Сердце целителя (ЛП)

— Совершенно верно. Они напали на нас не так давно с теми же намерениями, поэтому мы здесь, чтобы спасти женщин, но также и для того, чтобы это больше не повторилось.
Моя сила извивается внутри меня, как будто готовится вырваться из тела. Кажется, она воспламенилась из-за предвкушения, пронизывающего меня. Пришло время моей мести, и я не могу быть счастливее. Плюс мысль о том, что Камилла будет в безопасности, вызывает у меня желание броситься вперед и разнести все вдребезги. Вместо этого одариваю Брэкстона лукавой улыбкой и поднимаю большой палец.
— Никогда не отходи от меня, — говорит он.
А затем мы крадемся за периметр города и проникаем в его сердце. Мечи дравийцев сверкают в лунном свете, мгновенно покрываясь желтой кровью, когда солдаты тихо и эффективно расправляются с часовыми ялатов. Я едва держусь на ногах, мне не терпится подраться, но сохраняю спокойствие и держу руки по швам. Мое время придет, и я не намерена отказываться от нашего элемента неожиданности из-за моего чрезмерного энтузиазма.
Сдавленный крик пронзает воздух, заставляя меня замереть. Это громко и разносится по ночам.
— Приготовься, — шепчет Брэкстон.
Я киваю, но когда ялаты начинают выходить из своих хижин, совсем не готова. Они подобны муравьям, когда их холм потревожен, ползут и высыпают из каждого жилища. Их мечи и копья легко различимы, и я поднимаю руки, моя сила жужжит по моей коже. Я напоминаю себе, что нельзя переусердствовать, иначе я перегорю, и это выведет меня из борьбы, но также сделает уязвимой. Я хочу, чтобы эта миссия завершилась, поэтому я должна быть умной и беречь свою энергию. Моя ярость при виде ялата затрудняет это.
Образы моих родителей всплывают на передний план в моем сознании, сковывая меня и перехватывая дыхание. На мгновение я парализована, горе и агония смешиваются с моей яростью. Это пьянящее, ядовитое сочетание, и моя сила проносится сквозь меня, как электрический ток, более чем готовый к высвобождению.
Брэкстон берет меня за плечи и легонько встряхивает.
— Скайлар, тебе нужно взять себя в руки.
— Я не могу видеть их, не вспоминая при этом своих родителей. — Мой голос, к моему большому удивлению, звучит слабо и жалко. Я не узнаю его, как будто он исходит от кого-то другого, от кого-то испуганного и потерянного.
В ту секунду, когда губы Брэкстона касаются моих, ужасные образы исчезают, заменяясь моими чувствами к нему и загадочным покалыванием во рту. Поцелуй едва ли длится пару секунд, но он вытащил меня из того темного, ужасающего места в моем сознании. Звуки битвы бушуют вокруг нас, но Брэкстон смотрит только на меня. Однако замечаю, как подергиваются его уши и мечется взгляд, когда он сохраняет бдительность.
— Если ты не можешь продолжать, я останусь с тобой, — говорит он.
— Нет. Мне нужно это сделать. Если этого не сделаю, то буду сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
Он берет мою руку в свою, проводит большим пальцем по костяшкам моих пальцев, прежде чем отпустить меня.
— Позволь мне помочь тебе отомстить.
— Мне нравится, когда ты говоришь со мной непристойности.
Брэкстон ухмыляется мне, но улыбка быстро исчезает, когда шум вокруг нас усиливается.
— Мы должны помочь остальным.
Мы бежим к ближайшему дереву, на котором находится жилище, и Брэкстон, не колеблясь, взбирается по деревянной лестнице, которая болтается в пределах досягаемости.
— Прикрой меня, Скайлар.
Но я уже подняла руки, просто ожидая, когда кто-нибудь появится. Как только Брэкстон добирается до вершины, он жестом зовет меня следовать за ним. Я взбираюсь по лестнице, ни разу не посмотрев вниз. Падение привело бы к травме или даже смерти. Несмотря на то, что не боюсь высоты, у меня начинает слегка кружиться голова, как только достигаю деревянной платформы.
Сделав мне знак оставаться на страже, Брэкстон ныряет в хижину только для того, чтобы появиться снова через пару секунд.
— Эта пуста, что неудивительно, поскольку мы поздно вступили в бой.
Я подавляю чувство вины. У нас нет на это времени. У Камиллы нет на это времени.
 
Брэкстон ведет нас по деревянному мосту, и я осматриваю окрестности, чтобы не глядеть вниз. Повсюду вокруг нас дравийцы сражаются с рептилиями. Я поднимаю правую руку, провожая взглядом ялата, который ползет по одному из многочисленных мостов, чтобы подкрасться к нашему солдату. Моя сила вырывается из ладони, сбивая существо с покрытых мхом перил и отправляя его стремительно вниз. Даже несмотря на то, что звук удара его тела о землю приглушен дракой, мое удовлетворение растет от того, что я убила его.
Со своей позиции продолжаю посылать нескольких ялатов на верную смерть, подбрасывая их в воздух, либо когда они атакуют дравийца, либо прямо перед этим. Снова и снова посылаю свою силу наружу и через открытое пространство, уничтожая одного за другим. Рядом со мной Брэкстон делает то же самое, и я должна напоминать себе оставаться сосредоточенной. Его дар намного сильнее моего, и он сбивает группу ялатов, как будто они кегли для боулинга. Мне нравится наблюдать, как Брэкстон использует свою силу, и, судя по выражению его лица, я бы сказала, что он тоже наслаждается этим после того, как все это время ее подавлял.
Не говоря ни слова, он берет меня за руку и тянет за собой, ведя нас по городу и приближая к его связующему звену. Битва здесь более ожесточенная, и я молча молюсь, чтобы мы смогли победить ялатов на их территории. К моему большому разочарованию, они не глупы.
— Встань за мной! — кричит Брэкстон.
Я немедленно встаю за его крупной фигурой. Воздух пронзает свистящий звук, и вокруг меня раздается серия глухих ударов. Это напоминает мне град, падающий на землю, за исключением того, что, оглядевшись, понимаю, что это стрелы, вонзающиеся в деревья и хижины вокруг нас. Брэкстон поднимает руки, и большая часть стрел застывает в воздухе, прежде чем бесполезно упасть, как поток дождя. Слышны стоны боли, и это, кажется, подстегивает его к движению. Я бегу за ним, когда он направляется к упавшему неподалеку дравийцу.
Не теряя времени, Брэкстон опускается на колени и ухаживает за раненым мужчиной, пока я наблюдаю. Все мое тело дрожит от переполняющего меня адреналина, и мне приходится делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Брэкстон оказывает первую помощь солдату в рекордно короткие сроки и помогает ему подняться на ноги.
— Я слышал женщин, — говорит воин. — Сюда.
Мы быстро следуем за ним к хижине через один из мостов. Сооружение массивное и подвешено между тремя гигантскими стволами деревьев с многочисленными опорными балками под ними. Мое сердцебиение учащается при мысли о том, чтобы найти Камиллу, и это ускоряет мои шаги.
Брэкстон и воин врываются в дверь, и крики женщин в испуге звучат музыкой для моих ушей. Они живы.
Я встаю перед мужчинами, протягивая руки, чтобы показать женщинам, что мы не причиним им вреда.
— Вы в безопасности, — говорю я группе. — Мы здесь, чтобы спасти вас.
Они выглядят истощенными и грязными, но в их глазах нет того омертвевшего взгляда, который был у меня раньше. После моего приступа я не могла смотреть на себя в зеркало, потому что, хотя у меня не было физических шрамов, все равно чувствовала отвращение всякий раз, когда видела свое отражение. Я не вижу этого в их взглядах и мгновенно расслабляюсь, как будто неизвестный груз упал с моих плеч.
Женщины поднимаются на ноги, и мое сердце разрывается, когда я не вижу среди них Камиллу. Тем не менее все еще нахожу в себе силы улыбаться женщинам, и это ни в коем случае не фальшиво. Не то чтобы она не имела значения, но я пришла сюда не только ради нее. Теперь это знаю. Быть частью этой миссии и освободить этих женщин, уберечь их от жизни, полной бесконечных изнасилований и пыток. Вот почему я здесь, почему ставлю свою жизнь на кон. Эта цель одновременно подпитывает меня и наполняет гордостью.
— Мы должны действовать быстро, — говорит Брэкстон.
Я киваю.
— Пошли. Все держитесь вместе. Мы защитим вас.