Шиари выбирает первой (СИ)

— А мне кажется, все у тебя получится, — оптимистично сказала я и подарила другу теплую улыбку. — У меня же получается. Хоть я и девчонка, но после занятий с Вейном… с генералом уже не чувствую себя такой слабой, как раньше.
— Здесь другое, — поджал губы кадет.
— Почему другое? Это же твой дар, твоя сущность. Уверена, со временем у тебя получится укротить зверя. Нужно просто набраться терпения.
— Здесь другое! — резко, чеканя, повторил Торнвил и впился в меня почти враждебным взглядом. — Эта тварь внутри меня причиняет одни страдания! Но отец этого не понимает! Ему нужен сильный оборотник, а не слабак-универсал. Я же предпочитаю оставаться слабаком-универсалом, чем быть… Чем быть чудовищем и убийцей!
Больше он ничего не сказал. Отвернулся к стене и затих, а я не решилась к нему приставать. Только не после того, как услышала, сколько боли и ненависти к самому себе звучало в его голосе.
Бриан — убийца? Чудовище и хищник?
Я скорее соглашусь, что я хроновик, чем поверю, что мой друг мог отнять у кого-нибудь жизнь.
  
ГЛАВА 27
 
— Сегодняшний день для каждого из вас очень важен. Нечасто Великий удостаивает военные академии своим вниманием. Но вам повезло! — Звучный голос ректора разносился по залу, в котором с утра пораньше собрали все отряды. — Вам выпал уникальный шанс проявить себя перед императором.
Его величество со свитой должны были прибыть не раньше полудня, но это не избавило нас от ранней побудки.
А ведь сегодня суббота. Первый день зимы, нереально красивой и сказочной. Всю последнюю неделю столица щеголяла в белоснежном убранстве. Нарядная, светлая, искрящаяся под солнечными лучами.
Сегодня тоже погода обещала быть замечательной. Морозной, но солнечной и ясной. Идеальная для представления, которое пожелал устроить для себя Адальгер III.
— Покажите все, что умеете, — тем временем продолжал глава академии. — Неважно, первокурсник вы или выпускник. Его величество наделен уникальной способностью замечать талант даже в том, в ком он еще не успел раскрыться! — польстил он правителю и стал неторопливо прохаживаться перед кадетами.
Безмолвными, неподвижными, на первый взгляд, совершенно спокойными.
Не знаю, может, среди нас и были те, которым было плевать, и сейчас они не испытывали страха. А вот я буквально умирала. Мало того что в схватке никчемна как девчонка (коей в общем-то и являюсь), так и со стихиями то управляюсь, то у меня ни джара не получается.
Вчера, например, все выходило из рук вон плохо. Я нервничала, волновалась из-за предстоящих состязаний и никак не могла заставить себя сосредоточиться. А без концентрации не стоит и думать подчинить пламя или укротить ветер. Предпринимая тщетные попытки создать хотя бы маломальски приличную сферу, видела, как Дермонт недовольно качает головой, поджимает, а иногда и кривит губы и всем своим видом показывает, что кадет Ноэро не перестает его разочаровывать.
Что же касается последней тренировки с генералом, там вообще все было ужасно! В порыве чувств Эскорн назвал меня слабачкой, ну то есть слабаком, и имел полное на то право. Мне не хватало силы, уверенности в себе, ловкости и умений.
Почти всю ночь ревела в подушку, ругая себя за слабость, а на следующий день, сразу после тренировки по стихийной магии, стала самостоятельно отрабатывать атакующие приемы и ставить защитные блоки.
Вернулась в комнату уже за полночь, а в семь утра нас подняли, чтобы собрать для наставлений шейра Невертона.
— Уверен, каждый из вас мечтает стать одним из личных стражников императора, но подобной чести удостоятся единицы. Чаровики и воины, что сумеют показать себя сильнейшими из сильнейших!
Ни о чем таком я не мечтала. Я вообще надеялась, что император меня не заметит. Может, и к лучшему, что я такая неумеха. Подумаешь, разочарую преподавателей, возлагающих на меня надежды. У Эскорна в отряде есть немало одаренных парней. Ронан и Нейл, уверена, сегодня будут блистать. А Дермонт курирует второкурсников, и ему тоже есть кем гордиться.
 
Я же жалела, что не могу превратиться в невидимку.
— Да прибудут с вами духи! — закончив с пафосной речью, решил закругляться ректор. — Покажите, что вы достойны носить имя своего рода. Прославьте его, чтобы ваши предки могли вами гордиться!
После его слов на душе стало совсем тоскливо. Уверена, предки ругают меня последними словами. А может, и вовсе проклинают. Бунтарку Лайру.
Только прапрабабушка Мэв, наверное, усмехается и повторяет, что не одна она в роду Ноэро сумасшедшая.
Представив ухмыляющуюся прародительницу, тряхнула головой в попытке избавиться от глупых мыслей и следом за другими парнями прошагала к выходу из зала. На завтрак. А после готовиться к состязаниям и собираться.
Нам заранее рассказали, как все будет проходить. Сначала кадеты, разбившись на небольшие группы, будут демонстрировать свои умения, а после сразу по несколько пар будет сходиться в схватке. Оружия не будет, не считая чар и собственных сил.
За завтраком Бриан был угрюм и раздражителен. Император ждал, что он продемонстрирует свое перевоплощение, но, судя по настроению кадета, принимать звериное обличье он не собирался. А в стихиях и других магических науках, к сожалению, был не силен. Вот и получится, что предстанет перед венценосным родителем слабаком.
— Готовы? — широко улыбнулся Ронан, который, если и волновался, то вообще этого не показывал.
По-моему, он с Нейлом, наоборот, ждал и предвкушал начало состязаний.
— К позору? — мрачно усмехнулся Бриан и так же угрюмо добавил: — Всегда готов…
— Брось! — попробовал приободрить его Лоунард. — Ты многому за эти месяцы научился, а если для схватки тебя поставят в паре с Ноэро, успех у его величества тебе будет обеспечен!
Парни весело рассмеялись, все, кроме меня и Бриана. Торнвил как был мрачным, так и остался, я же лишь кисло улыбнулась:
— Очень остроумно.
— Не кисни, Риф! — Нейл ободряюще похлопал меня по плечу. — Зато ты в стихиях умелец. Ничуть не сомневаюсь, что всем задашь жару!
Я чуть слышно хмыкнула, но ничего не сказала. Это он не видел меня вчера тет-а-тет с Дермонтом, когда я даже не смогла призвать жалкий огненный сгусток.
А сегодня жалкой буду выглядеть я.
И со мной все Ноэро.
Не трудно представить, в каком настроении я возвращалась в комнату. Бриан шел рядом, угрюмо помалкивая. Солнце светило в окна, разрисовывая пол и стены разноцветными узорами, а у меня в сердце царил мрак.
— Ничего, как-нибудь переживем, — слабо улыбнулся кадет.
В тот момент я пожалела, что не обладаю даром хроновика и не могу ускорить время, чтобы перелистнуть страницу этого Дня.
В комнате нас ждал сюрприз — явление сразу двух хранителей. Обычно они старались не пересекаться. Когда Бриана навещала Саная, Эшви даже не показывался, и наоборот. Стоило нам войти, как прекрасная жар-птица и мой ворчун-цып, до этого негромко переругивавшиеся, поспешили притихнуть.
— Еще и от вас выслушивать наставления? — закатил глаза Торнвил.
Раздраженно захлопнув дверь, упал на кровать и зажмурился, давая понять, что не расположен к разговорам и сердечным напутствиям.
— Мы просто хотели поддержать, — мягко произнесла хранительница.
— А в наставлениях старших нет ничего плохого, — заявил, бурча, Эшвар.
Грациозно вспорхнув с подоконника, Саная опустилась на кровать рядом с кадетом и что-то зашептала ему на ухо. Ко мне же, переваливаясь с лапы на лапу, подошел Эшвар.
— Помни, деточка, — заговорил он тихо. — Для тебя самое важное поддерживать иллюзию. Все остальное — дело десятое. Геройствовать не надо, козырять перед императором силой тоже. В твоем случае чем хуже, тем лучше.
 
Все это я прекрасно понимала, но…
Но все равно было страшно.
— Меня преследует чувство, что стоит только взглянуть на его величество, как он обо всем догадается, — прошептала чуть слышно.
— Все будет хорошо, Лайра, — спокойно и твердо проговорил Эшвар, не сводя с меня уверенного взгляда.