Шиари выбирает первой (СИ)

— Мне придется взять с собой служанку.
Торнвил кивнул, хоть и без особой радости. При Морри обсудить дальнейшие планы не получится, а если баронесса узнает, что я уехала без нее, зато с молодым шейром, опять будет негодовать и намекать, кто я в ее глазах.
— Сейчас вернусь! — С этими словами я бросилась к крыльцу, чувствуя, как, несмотря на зябкий холод, щеки вспыхивают кострами.
Я действительно это делаю? Действительно возвращаюсь в Кальдерок?
Эшвар меня убьет.
Велев Морри скорее надевать плащ и следовать за мной, схватила свой, набросила на плечи, на ходу завязывая витые тесемки темно-синего цвета.
— Куда это вы надумали так внезапно сорваться? — удивилась служанка. — А как же обед?
— Потом поедим. Сейчас мне надо кое-куда съездить.
— Генерал Эскорн приехал? — пришла к непонятным для меня выводам девушка.
— Одевайся, — повторила я и поспешила на улицу к Бриану.
Пока ехали неведомо куда, хранили молчание. Я не решалась расспрашивать кадета при служанке, а Морри была слишком смущена его присутствием, чтобы издавать хоть какие-то звуки. Эшвар, к счастью, не появлялся, и это радовало. Потом все ему объясню.
Для начала надо самой понять, что вообще происходит и куда Бриан меня везет.
Вскоре экипаж остановился. Узкая улочка, зажатая в тисках старых, изрезанных трещинами домов, была сырой и мрачной, а из сточной канавы доносились не самые приятные запахи. Большинство окон темнело черными провалами. Лишь в некоторых мелькали тусклые отблески света.
— Нам сюда? — удивленно спросила я.
Не знаю, чего ожидала, но мне бы точно не пришло в голову искать помощи в глухой подворотне.
— Сюда, — с улыбкой подтвердил чаровик и… протянул мне маску. Простую, из черного бархата, закрывающую все лицо. — Надень, Лайра. И капюшон тоже не снимай. Говорить буду я, а ты старайся молчать.
— Гос… госп-п-пожа, — дрогнувшим голосом прошептала служанка.
— Все хорошо. — Я ободряюще ей улыбнулась и надела маску. — Оставайся в карете. Я скоро вернусь.
— Но…
— Экоб за тобой присмотрит — мягко сказал Бриан, имея в виду кучера, и Морри, вот странность-то, послушно умолкла.
Выйдя из экипажа и миновав арку, наверное, лишь чудом не обвалившуюся — настолько плачевно и жалко она выглядела, мы оказались в маленьком глухом дворике. Таком же тихом и сонном, как и улочка, на которой нас осталась дожидаться Морри.
Бриан тоже надел маску и вошел в подъезд, но вместо того чтобы подняться по лестнице с обколотыми ступенями, стал спускаться в подвал.
Еще немного, и я по-настоящему испугаюсь.
— Зачем нам маски? — прошептала, следуя за кадетом во тьму и сырость старого дома.
— Чтобы тот, к кому мы идем, не увидел наших лиц.
— Я могла бы наложить иллюзию…
Обернувшись, Торнвил снисходительно улыбнулся:
— От этого чаровика, Лайра, не спрятаться ни под одной иллюзией. Но если нам кто и поможет, так только он.
— Почему? Он настолько гениален?
— И это тоже. — Кадет кивнул и прислушался, словно пытаясь разобрать, что происходило за дверью, к которой привела нас лестница. — Ну и потому что никто другой не захочет иметь дело с ведьмой.
Я тяжело вздохнула. Не очень-то приятно, когда тебя называют ведьмой, но именно такой я и являлась в глазах всего света.
Ведьмой, презренной отступницей, проклятой чаровницей.
Наверное, только сейчас я в полной мере осознала, насколько мне повезло с Брианом. Он не просто меня не выдал (хотя мог бы и должен был) — он мне помогает, он за меня переживает.
Духи, спасибо вам за этого юношу!
Потоптавшись на пороге, кадет постучал и почти в то же самое мгновение дверь приоткрылась, зловеще проскрипев ржавыми петлями.
Я поежилась, прерывисто вздохнула и последовала за парнем в полутемную мастерскую. Одного взгляда, брошенного на просторное, на уж слишком захламленное помещение, было достаточно, чтобы понять, что мы в гостях у чаромастера. Не знаю, какими еще талантами обладал этот чаровик, но то, что он создает артефакты, стало ясно сразу.
Четыре стола, приставленные друг к другу так, что образовывали квадрат, были завалены мелкими и крупными деталями. Громоздкие станки, несмотря на общую неряшливость подземной залы, были тщательно натерты и наполированы. Возле очага я заметила еще одно странного вида приспособление, над которым, сгорбившись, спиной к нам сидел мужчина. По стенам и дальним углам расползлись тени, мешая рассмотреть стеллажи с книгами, свитками и изобретениями чаровика, не гнушавшегося иметь дело с ведьмами.
 
Только центр комнаты, четыре стола, освещало несколько керосиновых ламп, да очаг, согревая, выхватывал из тьмы приставленные к нему кресла.
— Проходите. Не стойте в дверях, — не оборачиваясь, сказал мужчина.
— Спасибо, мэтр, что согласились нас принять, — отмер Бриан и сделал несколько несмелых шагов к столам.
Я последовала его примеру.
— За вас попросили, и я согласился. Но, разумеется, согласился не за «спасибо».
Я занервничала, вдруг осознав, что денег у меня с собой нет, а тех, что хранились в тайничке в спальне, могло бы, конечно, и хватить на услуги чаромастера. Но тогда придется писать Тессе о том, что мне нужны деньги.
Пока я беспокоилась о намечающейся денежной проблеме, Бриан отстегнул от пояса тяжелый на вид кошель и бросил его на стол. Монеты глухо звякнули, заставив чаромастера оторваться от работы и подойти к нам.
— Мы все принесли, мэтр, — сказал кадет, глядя мужчине прямо в глаза.
Тот заулыбался, сразу помолодев на несколько лет.
— Тогда не будем терять время, господа!
Высокий, худощавый, с зализанными назад мышиного цвета волосами и блеклыми голубыми глазами, он производил неоднозначное впечатление. С одной стороны, мне было интересно узнать, на что способен этот чаровик. С другой, было в нем что-то жутковатое, что-то… неправильное.
Раз он помогает ведьмам и держит мастерскую в таком глухом месте, то его деятельность наверняка незаконна и вполне может быть опасной.
Но не сбегать же от него, трусливо поджав хвост!
Поэтому, Лайра, взяла себя в руки и делай то, что тебе говорят.
— Прошу, шиари, располагайтесь. — Чаровик жестом указал на одно из потертых кресел, и я послушно в него опустилась. — Какой именно артефакт вас интересует?
Позабыв о наставлениях Бриана, открыла было рот, собираясь сказать, что даже смутно не представляю, что нас здесь может интересовать, но Торнвил меня опередил:
— Чаровой закрепитель. Такой, который будет незаметен человеческому глазу и который будет с ней постоянно.
— Если незаметный, тогда только вживлять, — категорично заявил чаромастер и перевел взгляд на меня. — Будет больно. Шиари справится? Выдержит? Не люблю, когда женщины плачут…
Я нервно кивнула, сжала пальцы на подлокотниках кресла, чувствуя, как от напряжения немеют костяшки.
— Она сильная, — ответил за меня Бриан, после чего кивнул мне, подбадривая.
— Хорошо. — Чаровик, так и не представившийся (да и мы ему, понятное дело, имен не называли) удовлетворенно хлопнул в ладоши, а потом потер их. — Тогда начнем! И вот еще что… — Схватив со стола керосиновую лампу, он отошел к стеллажам и начал что-то искать на пыльных, захламленных полках. — Любой артефакт время от времени нуждается в подзарядке. Вживленный закрепитель так просто не извлечешь, да и незачем этому нежному созданию лишний раз терпеть боль. Поэтому я сделаю так, что артефакт будет подзаряжаться от вас, шиари. По ночам. Когда вы будете спать.
— Я буду это чувствовать? — спросила, не сдержавшись, и тут же почувствовала на себе предупреждающий взгляд Торнвила.
 
— Поначалу ваш сон будет беспокойным. Возможно, даже будут мучить кошмары, а по утрам ощущаться слабость. Но все пройдет, когда ваше тело примет закрепитель, и вы к нему привыкните.
Я мало что знала об артефактах, в нашей семье чаромастеров отродясь не рождалось и в библиотеке Кроувера про них была всего одна книга. Если не ошибаюсь, закрепители помогают стабилизировать чары, и, если у меня будет такая штука, мне не придется переживать о том, что иллюзия сползет в самый неподходящий момент.