Лебёдка аэронавта (ЛП)
- Миледи... вы плачете?
- Конечно, я плачу, - ответила она, и голос поднялся от гордости. - Вы это видели? Она дала отпор вам троим.
- Четверым, - мягко поправил её Истербрук.
- У Гвендолин никогда не было проблем с тем, чтобы противостоять мне, - сказала она с иронией.
Истербрук хмыкнул.
- Всё равно не вижу смысла устраивать такую драму.
- Я знаю свою дочь, - ответила она. - И знаю, что единственный способ быть уверенной в том, что она поступит так, как мне нужно, - запретить ей это.
- Напоминает мне кое-кого, кто настаивал на поступлении на службу, миледи, - произнес Истербрук. - Дайте-ка припомнить...
- Как вам хорошо известно, в то время я была молода и упряма. Но когда я уходила, все было не так.
- Разумеется нет, - сказал Истербрук. - Насколько я помню, миледи, вы разнесли в щепки три двери на своем пути, а не одну.
Леди Ланкастер посмотрела на капитана и хмыкнула.
- Честно говоря, Истербрук. Я более чем уверена, что вы преувеличиваете.
- И полдюжины статуй.
- Они были безвкусными копиями.
- И десятифутовый кусок каменной стены.
- Мама стояла в дверях. Как еще мне было уйти?
- Да, миледи, - серьезно сказал Истербрук. - Спасибо, что поправили меня. Теперь я вижу, что нет ничего общего.
- Я надеялась, что ты поймешь, - сказала она. - У тебя есть здравый смысл.
- Да, миледи. Но... - Истербрук нахмурился. - Я осознаю, что вы вынудили ее поступить на службу. Но все еще не понимаю зачем.
Какое-то время леди Ланкастер молча смотрела на него. Истербрук был преданным солдатом, бесценным защитником, вечным другом и союзником, но его кошачьи глаза всегда были сфокусированы на том, что его окружало. Попроси она его закрыть глаза и назвать точное расположение всех предметов в комнате, он, без сомнения, сделал бы это. Но где они находились до недавнего ремонта или как они должны располагаться теперь, когда центральная статуя разрушена, он сказать уже не смог бы.
- В Шпилях что-то происходит, - тихо сказала она. - Возникают знаки и знамения. По меньшей мере четыре отряда аэронавтов сообщили о том, что видели Архангела, и я могу поручиться за то, что это не сон и не пьяный бред. Шпиль Авроры отозвал своего посла из Шпиля Альбиона, и наши отряды уже вступают в мелкие стычки. В нижних хабблах становится все опаснее и...
Истербрук наклонил голову.
- Миледи?
- Кристаллы... ведут себя странно.
Истербрук скептически поднял бровь.
Леди Ланкстер покачала головой.
- Я не знаю, как еще это объяснить.
Но я работала с ними с тех пор как была маленькой девочкой, и... что-то не так.
Она вздохнула и повернулась к разрушенной двери.
- Впереди темные вемена, старый друг. Такое противостояние, которого мы не видели со времен разрушения мира. Моя дочь должна увидеть это своими глазами, узнать о тех, кто будет сражаться против этого, чтобы понимать, что поставлено на карту. Она сделает это на его службе так, как не сможет больше нигде.
- Противостояние, - произнес Истербрук. - Противостояние уже кажется чем-то вроде прислуги у леди Гвен.
Леди Ланкастер посмотрела на разрушенную дверь и оседающую пыль, все еще кружащуюся после прохода её дочери.
- Да, - тихо сказала она. - Господь, Архангелы и Милосердные создатели, прошу вас. Пожалуйста, приглядывайте за моим ребенком.
Глава 1
Торговый корабль Альбиона "Хищник"
Капитан Гримм щелчком убрал телескопическую линзу в правый окуляр своих массивных очков-гогглов. Дирижабль Авроры выглядел блеклым пятном под густыми облаками, в то время как "Хищник" прятался высоко в аэросфере, маскируясь в солнечных бликах. Шторм охватил мезосферу - слой тяжелых облаков и тумана, лежащего под ними, но еще есть время, чтобы добраться до вражеского судна, прежде чем буря помешает системам корабля.
Гримм решительно кивнул.
- Мы спрячемся за воздушными потоками. Боевая тревога. Выкатывайте орудия. Растяните сеть сверху, снизу и по бокам. Защитный экран на полную мощность. Держать курс на судно Авроры.
- Объявить боевую тревогу! - рявкнул старший помощник Криди, и судовой колокол сделал три коротких удара, повторившихся в нарастающем шуме.
- Орудия к бою! - команда эхом повторилась по всей длине "Хищника", пока орудийные расчеты мчались к своим турелям.
- Растянуть сеть по кругу!
Мужчины в гогглах и кожаной флотской форме аэронавтов полезли на мачты и такелаж дирижабля, выкрикивая подтверждение команд. Криди взялся за конец переговорной трубки и выкрикнул:
- Машинное отделение!
- Машинное отделение слушает, - долетел ответ с жестяным отзвуком.
- Защитный экран на полную мощность, будьте так добры, мистер Джонимен.
- Защитный экран на полную мощность, так точно. И передайте капитану, чтобы взорвал их к чертям, прежде чем они доберутся до нашего экрана. Эта буря слишком близко. Если он неправильно рассчитает сближение, мы останемся без защиты.
- Обеспечьте дисциплину, мистер Джонимен, - резко произнес Криди.
- Обеспечение - это то, чем я занимаюсь, идиот, - отрезал инженер. - Не учи меня, что делать, ты - самоуверенный воллипог.
- Забудь, старпом, - сказал Гримм очень спокойно. Он улыбался, хотя и едва заметно, ответу Джонимена. Воздушный инженер был просто-напросто слишком ценен, чтобы его заменить, и мужчина знал это.
Более высокий и молодой мужчина нахмурился под гогглами и скрестил руки.
- Он должен служить примером для других людей в своем отсеке, капитан.
Гримм пожал плечами.
- Он не собирается, командир. Ты не сможешь выжать кровь из камня.
Он спокойно сложил руки за спиной.
- Кроме того. Он может быть прав.
Криди кинул на капитана острый взгляд.
- Сэр?
- Мы очень рискуем, - ответил Гримм.
Криди молча уставился на судно Авроры и сглотнул. Это был один из кораблей кортес-класса конкурирующего шпиля - большой торговый крейсер, гораздо более массивный, чем "Хищник", вооруженный более тяжелыми орудиями и оснащенный мощным защитным экраном. Хотя корабли кортес-класса официально были торговыми, а не военными судами, они были хорошо вооружены и укомплектованы полной командой морских пехотинцев Авроры. Гримм был уверен, что именно этот корабль был в ответе за последние потери в торговом флоте Альбиона.