Учитель под прикрытием (СИ)
Здесь, судя по всему, место должно быть чистым и проверенным преподавателями, иначе они бы не послали студентов, а пошли сами. Тот же мастер Кунц, прихватив парочку аспирантов – и вашего покорного слугу для поддержки – мог бы провернуть сие еще до полуночи.
Значит, все хорошо. Значит, все правильно. Но почему меня не отпускает странное чувство тревоги?
«Учеба на инквизитора не прошла даром, - мрачно подумал я. – Ты становишься подозрительным, Згаш. Начинаешь видеть подвох там, где его нет!»
И только я так подумал, как ночную тишину разорвал громкий крик, перешедший в истеричный визг и хохот. Чуть левее, немного ближе к реке, темноту раскололо несколько вспышек. Студент, который работал на участке возле меня, вздрогнул и сбился с речитатива.
Визг.
Хохот.
Неужели…
Не может быть! Откуда здесь пожиратели падали?
Кладбищенские гули обитают только на кладбищах, как явствует из их названия. Они питаются старыми костями из забытых могил, порой раскапывая и относительно свежие захоронения. По одиночке гули не опасны, но стая в пять-шесть тварей может напасть на человека. Проблема в том, что по одиночке гули не бегают. За пределы кладбищ они, конечно, тоже выбираются, но только в случае войн, катастроф, эпидемий, когда трупов оказывается намного больше, чем обычно, и эманации смерти буквально разлиты в воздухе. Привыкнув находить тела в оврагах, на обочинах дорог, в развалинах, гули сбиваются в многочисленные, голов по двадцать-тридцать, стаи и просто идут по земле, пожирая все на своем пути. Выглядят они как лысые, покрытые паршой и клоками грязной шерсти тощие уродливые псины – у кого нет ушей, у кого кривая морда или всего один глаз, у кого-то только три лапы, а вместо четвертой торчит кривая культяпка. Но ведь сейчас не война, не мор и не катастрофа. Откуда стая гулей здесь, где кладбища еще нет? Разве что…
Разве что это место не является чистым. Но почему тогда его предназначили для кладбища? Ошиблись или…
Отставить посторонние мысли. Сперва – дело.
Обнажив меч, левой рукой хлопнул себя по боку чисто машинально – там раньше висела походная сумка с амулетами, которые надо было активировать. Сумки не было. Инквизитору не пристало таскать с собой некромантские штучки. Только меч, гильдейский знак и… и я сам.
- Всем оставаться на местах! – гаркнул я, срываясь на бег. – Защитный круг! Первая ступень!
Последняя реплика предназначалась для двух студентов, мимо которых я как раз пробегал. Те рванулись на помощь товарищу, но мой окрик приморозил их к месту. Сбоку мелькнула какая-то тень – кто-то еще спешил на помощь попавшему в беду студенту.
Вернее, студентке.
Девушка действовала довольно умело, хотя сама все портила, истошным визгом сбивая себе дыхание. Но она как-то сумела извлечь и активировать нужный амулет и, отступая перед несколькими серыми тенями, отмахивалась ритуальным кинжалом. Будь у нее меч, дело пошло бы лучше, но гули не пасовали перед слишком коротким клинком, смыкая кольцо. Улучив минуту, один из них прыгнул.
Откровенно говоря, гули – неважные бойцы. На трех ногах не больно попрыгаешь и побегаешь, да и с одним глазом мало, что разглядишь. Они берут исключительно числом. И этот гуль, естественно, промахнулся и сам себя насадил на выставленный девушкой кинжал. Но студентка тут же подпортила свой триумф, с воплем отбросив издыхающую тварь вместе с оружием. В следующий миг уцелевшие гули вполне могли на нее наброситься, но тут на сцене появились мы.
Мы – это я и тот, второй спасатель. Мы подоспели одновременно, и яркая вспышка света озарила гулей, девушку, нас и груды земли на десяток шагов окрест. Классический «феникс», сигнальное заклинание, действительно похожее на раскинувшую крылья огненную птицу, завис над нами. Напуганные светом, гули с воплями кинулись врассыпную. Все, кроме одного, последнего, пробитого кинжалом. Я одним ударом меча рассек тварь пополам и вытащил из тушки кинжал.
- Твое? Держи крепче!
- Я… я не знаю… - девушка пятилась, мелко дрожа. – Я не знаю, откуда они в-выскочили… Я…
- Тихо! Отставить истерику! – я бросил взгляд на второго спасателя. Это был один из студентов. Надо же! Среагировал! Не просто закрыл девушку собой, но и торопливо очерчивал сейчас защитный круг. – Все закончилось.
На самом деле, конечно, все только начиналось. Но не для этой девчонки. И как она до третьего-то курса с такой ранимой психикой дотянула?
Послышался топот быстрых шагов. В круг света от «феникса» ворвался встрепанный мастер Кунц:
- Что здесь произошло?
С разбегу перескочив защитный круг, он налетел на девушку, встряхнул за плечи:
- Отвечай!
- Я не знаю… Я просто… просто делала…
- Что? Что именно и где? – с каждым вопросом он все сильнее встряхивал девушку, так что мне пришлось вмешаться и буквально оторвать его от студентки.
- Прекратить! Немедленно прекратить истерику, младший преподаватель Кунц, - рявкнул я. – Что за ребячество? Как вы смеете кричать на студентку?
- А как смеете вы кричать на меня? Да еще и вмешиваться в учебный процесс? – мигом перешел тот в наступление. – Кто вообще дал право здесь находиться посторонним личностям? Вы кто такой?
На миг я решил, что мастер Кунц спрашивает мое имя, но потом понял, что он имеет в виду немного другое.
- Я – помощник преподавателя, присланный сюда по личному приказу Великого Магистра, - решил приврать для пользы дела. – Приглашен как опытный специалист… и, видимо, не зря. Видимо, даже у аспиранта с другого факультета возникли сомнения в вашей профпригодности, мастер Кунц, раз понадобилась моя помощь.
- Она сама во всем виновата. Вы только на нее посмотрите – так распуститься из-за каких-то гулей…
- Из-за кладбищенских гулей, которых тут быть не должно! – отрезал я. – Это место должно быть чистым, чтобы его отвели под городское кладбище…
- … что и проверяли мои студенты!
- Ваши студенты обнаружили, что это место нечистое.
- Ну да! – подбоченился мой оппонент. – Что и требовалось доказать!
- Вот как? – я покосился по сторонам. «Феникс» продолжал пылать – надо же, какой мощный, обычно они держатся от силы пять секунд! – и в его свете были видны силуэты остальных студентов. Судя по слабым огонькам, они прекратили свои изыскания, но с места не двинулись. Так… три… пять, семь…Еще двое рядом… А где еще один? Где десятый? И почему до сих пор я не заметил Роя Бойко? Куда пропал аспирант, втравивший меня в эту авантюру? Вовремя, надо сказать, втравивший. – В таком случае, не соизволите ли поделиться со мной планом урока? Может быть, у вас так и было задумано – отвести студентов на непроверенное место в надежде, что они сами нейтрализуют ту нечисть, которая здесь водится? Кажется, это называется грязной работой? Или вовсе халтурой?
Я нарочно говорил на полтона громче, чтобы хоть часть нашего разговора долетела до чужих ушей и заставила кое-кого задуматься. И мастер Кунц заглотнул наживку с первого раза.
- Халтура? Да как вы смеете? – почти завизжал он. – Грязная работа? Вы что, хотите сказать, что я нарочно натравил гулей на детей?
- Я хочу сказать, что это место кем-то было осквернено до нашего прихода!
- И кем же? Мною?
- Не обязательно вами. Но… есть у меня кое-какие соображения… которые надо проверить!
Вот уже эту фразу я сказал негромко, почти шепотом. И добился нужного эффекта. Парень, утешавший плачущую девушку, и сам мастер Кунц придвинулись ближе:
- Что вы хотите сказать?
- Я хочу сказать, что тут все надо проверить. Господин студент… не имею чести знать ваше имя…
- Студент Мартин Гроссбарт, - отчеканил тот. Я не мог не улыбнуться его фамилии – на подбородке у парня рос жалкий пучок рыжеватых волос*. Кстати, многие старшекурсники в последнее время стали отпускать бороды – явно в подражание Рихарду Вагнеру.
(*Фамилия «Гроссбарт» переводится с немецкого как «Большебород». Прим. авт.)