Наследники трех родов (СИ)

– Солдаты Вильгельмских – слабые бойцы, они больше по корабельному делу, да и нет столько опыта, как у лорда Криста, – пожал солдат плечами, чем еще больше позабавил меня. – Мы с ребятами тренировались с ними в свободное время в Эдельстауне. Лорд Крист вполне мог бы справиться с большинством из них, – поспешил добавить собеседник, видя недоверие на моем лице. Все сказанное, может, и было правдой, но у меня в голове никак не укладывалось. Огромный ком из мыслей, знаний и предположений не хотел распутываться и раскладывать все по своим местам. Одно я знала точно, я умерла в Эдельстауне, это неоспоримый факт. Главный вопрос в том, как после той смерти я могла очнуться в гробу на телеге неизвестно где, если все вокруг меня не сон? Здесь явно не обошлось без божественного вмешательства, в существование которого всего пять дней назад я не верила.
– Один? – с сомнением в голосе еще раз уточнила я, усмехнувшись своим мыслям. Нет, я определенно точно медленно схожу с ума.
– Один, – раздался хриплый и тихий голос от входа в комнату, и я застыла на месте, боясь пошевелиться и посмотреть туда. Солдат обернулся и отдал знак приветствия, который я успела зацепить краем глаза, стараясь не подавать виду, что меня начало трясти сильнее. Найдя в себе силы, я сделала шаг в сторону, пропуская рыжего к выходу, а сама нашла опору в виде ближайшего стула. Опершись о него рукой, я надеялась, что ноги меня не подведут. Опасения оказались верными, на пороге стоял человек с внешностью Велианта Криста, я знала это, но боялась посмотреть в его сторону. Именно в этом виде ко мне должен был явиться Бог смерти, если это все же сон или видение.
– Лорд Крист, я как раз собирался звать вас, – затараторил солдат, но запнулся, когда мужчина поднял руку и молча указал ему на выход. Послушно кивнув, рыжий ушел, предусмотрительно закрыв за собой дверь. От осознания, что я осталась с вероятным Богом смерти в одной комнате, мои глаза принялись судорожно сновать по окнам, в надежде найти открытое, через которое можно выскользнуть, но я вовремя опомнилась. Если я умерла и все вокруг – плод моего воображения, то убежать от воплощения Бога смерти, скрывающегося за внешностью Велианта, не выйдет. А если все происходящее реально и я по какой-то причине жива, а в дверях стоит настоящий лорд Крист, то я жутко хотела обнять его, несмотря ни на что. В любом из вариантов поговорить с человеком, стоящим у двери, придется и только так получится раскрыть правду и все понять, если он сможет дать мне ответы. В момент осознания этой действительности я не удержалась и посмотрела на Велианта.
Застывший в шаге от входа, второй заместитель Ночной Королевы смотрел на меня так, словно я самая большая драгоценность, которая есть в мире, а он искал меня всю свою жизнь и вот, наконец, нашел. Его голубые глаза светились в свете свечей, а огоньки ближайших отражались в них, и я могла наблюдать это с расстояния в пару метров. При виде его взгляда я еще больше начала сомневаться, что это все не на самом деле и, скорее всего, я сейчас валяюсь возле причалов в Эдельстауне в предсмертной агонии, а это последние минуты моей жизни, и фантазия придумывает красочное ее окончание. Ну, не мог этот человек так на меня смотреть. Внезапно Велиант очнулся и направился прямиком ко мне, а выражение лица сменилось на суровую уверенность. Стремительно сделав несколько шагов назад, я вытянула руку, надеясь задержать приближение мужчины, и когда сообразила, что его это не остановит, резко заявила:
– Не смей ко мне прикасаться, божественное отродье, лучше объясни, что здесь происходит, – за свою жизнь я не помнила, когда ругалась подобными словами и ругалась ли, но других подобрать не могла, и они подействовали. Велиант остановился, смотря на меня больше с удивлением и склонив голову набок в своей привычной манере. Бог смерти не станет препираться и выдавать себя за другого, особенно когда я вот так в лицо заявила о своей осведомленности. Возможно, я недостаточно хорошо знала его, но за прошедшие беседы сложилось именно такое впечатление.
 
– У тебя не фиалковые глаза, – неожиданно заявил мужчина, а я только сейчас заметила, что он всматривается именно в мои глаза. Поборов желание осмотреть помещение на предмет нахождения здесь зеркала, я дернула головой, пытаясь разорвать взгляд, ведь сама смотрела на Велианта в ответ.
– А должны быть? – напряженно поинтересовалась я. Все вокруг казалось какой-то глупой шуткой, которую затеяли Боги, но я не понимала своей роли в этом спектакле.
– Должны, ведь ты воскресла из мертвых, – и собеседник выругался самыми отборными ругательствами, которые я когда-либо слышала, что у меня уши чуть в трубочку не свернулись, и в голове встал резонный вопрос, а Боги могут так ругаться?
– Обычно, когда человек воскресает по воле Богов, его глаза становятся фиалковыми, – закончил Велиант тираду ругательств обыкновенной фразой, которая совершенно не подходила ко всем остальным и казалась вырванной из контекста. Прозвучавшее в его голосе спокойствие и обыденность настолько возмутили меня, что пальцы на свободной руке сжались в кулак.
– Обычно? Обычно люди не воскресают. Это там, среди Богов такое, может, и происходит на каждом шагу, но не с людьми. Люди после смерти не воскресают, они не открывают глаза в гробу после того, как перерезали себе горло, это уже какой-то другой мир, – взорвалась я, сильнее вцепившись пальцами в ближайший к себе стул и подавив желание выкинуть его куда-нибудь подальше или что-нибудь сломать. Больше всего хотелось выплеснуть злость и испортить физиономию человека, который стоял в шаге от меня. Ведь я искренне предполагала, что это Бог смерти, и пыталась это доказать. Взгляд голубых глаз стал суровеe, нежели был, а мужчина сделал шаг ко мне, сократив расстояние до полуметра, но замер после очередной попытки моей ладони стать преградой на его пути.
– Как же я ненавижу вас всех, так нагло вторгшихся в мою жизнь и перевернувших ее с ног на голову. Ненавижу Риана за то, что он украл фибулу. Ненавижу Ночную Королеву, что она послала за ним солдат. Ненавижу Бога смерти, что он зачем-то прилип ко мне и угрожает моему брату. Ненавижу тех, кто убил моего отца и второго брата. Ненавижу лорда Криста, – со злостью выплеснула я и запнулась на последнем слове, не в силах произнести причины своей ненависти к нему, ведь, несмотря на все, что он сделал, его я не ненавидела. Стоя на месте, я наблюдала за тем, как дрожит рука, вытянутая в сторону собеседника. Это выглядело слишком заметно, но я устала пытаться скрывать свое эмоциональное состояние, да и зачем? Если это не реальность, то Бог смерти видит меня насквозь, в противном случае, какая разница, меня уже прорвало, и слова текли сами по себе, а на глазах навернулись слезы. Я чувствовала их и не хотела показывать тому, кто стоял в полушаге, и поспешила смахнуть влагу свободной рукой.
– Велианта, – поправил мужчина, но я не сразу поняла это, решив, что собеседник хочет поднять тему названного человека. Переведя на него взгляд, я нахмурилась, а он продолжил. – Для вас, я Велиант, не лорд Крист, – от того, каким тоном были произнесены эти слова, у меня по спине пробежала волна мурашек, пробирая до самых костей и заставляя руку, вцепившуюся в стул, трястись сильнее, и это стало заметнеe. Опустив ладонь, которая играла роль мнимой и слабой преграды на пути ко мне, я всматривалась в глаза человека напротив, и очень хотела верить в то, кто он. Я видела Бога смерти в облике Велианта каждый раз, когда встречалась с ним, но так и не нашла признака, по которому смогла бы отличить его. Сейчас я искренне понимала мать Риана, которая, по его рассказам, начинала сходить с ума, не зная, когда к ней приходит Бог смерти, а когда ее родной сын, ведь первый являлся в облике второго.
В этот момент мужчина сделал шаг вперёд так, что оказался ко мне почти вплотную, а я, погруженная в размышления, как раскрыть Бога смерти и не лишиться рассудка, слишком поздно это заметила и не успела отойти. Собеседник наклонился к моему уху и прошептал, заставляя ещё больше трепетать от его близости и звучания голоса: