлась чем-то гораздо большим. О, конечно, стол и освещение: и световыми кристаллами и свечами, были вполне кабинетными, как и книжные полки, забитые невероятным количеством толстенных томов, однако вся это являлось лишь маскировкой. О чем свидетельствовали некоторые книги, которые мог заметить внимательный посетитель: и если истории Альбиона, написанные Даггетом и Дином, были обычным делом и встречались повсеместно, то сборник Монклера, объявленного вне закона два века назад, за распространение скандальных слухов о первом Шпилархе Альбиона, стоявший по соседству вызывал вопросы. Один довольно толстый том назывался «Различные способы пыток сквозь века» и поддерживал элегантный баланс небрежности и доступности взгляду, расположившись на уровне глаз любого, кто попадал в эту комнату. Угроза была почти подсознательна и, вероятно, книга была расположена именно с таким умыслом.
За столом, в витрине располагались миниатюрные модели каждого дирижабля Эфирного флота Альбиона от могучего линкора "Дредноут", размером с Роула, до самого маленького эсминца "Энергичный", не больше мизинца Гвен. Несколько мест пустовало. Их было видно по чистым островкам в пыли, где стояли модели. Возможно, отсутствовали корабли, уничтоженные при нападении аврорцев?
Напротив ящика с моделями, за столом, была большая секция стены, на которой расположились различные карты, от крупномасштабных изображений известного мира до древних копий схем Шпиля Альбиона. Гвен видела подобные карты в кабинете своего отца. Географические карты и карты эфирных течений. Они постоянно и скрупулезно обновлялись, активно использовались Флотом и хранились в секрете капитанами кораблей с четким приказом уничтожить их, если корабль окажется в опасности.
Гвен подумала, что в целом для монарха, который утверждает, что он слишком стар, чтобы поспевать за течением истории, лорд Альбион, похоже, довольно внимательно следил за игрой.
 
Это был не кабинет.
Во всех отношениях, имевших значение, это был тронный зал.
В комнате находилось двое мужчин. Один из них был, очевидно, Шпилеарх, сидящий за столом, выглядел таким же приветливым и любезным, как и при первой их встрече. Друим был изгнанник - капитан Гримм. Он стоял в углу, ближнем к миниатюрам, с одной рукой на перевязи и спиной к стене. Он был все в той же одежде, в которой вместе со своими людьми устроил атаку в тоннеле, хотя, возможно, крови на его куртке прибавилось.