От Андалусии до Нью-Йорка

***
В минувшую славную эпоху главную силу непобедимого тогда византийского войска составляло ополчение военнообязанных крестьян, пешее и конное. Каждый ополченец — «стратиот» — являлся со своим стандартизированным оружием. Те, кто был побогаче — с конем. Конечно, во время службы они налогов не платили, наоборот — им доплачивали.
Теперь — ополчение старались не собирать. Если воевать всё-таки приходилось — полагались на небольшие наемные армии и на отряды союзно-вассальных тюрок. Они всегда были готовы воевать. Кстати, наиболее серьезной и стабильной (но не единственной) наемной силой был отряд русско-варяжских воинов, постоянной численностью в шесть тысяч человек. Вместо убывавших, из Киевской Руси и Скандинавии приезжали в Византию новые. Считалось, что наемники обходятся дешевле, чем сбор ополчения, и использование их помогает сберечь своих людей. Надо полагать, что и крестьяне были довольны, что их не мобилизуют. Особенно в малоазиатских фемах (губерниях), где печенежской угрозы не было.
До поры до времени всё шло удовлетворительно. И вдруг, на востоке возник опаснейший враг. Тоже тюрки, но более организованные. Турки-сельджуки.
***
В XI веке в западной Азии происходили важные перемены. Один из тюркских народов, обитавший первоначально между Каспийским и Аральским морями, принял ислам (в суннитском варианте) и начал широкие завоевания. Народ этот вошел в историю под именем турок-сельджуков, по имени их первого предводителя Сельджука. А правившая у них династия называлась Сельджукиды или Великие Сельджуки.
 
Лирическое отступление
 
Есть косвенные указания, что начало активизации Сельджукидов связано с развалом Хазарии после удара Святослава. Как и на то, что первые сельджуки выходцы из хазарского ареала были христианами или иудеями (иудейская Хазария была веротерпима). Имена их звучали по-христиански и по-еврейски. Это весьма вероятно, но точно утверждать нельзя — источники скудны. На арену истории они вступают уже мусульманами-суннитами.
 
В восточной христианской литературе турок-сельджуков считали народами Гог и Магог (дикие орды, нашествие которых ожидалось перед концом Света).
 
Шиитские радикалы «исмаилиты» (в ту пору широко прибегавшие к индивидуальному террору), выдвинули свою версию происхождения турок — этот народ не потомки Адама! Они происходят от джинов. У шиитов были основания так думать — в XI веке им уже почти удалось ликвидировать суннитский Багдадский халифат. Но появление на исторической арене турок-сельджуков коренным образом переменило ситуацию.
 
Турки-сельджуки очень быстро смогли подчинить территорию теперешних Ирана и Средней Азии, а затем территорию Ирака, включая Багдад, и Сирию. Накануне турецких завоеваний эти земли были поделены между многими небольшими государствами, возникшими на развалинах Багдадского халифата. Причем сельджуки, в большинстве случаев, не громили мусульманские страны, а подчиняли их. И оставляли правившие там династии, как своих вассалов. Это ослабляло сопротивление. И избавляло турок-сельджуков от трудной для кочевников задачи — создания нового местного государственного аппарата. Оборотную сторону такого положения сельджукам ещё предстояло узнать. А пока что, как по мановению волшебной палочки, создалась огромная суннитская империя. И багдадский халиф узаконил все их завоевания, дав предводителю сельджуков титул «Владыка Востока и Запада».
 
Лирическое отступление
 
Историки с XIX века ведут дискуссию о том, как повлияло сельджукское завоевание на мусульманский мир. Сперва считали, в частности Ренан, что очень отрицательно. Затем стали доказывать, особенно турецкие историки, что сельджукское завоевание не прервало экономического и культурного развития в регионе. И это, судя по последним публикациям, похоже на истину. Забегая немного вперёд, отмечу, что в конце XI века (в канун династического кризиса, о нём дальше) там происходил даже безусловный рост экономики и развитие культуры. Историки связывают этот подъём с мудрым управлением сельджукидского визиря (раньше служившего чиновником в аппарате одной из местных династий). Он вошел в историю под почётным прозвищем «Низам аль-Мульк» — «Порядок Царства». Ибо положил начало строительству государственного аппарата империи сельджуков.
  
Похоже, что турки-сельджуки не были новыми вандалами. Разрушениями не увлекались. Спор идет о том, созидали или нет? Нынешние армянские историки утверждают, что к мирному развитию турки никогда не были способны.
 
Если мы, даже, сочтём эту (армянскую) точку зрения тенденциозной, следует признать, что в истории мировой культуры турки явно не сыграли такой видной роли, как арабы в раннее Средневековье.
 
Но была у сельджуков особая заслуга — они помогли разгромить шиитскую бандитско-коммунистическую секту карматов, овладевших большей частью Аравии. (Центром карматского государства был Бахрейн.) Это дорогого стоило [71].
 
Вот с этой новоиспеченной мусульманской империей Византия и столкнулась. Уже первые схватки показали, что хотя турки-сельджуки внешне очень похожи на тюрок, известных грекам по Балканам, они кое в чем отличаются. Например, сельджуки поразительно быстро, для кочевников, освоили тогдашнюю, достаточно сложную, осадную технику (ещё допороховую).
Опасность с востока надвигалась очень грозная, и Византии пришлось вступить в большую войну. Теперь уже нельзя было обойтись наемниками — русскими, западноевропейскими, тюркскими (печенегами и другими). Пришлось, в дополнение к ним, собирать стратиотское ополчение, некогда славное своими победами. Но его не собирали, видимо, уже полвека. И теперь сыновья и внуки тех, перед кем когда-то дрожали соседи империи, выглядели совсем не геройски. Не только военного опыта, но и положенного оружия у многих не имелось. Сталь была дорога, и хозяйственные мужички потихоньку «перековали мечи на орала (плуги)» в самом прямом смысле слова. (Они несколько поторопились — пророк Исайя призывал сделать это, но только при наступлении времен, когда лев будет мирно лежать рядом с ягнёнком. Не раньше!).
А бесхозяйственные — оружие пропили. Или его ржавчина съела. Много времени и средств надо было затратить, чтобы поднять боеспособность этого войска. Но турки ждать не собирались, и пришлось идти на войну с тем, что было.
В 1071 году при Манцикерте произошла грандиозная битва, предрешившая судьбу Малой Азии. (Турки говорят «Малозигерт». Это на востоке современной Турции, к северу от озера Ван.) Ещё накануне сражения часть тюркских наемников императора перешла на сторону турок-сельджуков. Голос крови оказался сильнее византийского золота. Но этой открытой изменой дело не ограничилось. Очень подозрительно трусливое поведение армянских полков византийской армии. Армяне считались в то время хорошими солдатами. Но у них с греками были сложные отношения.
 
Лирическое отступление
 
Часть армян в раннее Средневековье эллинизировалась и постепенно сливалась с греками. Несколько знатнейших византийских родов и даже императоров были армянского происхождения. Но большинство армян сохранило свою самобытность. Они создали свою культуру, свой толк христианства (армяно-грегорианский) и отстаивали автономию своих княжеств. Что приводило армян-националистов к трениям с Константинополем.
 
Противоречия между главными народами христианского востока — греками и армянами были, конечно, на руку туркам.
 
И уж совсем плохо, на грани прямой измены, выглядит поведение некоторых греческих военачальников, оппозиционных командовавшему армией императору. Но главной бедой была вышеописанная низкая боеспособность византийского ополчения. Битва кончилась блестящей победой турок-сельджуков. В современной Турции гордятся этой победой.
Это был не конец, а начало средневековых греко-турецких войн. Они продолжались ещё лет 400. Но никогда — ни в Средние века, ни в Новое время (XIX-XX века) — не смогли греки ликвидировать последствий того поражения.