Щуки в море (СИ)
Не «фея»! Просто милая девушка. Мягкая. Тёплая. Любимая… Ну вот, опять «любимая»! Он же запрещает себе любить, тем более её!
— Лёшик, я люблю тебя… — чуть печальные зелёные глаза смотрели с неизбывной надеждой.
— О Господи… — прошептал Алексей, с ужасом осознавая, что в этот момент вся Вселенная начинается именно с него. Если он отвергнет влюблённую юную фею, то сломает её мир во второй раз, и этого Творец не простит. И свой собственный мир — тоже. И мир Оли… Оли? Ах да, «Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы.»[1]
— Ты отпустил Олю — отпусти же и самого себя! — тихо произнесла девушка.
«Перестать наконец бояться — и найти», — Алексею вспомнились слова Стража Вихрей.
Получается, однако, что нашли его, а не он сам? Впрочем, теперь — неважно.
— Дашенька… Любимая моя…
Они стояли обнявшись, и их обнимала Вечность.
Два раненых сердца срослись своими ранами.
* * *
— Крис, знакомься! — первыми Страж Вихрей прихватил Белку с мамой. — Ужас, летящий на крыльях Воды! Гроза психиатров и силовиков! Ледяная Дева!
— Так это ты Аркадия Михайловича?.. — Кристина на мгновение застыла, а потом бросилась обнимать девушку с глазами цвета морской волны. — Спасибо! Спасибо тебе, родная наша!
— Ну, не только мне, — улыбнулась Ледяная Дева. — И Артуру тоже, это он подчистил все записи о тебе. И Нате, не забывай! Да, кстати, «ужас-ужас» я только для оффи! Для тебя — Алина.
— Фея Воды, — влезла с подробностями Белка.
— Да вижу, что Воды! — женщина повернулась к дочери. — Белочка, смотри никому не проболтайся, что знакома с Ледяной Девой!
— Мама, я давно знаю, кто она такая, — серьёзно ответила девочка. — Про меня же не болтают, что я фея, и я не буду!
— Феечка ты моя… — Кристина пригладила рыжие волосы Белки. — Артур, что такое сегодня, что нужно собраться всем и при полных регалиях? И я-то не фея.
— Крис, у тебя только что способностей феи нет, а в остальном ты давно наша, разве не поняла ещё? — подмигнул Страж Вихрей. — А собираемся мы потому, что вечер влюблённых!
— Правда? А можно мне тоже влюбиться? — пошутила женщина.
«А ведь женщины шутят всерьёз», — сообразил Артур.
— Можно! — он задорно улыбнулся. — Где-нибудь через час-полтора.
* * *
— Ой, я что — появилась? — Аня от неожиданности точно упала бы, не подхвати её Алина.
— Как видишь, — кивнул Страж Вихрей. — Как у тебя получилось?
— Ну ты же мне позвонил, сказал, чтобы быстрее приезжала. А у Наты с Дашей телефоны не отвечают, вот я и попробовала сама. Кстати, ты бы тоже мог даме предложить! — девушка кокетливо скуксилась.
— Аня! — погрозила пальцем Кристина.
— Всё-всё, поняла! — Аня рассыпалась своей фирменной озорной улыбкой. — А Ната где?
— У гнома, — ухмыльнулась Алина. — И туфли покупает одной не вовремя влюбившейся деве!
— Ой, а откуда вы… — смущённо зарделась девушка. — То есть я…
— Оттуда! Да никакими Стихиалями быть не надо, чтобы видеть, как вы с Ромой вздыхаете друг о друге! Только вы одни и слепые! Роман, а ты что встал? — на кухне как раз появились Виктор с учеником вместо тихо ушедших Артура и Кристины с Белкой. — Я-то ладно, я чудовище, не умею любить, но вы же умеете, так любите! — Ледяная Дева резко вышла, по пути потянув за рукав Виктора.
* * *
Сгрузив в своей комнате пакеты и чуть отдышавшись, Ната собралась было выйти на кухню, но её остановила заглянувшая Алина:
— Осторожно, там Рома с Аней сидят, ну ты понимаешь…
— Объяснились? Здорово! — обрадовалась Лесная Сестра. — Но побеспокоить их всё-таки придётся, Аню же посвящать в полные феи скоро будем. Ну и Лару, конечно. Кстати, где она?
— Занята пока, через полчаса будет. А что, регалии готовы?
— Вот через полчаса и наведаюсь узнать. Анечка! — вполголоса позвала Ната. — Можно войти?
— Конечно, — ответил мужской голос с кухни.
Сцена, открывшаяся взору фей, по меркам двадцать первого века была всё же верхом благопристойности — сбросившая туфли и залезшая с ногами на диванчик Аня, счастливо зажмурившись, обнимала Романа, а тот с совершенно дурацкой улыбкой перебирал её волосы. «Однако стеснительный парень!» — подумала Алина. — «Даже под блузку девушке не залез! Хотя что это я… Вот уж воистину — пришла поручица Ржевская и всё опошлила!»
— Анечка, — Лесная Сестра осторожно тронула ученицу. — Прости, что разлучаю вас, но это ненадолго. Кольцо на тебе?
— Ага-а… — разлепила глаза слегка задремавшая Аня. — А что?
— Ты сегодня станешь полной феей, сестрёнка.
— Правда? — вскочила ученица. — Ура-а! И на Тарлаоне смогу побывать?
— Конечно! — рассмеялась Ната. — Кстати, посвящать тебя будут именно тарлаонки. Ох, Рома, прости, совсем про тебя забыли! Ты-то сам как, уже можешь появляться?
— Да! — торжествующе воскликнул Роман. — Сегодня уже получалось!
— Тогда сходи к себе переоденься. Форма одежды — парадная!
* * *
— Что здесь вообще происходит? — вскинула брови Лариса. — «Домового ли хоронят, ведьму ль замуж выдают?»[2]
— Скорее второе, — хохотнула Алина. — Даже двух ведьм, если на то пошло.
— Не нас с тобой друг за друга, надеюсь?
— Лара, не смешно! «Девичий переполох»-то просто потому, что Аню посвящаем в Лесные Сёстры.
— Ого! Быстро она, молодец!
— Молодец-то молодец, да только можно было с этим не спешить, она же школьница ещё! Но… они с Романом умудрились влюбиться друг в друга, представляешь? Мы-то думали, Аня хоть какие справочники по сельскому хозяйству поизучает для нашего тарлаонского проекта. Она, понятно, ещё не агроном, но все остальные-то ещё дальше от этих вопросов. А теперь — дай Бог, чтобы на школу сил хватало у девочки!
— Ну влюбилась и влюбилась, — Лариса недоуменно пожала плечами. — Посвящать-то так срочно зачем, не поняла?
— Затем, — хмыкнула Ледяная Дева. — Фея полного посвящения имеет полный же иммунитет к гомиозу, а ученица — нет. Да даже сильная влюблённость сама по себе может помешать ученице дорасти до феи, понимаешь?
— Гомиоз? А, поняла! — расхохоталась ученица. — Инвазия личинкой примата Homo sapiens? А если фея всё-таки хочет детей?
— Леренна рассказывала, что бывало и такое — Лесная Сестра слагала с себя регалии, выходила замуж и рожала детей. И никто её за это не осуждал, наоборот, покровительствовали и ей, и её детям. Но быть феей она переставала навсегда.
— Не дай Бог такого! — передёрнулась Лариса. — Это как же надо с ума сойти, чтобы служение Лесной Сестры на материнство променять?
— Лара, не осуждай! — укоризненно посмотрела Алина. — Я тоже не понимаю, но я-то Ледяная Дева, а не Лесная Сестра! Они, как ты заметила, классические женщины и почти матери, только что не биологические. Ты знаешь, как Ната над Дашей склонялась год назад? Как мать над колыбелькой! А про Белку и говорить нечего, у неё теперь две матери, и ещё неизвестно, какая роднее. Так что ничего удивительного, что иногда Лесным Сёстрам начинает хотеться свою колыбельку. Путь Свободы, не забывай!
— Понятно, — девушке стало немного стыдно за свою резкость. — А «вторая ведьма», я так понимаю, Даша? Следовало ожидать, я же видела позавчера, как она на Алексея смотрела.
— Лара! — взвилась Ледяная Дева. — Видела — и не сказала?
— А что бы это изменило? — Лариса опять пожала плечами.
— Действительно, что это я? Извини. Но как бы то ни было, ей тоже будет не до Тарлаона.
— Ну да, отношеньки, конечно, приятнее, — процедила ученица.
— Лара! Не смей! — Алина гневно сверкнула глазами. — Вот про них — не смей так говорить! «Отношеньки» ещё могут быть у Ромы с Аней, а у Алексея с Дашей — такая бездна человеческой трагедии, которая тебе и не снилась! И мост через эту бездну может навести только очень большая любовь, а не «отношеньки»!