Учитель под прикрытием (СИ)
На меня они реагировали своеобразно – пока я не двигался с места, относились как к пустому месту, разве что ловко огибая на ходу, но стоило чуть шевельнуться, как обязательно кто-то налетал на бегу, пихал локтем или цеплялся сумкой за полу моего одеяния. Одеты студенты, кстати, были в форму – на всех красовались одинаковые фиолетовые накидки с отделкой разного цвета: черные, белые, желтые, малиновые, кроваво-красные и голубые. Наверняка, это было как-то связано с тем, на каком факультете обучается владелец накидки. В мое время накидка выдавалась одна на весь год, надевать ее приходилось по особенным случаям, а в свободное время мы щеголяли, кто в чем. И если в начале учебного года в одеяниях еще наблюдалась пестрота, то к концу все выравнивались – яркие цвета нарядов тускнели, дорогие ткани рвались и пачкались и заменялись на немаркие блузы и штаны, в которых чаще ходят мастеровые.
А еще девушки.
Да-да, девушки. В толпе то и дело мелькали юбки. В мое время девушек можно было пересчитать по пальцам. То есть, на первый курс их поступало довольно много, соблазнившись рекламными плакатами и романтикой, но до последнего курса доходили одна-две. Остальные переводились на другие факультеты или отчислялись за неуспеваемость. Были и такие, кто сами забирал документы, решив, что замужество за первым встречным намного интереснее и романтичнее, а главное – безопасней для жизни и здоровья. Сейчас же каждый пятый студиозус был женского пола, и это, пожалуй, было единственное, что было знакомо. Помнится, пару лет назад я ведь уже был здесь…Правда, по другому поводу…
Я осторожно пробирался сквозь толпу, глядя по сторонам, чтобы никого не сшибить и чтобы на меня никто не налетел. В коридоре висел гул голосов. Кто-то кого-то звал звенящим от волнения голосом, кто-то болтал, слышалось хихиканье девчонок. Я по-прежнему был почти не виден и не слышен этой толпе и мог спокойно продолжать путь. Итак, комендант, кастелян, бухгалтерия, кафедра… Точно в этом порядке, а не наоборот?
- Дяденька Згаш!
Признаться, я оторопел. Ожидал чего угодно, только не этого.
- Дяденька Згаш! Это вы?
Какая-то девушка с длинной светлой косой в накидке с черной оторочкой отчаянно махала мне рукой, пробираясь сквозь толпу. За нею плечом к плечу двигались два плечистых парня, блондин и брюнет. Оба взирали по сторонам с профессиональной настороженностью телохранителей, но рассмотреть я их не успел – подлетев, девушка с визгом повисла у меня на шее, болтая ногами.
- Дяденька Згаш! Это вы? Неужели это вы? Глазам своим не верю! – верещала она так пронзительно и весело, что на нас стали оборачиваться. – Это уму непостижимо! Вот уж не думала, не гадала… как гром среди ясного неба! Кто бы мог подумать? Дяденька Згаш! Это так чудесно…
Я поспешил отодрать от себя девушку. Нет, мне нравится, когда меня обнимают красивые девчонки, но…
- Дяденька Згаш, - она послушно отлепилась и взирала на меня огромными серыми глазищами, обрамленными самыми невероятными ресницами в мире. – Вот так встреча…
Несколько секунд я рассматривал девушку. Красавица – аж дух захватывало. Не зря два парня за ее спиной так напряглись. Если бы силой ревности можно было убивать, я бы не только давно уже умер, но и успел рассыпаться в прах.
- Дяденька Згаш, - девушка сообразила, что я слишком долго молчу. – Я… это…вы… Вы меня узнаете?
Ресницы ее затрепетали часто-часто, лицо как-то неуловимо изменилось, дрогнуло, и сквозь его черты проступила веснушчатая мордашка, которую я определенно где-то видел.
- Динка?
- Узнали, - она расплылась в счастливой улыбке. – Узнали! Долго вы думали…
- Да я вообще не думал… не думал тебя здесь встретить, - пришлось признать. – Ты разве не на домашнем обучении?
- Не-а, - она весело мотнула головой. – Оно уже закончилось. Я тут на ведьмачку учусь.
- На ведь… - я еле успел прикусить язык. – А…
- Я тоже сначала хотела в некромантки пойти, но провалилась на экзаменах, - она коротко вздохнула. – Мне предложили поступить куда-нибудь еще, и я выбрала ведьмачество. Буду квалифицированной ведьмой. Или ведьмачкой – если у меня будет высший балл по фехтованию и верховой езде.
- А он у тебя будет? – заинтересовался я.
- Не-а, - снова замотала она головой. – Я ж лени-и-вая…
И засмеялась, склонив голову набок. А я стоял, как дурак, и любовался этой красавицей, вспоминая ту тощую бледную девчонку с усыпанным веснушками носом, которую когда-то вез из одной приемной семьи в другую. Надо же, как вымахала и расцвела! Сейчас ей уже восемнадцать лет. Да, время летит…
- А вы здесь какими судьбами? – заторопилась Динка. – По делу или… Мы вроде бы слышали, что вы…
Да, я пять лет назад перестал быть некромантом и стал инквизитором. Пять лет назад родная гильдия официально отреклась от меня, вычеркнула из своих рядов. Полгода назад я закончил учиться на инквизитора, успел немного попрактиковаться… Но девчонке эти подробности знать было ни к чему.
- Я тут… по делу.
- По какому?
Спас меня далекий звон колокола. Студенческое море вокруг сперва застыло, как парализованное, а потом зашевелилось с удвоенной скоростью.
- Пора на лекцию, - вздохнула Динка. – Это в другом корпусе. Наверное, опоздаем…
- Не переживай, - я легонько подтолкнул девушку к ее приятелям. – Еще увидимся. Я ведь здесь буду работать.
- Ой! – она взвизгнула, всплеснув руками. – А кем?
- Еще не знаю, - пожал плечами. – При следующей встрече расскажу. Беги!
Словно только того и ждали, оба парня подхватили девушку под локотки и увлекли прочь.
- Так хоть скажите, где вас искать? – вывернула она шею.
- Здесь! – успел крикнуть прежде, чем нас разлучила толпа. Студенты ускорились, разбегаясь в разные стороны и увлекая за собой мою воспитанницу. Не прошло и минуты, как в коридоре остался я один.
Говорят, на новом месте всегда крепче спится. Не знаю, не знаю, но на меня напала бессонница. Я лежал на койке в комнате студенческого общежития, закинув руки за голову, и слушал тишину, пытаясь разобраться в себе.
День выдался настолько суматошный, что времени на то, чтобы пообщаться с будущими коллегами, совсем не осталось. Кроме того, большинство преподавателей постоянно отлучались – то на занятия, то по личным делам. Те немногие, с которыми пересечься все-таки удалось, слушали не внимательно, погруженные в свои мысли. А познакомиться надо со всеми – как-никак, это часть моей «работы». Наверное, лучше всего «ловить» их утром, перед началом занятий, когда еще все на месте и никуда не спешат. Или, наоборот, вечером, когда преподаватели расползаются по своим комнатам.
Кстати, а где живут преподаватели? Восемь лет назад они селились отдельно, в нескольких коттеджах, за исключением аспирантов и лаборантов. Весьма и весьма немногие могли позволить себе жилье в городе. Интересно, что изменилось с тех пор?
Кстати, я бы тоже мог жить вне этих стен. Но, с другой стороны, если учесть, где я мог рассчитывать на жилье… Нет уж, лучше здесь, чем в монастыре – ведь тогда придется либо подчиняться его уставу и расписанию храмовых служб, либо нарочно их игнорировать. Меньше подозрений и ненужного внимания к скромной персоне учителя. С другой стороны, я тут не просто так. И терять время, тупо пялясь в потолок, не стоит. Так не лучше ли сегодня сделать то, что собирался отложить на завтра?
На сборы времени не понадобилось. Откровенно говоря, я еще свои пожитки не разобрал, как следует – только вывалил на стол книги и пергаменты, а также распахнул баул с одеждой. Ну, еще водрузил на отодвинутый в угол прикроватный столик маленькую статуэтку богини Смерти и поставил перед нею свечку – мой персональный алтарь. Имею, между прочим, право!
Чтобы не откладывать дела в долгий ящик, вытащил самую темную свою накидку, вооружился и покинул комнату.
Общежитие засыпало. Вернее, пыталось начать засыпать. Время самое детское – по моим внутренним часам, только что миновала полночь. То есть, для будущих ведьмаков, некромантов и ведунов как раз и наступает пора активности – некоторые занятия начинаются только после заката. Моя комната находилась на первом этаже, и над головой слышались шаги, иногда хлопки дверей и приглушенные голоса. Потом кто-то весьма энергично стал стучать в пол – или потолок, смотря с какой стороны! – чем-то тяжелым и орать, что, мол, прекратите шуметь, тут люди отдыхают. В ответ ему заорали: «Где ты тут людей видишь? Тут одни студенты!» - и смех.