Тень и искры
Эйос выгнула бровь, глядя на меня.
– Можем. Для нас это то же самое, что кормиться от бога.
Я перевела взгляд на красивое лицо Эйос. А от кого кормится Эш?
– С Первозданными то же самое?
– Им не нужно кормиться, если только они не чувствуют себя ослабевшими. – Она опять взялась за цепочку. – Такое бывает нечасто.
– О, – прошептала я, не радуясь облегчению, которое испытала. В голову пришла новая мысль. – А со смертными что-нибудь происходит, когда бог или Первозданный кормится от них?
– Нет. Нет, если мы осторожны. Очевидно, что на смертных кормление действует сильнее, чем на любого из нас, и если мы берем слишком много, то… в общем, случится трагедия, если только они не третьи сыновья или дочери. – Она сжала губы. – Возносить их, чтобы спасти, запрещено.
Во мне вспыхнуло любопытство.
– Почему?
Вокруг ее рта возникли напряженные морщинки.
– Они станут так называемыми деми – существами с божественной силой, которые не предназначены, чтобы нести такой дар… и бремя. Они нечто иное.
Я нахмурилась. Это был совсем не ответ.
– Но что касается твоего первого вопроса, – продолжала Эйос, меняя тему. – О юноше, который заходил сюда. Его зовут Пакстон, и он смертный.
Я удивилась.
– А что здесь делает смертный?
– В Илизиуме много смертных, – сказала она так, словно это общеизвестно.
– Они все… возлюбленные?
Я теребила пояс халата, думая, что Пакстон для этого выглядит слишком юным.
– Некоторые дружат с богами или стали их возлюбленными. – Эйос повела плечом. – У других есть таланты, которые приглянулись кому-то из богов. Для многих прибытие в Илизиум – это возможность начать новую жизнь. У всех свои пути.
Возможность начать новую жизнь. У меня екнуло сердце. Разве это не здорово? Я посмотрела в тарелку. А у меня не было возможности начать новую жизнь или пойти другим путем. Никогда не было.
– Могу я кое о чем спросить? – поинтересовалась Эйос.
Я подняла голову и кивнула.
– Ты знала? – Она придвинулась ближе и понизила голос. – О сделке, до того, как он пришел за тобой?
– Да.
– Тем не менее, наверное, с этим было нелегко справиться. – Эйос сложила ладони вместе. – Знать, что ты обещана Первозданному.
– Да, но я давно усвоила: если ты не можешь с чем-то справиться, то найдешь способ это сделать. Придется.
На лице Эйос появилось мечтательное выражение, и она медленно кивнула.
– Да, придется. – Она прочистила горло и, резко поднявшись, подошла к шкафу. – Кстати, я нашла два платья, которые должны тебе подойти. Но Никтос обмолвился, что ты предпочитаешь платьям штаны.
Я медленно встала и нерешительно двинулась вперед. Он не забыл сказать об этом Эйос?
– Я не смогла найти трико, но эти бриджи должны тебе подойти. – Эйос вытащила пару бежевых штанов, а потом показала на пару черных. – Надеюсь, они сгодятся.
– На самом деле я предпочитаю их, а не трико. Они плотнее и с карманами.
Эйос кивнула, перебирая вещи, которые там развесила.
– У тебя есть несколько блузок с длинными рукавами, жилетки и свитера. Они довольно простые. – Она провела рукой по чему-то бледному и шелковому. – Две ночные рубашки и нижнее белье. Думаю, скоро у тебя будет много вещей на выбор.
Отвернувшись от шкафа, она сложила руки.
– Тебе еще что-нибудь нужно?
Я открыла рот, не желая ее отпускать. Большую часть жизни я провела в одиночестве, предоставленная самой себе. Но эта комната была такой громадной, и все в ней незнакомым. Я покачала головой.
Эйос направилась к двери, но я ее остановила.
– У меня есть еще один вопрос.
– Да?
– Ты со двора Страны теней?
Она покачала головой.
– Я когда-то жила при дворе Китреи.
У меня ушло мгновение, чтобы вспомнить, что я учила о других дворах.
– Майя, – сказала я, удивившись, что не забыла имя Первозданной Любви, Красоты и Плодородия. – Ты служила Первозданной Майе?
– Одно время.
Во мне проснулось любопытство. Не знала, что боги могут покидать Первозданных, которым они рождены служить.
– Как же ты здесь оказалась?
Ее плечи напряглись.
– Как уже сказала, это единственное место, где я чувствую себя в безопасности.
Сбитая с толку, не стала ее останавливать, и Эйос ушла. Я была рада, что она чувствует себя здесь в безопасности, но насколько замок надежен, если любители давить на Первозданного Смерти развесили богов на Валу?
В этот момент до меня дошло, что Эш так и не сказал, кто сделал это с богами.
Я повернулась к платяному шкафу. Нижнее белье оказалось кружевными лоскутами, которые многие сочли бы неприличными. Перебрав одежду, я наконец нашла узкий кожаный ремешок. Взяв свитер и бриджи, переоделась.
Потом взяла расческу и, потратив уйму времени, чтобы распутать множество узлов в волосах, заплела косу, вспоминая, как Эш сказал, что мои волосы словно сотканы из лунного света.
Такая глупость.
Вернувшись в спальню, поймала себя на том, что уставилась на входную дверь.
Я здесь заперта?
О боги, если меня посадили под замок, я… не знаю, что сделаю. Возможно, найду какой-нибудь тяжелый предмет и огрею Эша по голове.
Сердце заколотилось. Я подошла к двери, ступая босыми ногами по холодному камню, положила руку на бронзовую ручку и, набрав побольше воздуха, повернула.
Не заперто.
Я с облегчением открыла дверь…
И ахнула. В коридоре лицом к комнате стоял светловолосый и светлокожий бог. Как и раньше, он был одет в черное с серебряным орнаментом на груди, на боку висел короткий меч.
– Эктор, – пискнула я. – Привет.
– Здравствуй.
– Чем могу помочь?
Он покачал головой, не двигаясь с места. Его ноги словно вросли в пол, как дерево.
Погодите…
Я резко вдохнула.
– Сомневаюсь, что ты стоишь тут, потому что тебе больше нечем заняться, верно?
– У меня нашлось бы множество дел поинтереснее, – ответил он.
– И тем не менее ты охраняешь мои покои?
– Что, разве не похоже?
Во мне закипел гнев, грозя выплеснуться наружу. Что хорошего в незапертой двери, если Эш поставил перед моей комнатой стражника?
– Ты здесь, чтобы я не покидала свои покои?
– Я здесь ради твоей безопасности, – поправил Эктор. – А еще слышал, что ты любишь разгуливать по опасным территориям.
– Не знаю, о чем ты.
– Прости. Может, неверно расслышал и у тебя нет привычки посещать места, не убедившись в их безопасности.
– О, догадываюсь, что ты поговорил с Эшем.
– С Эшем? – повторил Эктор, вскинув брови. – Не знал, что вы так накоротке.
А он сам разве нет? «Я для тебя не Никтос». Это сказал Эш, когда я его так назвала.
Я раздраженно выдохнула. Неважно.
– Если я захочу прямо сейчас выйти из комнаты, ты меня остановишь?
– В данный момент – да.
– Почему?
– Потому что если с тобой что-нибудь случится, Никтос, наверное, будет недоволен.
– Наверное?
Эктор пожал плечами.
– А если позже? – не отступала я.
– Тогда и поглядим.
– Поглядим? – Я хрипло рассмеялась. С ума сойти. – Где он?
– Он сейчас занят.
– И, полагаю, ему нельзя мешать?
Эктор кивнул.
– И что же мне делать? – поинтересовалась я. – Сидеть в комнате, пока он не освободится?
– Не имею понятия, что тебе полагается делать. – Его янтарные глаза встретились с моими. – Но, если честно, сомневаюсь, что даже он знает, как с тобой быть.
Глава 26
На следующее утро я резко села на кровати, морщась и плохо соображая, когда в мою спальню вошла женщина, постучав всего один раз.
– Принесла вам поесть, – объявила она, быстро проходя в комнату.
Ее короткие медово-каштановые волосы доходили до подбородка.
Я заморгала, еще не проснувшись. Она поставила на стол накрытое блюдо и графин. При этом длинные свободные рукава белой блузы соскользнули по ее рукам, открыв тонкий кинжал с черным лезвием, прикрепленный к предплечью. И это оружие было у нее не единственным. Еще один кинжал висел на бедре. При виде оружия я напряглась, сонливость мгновенно слетела.