Не отступать и не сдаваться. Том 4 (СИ)

— Нет, он обычно брал по очкам. Нокаутов мало. Завтра ты должен хорошенько размазать его по рингу. Чтобы невозможно было отодрать от покрытия.
Если бы все было так лучезарно и радостно, то я бы уже был чемпионом мира во всех весовых категориях. Какой там!
У меня уже установился иммунитет на слишком легкие победы. Каждый раз, когда говорили, что у меня будет легкий соперник, всегда оказывалось так, что это был самый трудный бой из существующих. Поэтому я уже не верил в это дерьмо. Лучше считать противника гораздо сильнее, чем он есть на самом деле. Лучше его переоценить.
И вот сейчас, когда я смотрел в черные глаза Лусифа Хамани, в голове все время крутилась мысль. Какой же ты на самом деле, дружище? Прокатит ли тактика глухой обороны, которой я решил придерживаться в будущем бою? Или с тобой надо было по-другому?
Хамани обладал типичной внешностью представителя Северной Африки. Чуть выше среднего роста, крепкий, словно сколочен из дерева. Худой и в то же время очень ловкий, можно сказать, грациозный. Своими движениями он напоминал мне гимнастов, чьи выступления я видел накануне. Загорелый, загар на лице с бронзовым оттенком.
Глаза очень живые и чуть впалые. Причем они удивительно живо блестели. Хамани неотрывно следил за мной, будто я держал в руке яд и мог подсыпать ему в пищу.
— Вы готовы? — спросил рефери по-английски. Он тоже внимательно наблюдал за нами. — Если все хорошо, тогда начинаем бой. Бокс!
Он вполне сносно говорил по-английски, хотя был выходцем из Италии. Но теперь я тут же забыл о нем. Прошла пора собирать камни, теперь надо их кидать. И кидать очень жестко.
Я уже стоял в защитной стойке «крауч», поэтому был готов к тому, чтобы встретить напор Хамани. И этот напор не заставил себя ждать.
Алжирец набросился на меня, как тигр на антилопу. Вернее, как на буйвола, потому что я не стал бросаться в бегство, как испуганный олень, а выставил перед собой кулаки в перчатках, подобно тому, как буйвол выставляет перед собой острые рога. И продемонстрировал полную готовность проткнуть противника этими рогами.
Прятаться за стеной глухой защиты полностью я не собирался. Мое кредо — это сочетание обороны и активной контратаки. Только так и можно осадить напирающего шустряка Хамани.
Техника простейшая. Бить тут же, немедля. Защита мгновенно сменяется нападением. Алжирец налетел на меня, и осыпал кучей прямых ударов. Если бы я ушел в пассив и терпеливо снес их, то вряд ли выиграл бы бой.
Чтобы выждать верное время контратаки, я внимательно наблюдал за противником. Расчет времени, точность, быстрота. Четкое мышление и терпение. Терпение удава, ждущего неосторожного оленя, зазевавшегося на лесной тропе.
Вообще-то, с таким торопыгой, как Хамани, я легко подгадал время для контратаки. Он напал на меня быстро, но без задней мысли об ответке с моей стороны. Надо же, какая наивность.
Я подождал, пока волны его джебов разобьются о мои плечи и локти. Теперь настала пора расплаты. Контратака ведущей рукой. Чертовски неожиданно для противника.
Я постарался замаскировать контрудары. Все-таки Хамани и в самом деле слишком увлекся. Он что, реально рассчитывал сбить меня первым кавалерийским напором? Поэтому даже мой джеб был для него досадной неожиданностью.
Алжирец как раз пытался достать мою голову прямым в голову. Своей правой рукой. Я присел, пустил его удар чуть над головой. И ударил прямым в его живот.
У ударов в корпус есть хороший плюс. Их труднее обнаружить, чем удары в голову. Хамани пропустил этот удар. Он оставил живот без защиты. Как раз наклонился ко мне и чуть потерял равновесие.
Казалось, он пал в мои руки, как спелое яблоко. Я думал, что сейчас уроню его в нокаут. Прямой левой в его корпус. Тут же правой, тоже в корпус.
Хамани прервал атаку, выдохнул воздух, опустил руки. Ух ты, какая прекрасная возможность! Я нацелился ему в подбородок.
Бац! Короткий боковой левой. Но нет, это мне только показалось. Я ударил воздух. И сам чуть не провалился вперед. Хорошо, что не вложил в удар всю силу инерции.
 
Противник легко, как вчерашние гимнасты, ушел в сторону. Какой он, однако, мобильный! Я же говорил, что нельзя недооценивать соперника.
Не ожидал я от него такой маневренности. Хамани отскочил назад и принялся там подпрыгивать. Потом улыбнулся и подозвал меня. Мол, иди сюда, тут тебе и крышка.
Зрители в зале засмеялись. Им понравилась раскованность алжирца. Молодец, креативненько. Я остался на месте, выжидая, когда Хамани снова налетит на меня.
Но противник, однако, уже не хотел снова увязнуть в трясине моей обороны. Для этого он и вызывал меня к себе. На честный бой в чисто поле. Выходи, мол, из крепости.
Ага, щас. Моя тактика осталась прежней. Этот порывистый чудак здорово открывается во время атаки.
Мне осталось только контрить его, выжидая удобного момента. И еще больше прятать свои удары. Чтобы потом ударить молниеносно и неожиданно. Затем вскрыть черепную коробку и увидеть его маленькие мозги.
Но Хамани был парень не из робких. Увидев, что я остался в броне, он снова подскочил ко мне. Правда, на этот раз держал голову прикрытой.
Но вот корпус приоткрыл. Что за беспечный малый, однако. Или это такая тактика?
Что-то слишком он неосторожный какой-то. Так не бывает. Чересчур легко, однако.
Хамани хотел снова размолоть мою защиту серией джебов, но я упредил его. Всего один кросс, но очень точный и сильный.
Выброс кулака в сторону подбородка соперника. Почти наугад, на авось. Правда, на соревнованиях такого уровня случайности неслучайны. Они же формируются из опыта. Из сотен и тысяч часов, проведенных на ринге.
Поэтому, когда Хамани напоролся на мой кулак, я не особо удивился. Алжирец слишком торопился. Может, он и быстр, но как можно забыть про защиту?
От моего удара Хамани упал назад. Тут же вскочил, как ванька-встанька. Рефери даже не успел начать счет.
Алжирец кивнул, улыбнулся. Показал, что все в порядке. А я тем временем снова занял защитную позицию. Пока что вроде идет неплохо. Тьфу-тьфу, как говорится.
На месте противника я бы повременил. Не торопился бы слишком. Отдохнул бы, подумал, что да как. Дождался бы перерыва, посоветовался с тренером. Может, сменил бы линию поведения.
А он опять попер на меня. Видимо, живет по принципу — только нападение. Только атака. Ни шагу назад.
Очень хорошее правило. Почти, как у меня. Вот только мозги при этом надо включать. Не лезть на рожон. Быть осмотрительным во время атаки. Не забывать о защите.
А Хамани снова атаковал. И опять не снизошел до защиты.
Впрочем, надо отдать должное, он был очень быстр. И очень резво оправился после легкого нокдауна. Я даже не думал, что такое возможно. Наверное, поэтому расслабился.
Алжирец мигом сократил дистанцию. В атаке он напомнил леопарда, прыгающую на жертву. Вот только я далеко не антилопа. И мне не сломаешь позвоночник укусом в шею.
Джеб, потом еще один. Я едва успел увернуться.
Но вот следующий прямой удар правой я пропустил. Слишком уж стремительно они все прошли. Смазанный толчок в голову.
Легкий, неопасный. Но все равно настораживающий. Я все-таки недооценил Хамани. Он слишком шустрый. Там, где прошел один удар, там будет и второй.
Я снова прикрылся. Хамани с радостью ударил снова, уже посильнее, но я успел выставить защиту предплечья и ушел нырком.
В голове немного пошумел вихрь. Легкая боль. И всего делов. Хорошо, что я успел увернуться.
Хамани опрометчиво продолжил атаку. Но я уже был наготове. Снова уход, еще один. Алжирец бил чрезвычайно быстро. Перчатки мелькали в воздухе, как крылья колибри.
Долго так продолжаться не могло. Если я буду только уходить, он меня настигнет. Поэтому после второго уклона я ответил привычным прямым в корпус Хамани. Он, как всегда, оставил его открытым.
Бац, бац! Сначала один удар, потом второй. Хамани перестал бить меня, отошел назад, перегруппировался.