Дар Богов: Вторжение (СИ)

  
Глава 16
 
Олег очнулся в своей камере, пристегнутый к койке. Когда пришла медсестра, она сказала:
- Зря ты это сделал. Теперь будет только хуже. 
- Что может быть хуже, когда тебя живого режут на кусочки?
- Ну, подумаешь, пальчик отрезали, - фыркнула медсестра, - новый же вырос. А вот если будут отрезать каждый день. И не палец, а ногу, например?
- А хотите информацию? – спросил Олег.
- Информацию? – усмехнулась она, - и что же ты можешь сообщить мне такого интересного?
- Когда я лежал на операционном столе, я внезапно на несколько секунд пришел в сознание. Кажется, никто этого не заметил. И я услышал любопытный разговор. Могу рассказать…. Но, не безвозмездно, разумеется.
- И что же ты хочешь?
- Для начала, чтобы со мной обращались более гуманно. Хотя бы не пристегивали к кровати. Обещаю, что больше не буду делать глупости.
- Ладно. Если информация будет полезной, я поговорю с начальством, чтобы тебе дали некоторые послабления. Рассказывай.
И он передал ей содержимое разговора.
- Хм, интересно. Проверим, - сказала медсестра, потом взяла кровь на анализ и ушла.
После этого разговора ничего не изменилось. Рыбкин по-прежнему был пристегнут к кровати, а если его и водили на какие-нибудь эксперименты, то отстегивали под присмотром охранника, держащего наготове автомат, и надевали на голову мешок.
Но однажды, при очередном визите, медсестра сказала:
- У вас есть шанс искупить свою вину и улучшить условия своего содержания.
- Правда? И как же мне искупить «свою вину»?
- Рассказать все свою историю. С самого начала. О том, как вы получили от инопланетян Дар. Причем, рассказать все очень подробно, в деталях, нигде не соврав. Ваши показания, кстати, будут проверяться. В случае обнаружения лжи, сами понимаете, ни о каком снисхождении речи быть не может. 
- А что насчет той информации, что я уже дал?
- Как ни странно, она подтвердилась. Благодаря вам мы поймали банду иноагентов. Но, сами понимаете, учитывая вашу недавнюю выходку, этого недостаточно. Хотя, в качестве жеста доброй воли, мы больше не будем пристегивать вас к кровати наручниками. 
С этими словами она достала ключи открыла браслеты на запястьях Олега. 
- А ноги? – спросил тот, когда медсестра начала уходить.
- А это надо еще заслужить, - бросила она напоследок. 
«Ну что ж», - подумал Рыбкин, сев на кровати, - «Это уже лучше, чем все время вот так лежать».
Но чуть позже до него дошел жуткий смысл происходящего. «Рассказать все очень подробно, нигде не соврав», - вспомнил Олег слова медсестры, - «Это значит», - размышлял он, - «Придется рассказать о том, как я проспал эвакуацию. Это ладно. А дальше? Про то, как меня расстрелял патруль, потом появился этот странный голый мужчина, испепелил их, а мне дал Дар. Тоже ладно. Я голый бежал по городу, решил ограбить магазин одежды. Уже криминал. А то что было в торговом центре… Нет, про это никак нельзя говорить правду. Но они будут проверять. Дилемма. Жесткая дилемма. Либо отказаться от сотрудничества, но это чревато» - Рыбкин вспомнил, как ему отрезали палец, как стреляли в голову. Он выжил благодаря дару бессмертия, но приятного мало. 
«С другой стороны», - думал парень, - «Если говорить правду, это сознаться в преступлениях, которые, по сути, тянут на пожизненное, если не на смертную казнь: мародерство, мошенничество, угон автомобиля. Даже убийство. Эвтаназия, кажется, законом тоже запрещена», - пытался вспомнить Олег уголовный кодекс, - «Но, с другой стороны, а что я теряю?», - далее размышлял парень, - «Я уже, по сути, как в тюрьме, и выпускать отсюда, так или иначе, меня не собираются. Сбежать невозможно. Но, может быть, действительно, если буду сотрудничать, то со мной будут более гуманно обращаться. А там, глядишь, что-нибудь когда-нибудь измениться. Я бессмертный, времени у меня вечность, могу подождать. Надо соглашаться».
- Короче, я согласен, - сказал Олег, когда в следующий раз пришла медсестра.
- Ты уверен, ты хорошо подумал? – с усмешкой спросила она, - ты понимаешь, что за вранье тебя жестко накажут? Ту готов к этому?
 
- Да.
- Ну, вот и отлично. 
И она отстегнула браслеты на ногах. Увидев удивленно лицо Олега, медсестра рассмеялась и сказала:
- Я умею за себя постоять, если что. 
- Но, тем не менее, ты тогда дала захватить себя в заложницы….
- Так и было задумано. Пойдем.
Они вышли в коридор. 
- Вот видишь, ему вполне можно доверять, - сказала она солдату, который ждал снаружи.
Тот лишь неодобрительно покачал головой, а потом надел на голову Олегу черный мешок.
- Извини, но так надо, - сказала медсестра.
- Это вы называете доверие…, - недовольно промывал Рыбкин.
Потом его долго вели разными коридорами, а мешок сняли только в небольшом кабинете. Здесь было два кожаных кресла, одно возле стола с компьютером, второе, видимо было для посетителя. Компьютер был повернут так, чтобы посетитель не видел его экран. В том кресле, что у компьютера, сидел лысый мужчина в клетчатой рубашке, который носил очки в золотой оправе. Его голова напоминала бильярдный шар. 
- Садитесь, - предложил он, посмотрев на пленника поверх очков.
Олег плюхнулся в кресло. Сопровождающие его медсестра и солдат остались за дверью.
- Ну-с, рассказывайте, - велел лысый.
- Дар мне дал какой-то странный голый мужчина, - заговорил Олег.
- Нет-нет, - прервал его дознаватель, - с самого начала. Как вы оказались в запретной зоне?
- Проспал эвакуацию. 
- Как именно проспали? При каких обстоятельствах?
- На холм полез. Упал. Ударился головой. Очнулся, а эвакуация уже закончилась.
- Эвакуация длилась два дня. Хотите сказать, что все эти два дня вы были без сознания?
- Выходит, так.
- И вас никто не нашел? И собаки не съели?
- Не думал об этом. Просто говорю, как есть. Не знаю, как так вышло.
- Ладно. Пометим это как информация, нуждающаяся в проверке. Проверим. Теперь, во всех подробностях, рассказывайте, что с вами происходило с момента, как объявили эвакуацию. 
Олег напряг память и начал рассказывать:
- Метеорит упал, когда я шел на обед….
Мужчина с лысиной слушал внимательно, иногда делая какие-то пометки на компьютере. Иногда он прерывал Рыбкина и просил рассказать некоторые места подробнее. 
- Как звали девушку, которую поранило осколком стекла?
- Даша Петренко.
- Опишите подробно, как она выглядит.
- Белая блузка. Точнее, уже не белая. Она была красная от крови.
- Цвет волос, цвет глаз?
- Ну и вопросы у вас… я что, ей в глаза заглядывал?
- Отвечайте!
- Не знаю.
- И цвет волос не знаете?
- Черные. Длинные, - Олег уже начал злиться от того, что ему задают какие-то глупые вопросы.
- Не нервничайте. Продолжайте.
Рыбкин рассказывал дальше. Дознаватель точно так же местами прерывал монолог и задавал «дурацкие» вопросы. Когда дошли до момента, как Олег упал с холма, у парня уже буквально «болела голова» от напряжения.
- Ладно, на сегодня достаточно, - сказал лысый мужчина.
Олега снова привели в его миниатюрную камеру. Ладно хоть не стали пристегивать к кровати.
  
Глава 17
 
На следующий день это пришлось повторять, но уже в каком-то другом кабинете, где было множество компьютеров, какие-то проводов, коробочек с мигающими лампочками и прочего оборудования. Олегу нацепили на голову кучу датчиков. Допрос вел все тот же лысый в «золотых» очках.
А еще медсестра продолжала водить Олега на разные обследования: рентген, кардиограмма, анализы. 
- Я уже давно здесь, но до сих пор даже не знаю, как вас зовут? – спросил он однажды.
- Инна Владимировна, - ответила та.
- Ничего, если я буду звать вас просто Инна?
- Да мы уже давно почти на «ты», - сказала медсестра, наполняя очередной шприц кровью Олега.