Охота на миллиардера (СИ)
Равнодушно вскинув взгляд, он ничего мне не говорит и жмет одну из кнопок на аппарате своего телефона.
— Игорь, что у тебя за бардак в охране? — его голос звучит, как сталь. — Тут незаконное проникновение. Девку надо вывести на улицу. Работать не дают.
И словно забыв о моем существовании, он хмурится, листая бумаги.
— Руслан Владимирович, — опомнившись, становлюсь прямо перед ним, — погодите, у меня для Вас очень важная информация.
В кабинет вбегают: секретарша, охранник и кто-то еще. Но я включаю видео и издалека показываю Полянскому, он щурится, заинтересовавшись.
И когда меня уже тащат к выходу, богач властно машет рукой, выгоняя всю толпу вон из кабинета. Я поправляю пиджак, съехавший лифчик, блузку и задравшуюся юбку, стягивая ее вдоль бедер пониже. Она очень узкая. И отложив свой «паркер» в сторону, Полянский с интересом наблюдает за тем, как я кручу попой.
— За находчивость пять с плюсом, — зевает олигарх, подперев кулаком щеку. — Смонтировала в какой-то программке видео? Сейчас даже рожу можно поменять при желании, не то что голос.
— Это — оригинал! Я пришла Вас предупредить об опасности.
Полянский смеется, потирая кулаком нос.
— Ненасытная куртизанка-библиотекарша Вера Образцова никак не может удовлетвориться одним Виктором.
— Вашему бизнесу угрожает опасность! — строго высказываюсь я.
А Полянский снова надо мной смеется.
— Ой, забавная ты, путана. Даже немного отвлекся от бардака в документах. Но пора тебе идти откуда пришла, — еще смешок. — Это мой заместитель, его голос на видео. Ты что же и его обслуживаешь?
Хмурюсь. Так значит совсем близкое окружение Полянского пытается ему навредить.
— Я не проститутка! Сколько раз Вам можно говорить? — топаю ногой, от несправедливости. — Я покажу Вам видео полностью, когда мы заключим сделку.
— Какую еще сделку? Ты соображаешь с кем разговариваешь? — откидывается олигарх на спинку своего огромного кресла и задирает руки, подтягиваясь и разминая спину.
Ткань рубашки обтягивает плоский, на вид каменный, спортивный живот и я отворачиваюсь, чтобы не видеть этого.
Он снова зевает. Горячий мужик, действующий на меня как-то неправильно, лучше смотреть в стену, иначе дело все время ускользает на второй план.
— Когда я отдам Вам это видео, Вы сможете предъявить его своим врагам, досмотрев до конца, — отступаю.
— Ха-ха-ха, — наигранно смеется Полянский и встает со своего места.
— Это не шутки. Вы же умный человек, Руслан Владимирович. Мне нужно всего три выхода с Вами в какое-нибудь людное место, где нас увидят вместе, и я отдам Вам это, — размахиваю мобильным.
— Повторяю, — кулаками упирается он о стол, — ты соображаешь с кем ты разговариваешь?
— С невоспитанным, самодовольным типом с кучей денег, — гордо вздергиваю подбородок.
— Я ведь тебя живьем закопаю, путана. Даже мама с папой не узнают, где похоронили.
Говорит он страшные вещи, но при этом смотрит на меня очень странно, будто тигр, готовящийся запрыгнуть на самку. Любопытно, раздирающе, раздевая глазами. А самое ужасное, что мне жарко от его взгляда. Мы как бык и тореро. Один взмах красной тряпкой и неизвестно, что произойдет дальше.
— Очаровать Вас невозможно, — обхожу стол от греха подальше, радуясь, что между нами островок мебели, — поэтому я решила договориться.
— Очаро… что меня невозможно? — кривится олигарх.
— Вы же сами говорили, что хотите вывести меня на чистую воду. Вот Вам правда обо мне. Нужно просто показаться на людях. Три свидания, три вечера и у Вас есть информация.
— Я так говорил? — хмурится. — Очевидно, я был пьян, — лениво вздыхает.
Он все еще стоит у стола, затем протягивает руку:
— Ладно, дай сюда телефон. Если же упустить момент, не делать ничего — ни плохого, ни хорошего, об успехе можно забыть. Стояние на месте — уже поражение. Так уж и быть, посмотрю твое хоум-видео.
Я отступаю вглубь кабинета и отрицательно киваю головой. Полянский злится.
— Дайте мне слово. Вы же деловой человек, босс огромной империи. Ваше слово дорого стоит. Пообещайте мне всего три вечера, и Вы получите компромат на вашего зама и еще какого-то мужика…
Договорить я не успеваю, Полянский делает несколько шагов вперед, двигаясь прямо на меня. Достигнув моей объятой страхом фигуры, начинает отбирать телефон. Я задираю руку с аппаратом вверх. Он упрям, а я упрямее. Видео там давно нет, я удалила его, как только показала Полянскому начало. Я ж не дура. Сохранила его на компе. Полянский, прижимается, он гораздо выше ростом, я выкручиваюсь и так, и эдак, потом выскальзываю, телефон все еще у меня в руках. Вся эта суматоха подернута странной дымкой влечения. Внутри все горит, словно кипяток плещется. Этот гад, мудак с кучей денег, он странным образом возбуждает меня одним своим видом. Пока мы боремся за смартфон, я ощущаю мягкость во всем теле.
Но в следующую минуту, он хватает меня за шкирку, будто нашкодившего котенка, и швыряет на свой рабочий стол, заставляя удариться грудью. Соски от чего-то становятся дико чувствительными, ноги мягкими, все тело податливым и беспомощным, а кровь горячей и бурлящей. Вспышка боли и, несмотря на остроту момента, я чувствую дикий первобытный инстинкт. Вот так должен обращаться со мной мужчина, чтобы я перестала думать о том, как нашей семье необходимы деньги, как много от меня зависит… Разум вопит, что нужно бежать, что нужно скрыться. К черту все: пари и ставки, Дамский клуб и Элеонору Николаевну. Вырваться и нестись на всех парах, но я не могу противостоять жажде, что скребет сейчас в горле. Я вдруг ярко, в картинках представляю наш с ним секс: яростный, молниеносный, такой, что после ходить больно, соображать трудно и стыдно вспоминать, что умоляла «еще»!
Глава 10
В тот момент, когда реальность накатывает волнами паники, гордость побеждает похоть. Что он себе возомнил? Я ему не дешевая девка с улицы. Да, он меня возбуждает, и тело мякнет, будто в воду опущенное. Но это не значит, что я позволю себя трахнуть в офисе во время кофе-паузы.
— Нет, ни за что! Отпусти! — ерзаю под ним, пытаясь сбросить с себя тяжелое мужское тело.
На пол летят папки, катятся карандаши, ручки, степлер и дырокол. Полянский злорадно смеется. Он бесстыже толкается бедрами в мой зад, крепко прижимая к столешнице. Попой чувствую его мощную эрекцию. Он здесь главный. Хозяин жизни бесцеремонно вырывает из моих рук телефон, прижимая мою шею локтем.
— Не дергайся! — жаркий шепот прошибает насквозь. — Как экран разблокировать?
Я прижата к столу, не могу повернуться. Силы не равны. Чувствую власть тяжелого крепкого, мускулистого тела. Ненавижу его за хамство и грубость, распущенность и вседозволенность… А еще жутко возбуждаюсь от этого. Больная на голову Вера должна пройти курс лечения у психиатра. Самой с этим уже не справиться.
— Я спросил. Как. Разблокировать. Экран! — жестко разделяет он слова, а затем убирает локоть и…
— Попробуйте носом, господин олигарх, может получится.
Дальше он резко тянет меня за волосы, заставляя запрокинуть голову. Сжимаю зубы, не позволяя себе вскрикнуть. Обойдется.
Полянский несколько минут возится с моим смартфоном, затем отбрасывает аппарат в сторону.
— Программисты разберутся.
— А самому значит слабо, Руслан Владимирович? У Вас, наверное, есть для всего люди. И спинку почесать и в носу поковыряться.
Играю с разъярённой собакой, но ничего не могу поделать — характер.
И когда я думаю, что это даже к лучшему, что он решил с моим телефоном, и сейчас отпустит… Он задирает мою юбку. Его действия повергают меня в шок, и я заливаюсь алой краской. Мои глаза расширяются от удивления, а челюсть отвисает так, что кажется, будто она сейчас отвалится. Я перестаю дышать. Пытаюсь начать думать, но не могу унять лихорадочный трепет внутри. Секунду радуюсь, что оделась именно так, как будто чувствовала. Красиво, изысканно, сексуально, по крайней мере, не ударила в грязь лицом. На мне бежевые чулки и черные кружевные трусики. Но тут же понимаю, что это распаляет богатого ублюдка еще больше.