Щуки в море (СИ)
— Доброе утро! — он постарался улыбнуться как можно добродушнее. — Будьте любовны, две кружки «Арсенального». Есть?
— Есть, — разливальщица, не переставая всхлипывать, взялась за кран.
— Пиво «Слёзы красавицы»! — не удержался Артур.
— Артюха! — Виктор показал кулак, заметив, что девушка уже готова запустить в голову шутнику пивной кружкой. — Вы уж простите, Артур пошутить любит, только с похмела неудачно шутит, — продолжая убалтывать разливальщицу, он как бы нечаянно положил на стойку вместе с деньгами рисунок медальона.
Девушка пошатнулась и чуть не выронила кружку, в которую наливала пиво:
— Сколько? — она смотрела на рисунок совершенно круглыми глазами.
— Что — сколько?
— Это у вас, так ведь? Что угодно, только отдайте, вещь не моя! — с непередаваемой мольбой во взгляде лепетала разливальщица.
— Вы Наташа Стрелкова, правильно? — с облегчением выдохнул Виктор. — Это вас вчера ограбили?
— Ната, — поправила девушка. — Да-а, — она опять всхлипнула.
— Тогда это тоже ваше, — Артур положил рядом с рисунком серьги.
— Ой, мои, спасибо! Вы что, просто так отдаёте?
— Да, вот такие мы Робин Гуды! — улыбнулся Виктор. — И медальон просто так отдадим, только он у нас не с собой.
— Ну вот, а я уже обрадовалась… — Ната вновь расплакалась, тем не менее пытаясь при этом трясущимися руками надеть серьги. С третьей попытки у неё это получилось, и она, посмотревшись в зеркальце, чуть успокоилась:
— С четырёх лет не снимала, уже как голая без них. А вчера… — девушка горько махнула рукой. — Медальон-то где?
— У нас дома, тут недалеко, — ответил Артур. — Мы квартиру вместе снимаем. Зайдёте забрать вечером?
— Я боюсь, ну вы понимаете…
— Понимаю, конечно, — кивнул Виктор. — Могу предложить себя в заложники.
— Это как?
— А откуда, думаешь, у меня твои украшения? — переход на «ты» произошёл как-то сам собой. — Труп грабителя лежит в подвале…
— Всё понятно, — перебила Ната. — И даже паспорт дашь полистать? — она неожиданно стала смотреть куда-то вбок, сделав страшные глаза и незаметно, как ей казалось, показывая на столики. За один из этих столиков и рухнула ещё одна утренняя посетительница — синеглазая девушка в запачканном джинсовом комбинезоне.
* * *
— Знакомая? Поговорить надо? — Артур, перехватив взгляд разливальщицы, через несколько секунд разрядил неловкую паузу.
— Да, — тряхнула головой Ната. — Сядьте пока подальше, пива вот попейте, — она выставила на стойку две полные кружки и подсела к девушке в комбинезоне.
Девушки говорили вполголоса не больше двух-трёх минут, при этом на лице Наты проступало выражение то ужаса, то изумления, то какого-то нервного деланного спокойствия. Наконец она решительно поднялась и подошла к столику, за которым сидели Виктор с Артуром:
— Нам придётся довериться вам. Если вы такие Робин Гуды и живёте недалеко, срочно уведите к себе Алину! Не надо ей здесь отсвечивать в таком виде.
— «Итак, она звалась Алиной», — Артур деловито кивнул и отставил недопитое пиво. — Что конкретно ей нужно?
— Она скажет. А я зайду после работы, часов в пять. Адрес какой?
— Да я пока останусь, ещё кружку выпью, — Виктор проводил взглядом выходящих Артура с синеглазой девушкой и улыбнулся разливальщице. Какая она всё-таки красивая, эта Ната!
* * *
— Далеко? — отрывисто спросила девушка. Было заметно, что она не просто не выспалась, а очень сильно устала — каждый шаг давался ей с трудом.
— Минут пять-семь. В магазин надо заходить? — Артур замедлил шаг, подстраиваясь под походку новой знакомой.
— Только не в магазин! Поспать и спрятать пакет, — Алина, крепко сжав пальцы, несла непрозрачный полиэтиленовый пакет с ручками. — И по возможности помыться и постираться. Ещё ноги размять надо, но ты, наверное, не умеешь.
— Ну да, не умею, я не массажист. А постирать — не проблема, у нас автомат.
— И переодеться есть во что? Тогда совсем хорошо, — девушка через силу улыбнулась. — Слушай, ты куришь? Дай сигарету.
— Курю, но от тебя же бензином пахнет! Сгоришь ещё.
— Блин! Принюхалась уже. Тогда да, сначала упаковку в машину и содержимое под душ. Что, всё, пришли?
— Ага, я же говорил — тут близко.
— Ванну бы… — мечтательно произнесла Алина, войдя в квартиру. — Но я в ней засну и утону, так что только душ, как в общаге. Куда пакет лучше спрятать?
— На самое видное место, — усмехнулся Артур. — Поставь на кухне, вот здесь, как будто он для мусора. Что там, кстати?
— Не лазай, тебе же лучше будет! Посплю и Нату дождусь, тогда сама покажу. Дури и фальшивых баксов там нет, не беспокойся.
— Хорошо, не буду любопытствовать. Держи, — он дал девушке чистые джинсы и рубашку, и та, облегчённо вздохнув, скрылась в ванной.
* * *
«Полотенце на голове — это как вторичный половой признак», — улыбнулся про себя Артур, украдкой разглядывая курившую за столом на кухне девушку. — «Мужчина, даже если у него волосы ниже плеч, никогда не замотает их после мытья полотенцем, а женщина — всегда. Взять хотя бы Алину эту — и причёска короткая, и никаких украшений, даже уши не проколоты, и сама мужиковатая такая, держится почти по-мужски, а мокрые волосы всё равно замотала. Инстинкт-с».
— Насколько я понял, ты в общаге живёшь, — он налил себе полстакана портвейна, поскольку нормально выпить пива так и не успел. — Студентка?
— Химфак универа, пятый курс, только госэкзамен остался, — помывшись, девушка стала гораздо приветливее и разговаривала уже без неохоты. — Мне тоже налей. Много не надо, полстакана — и спать!
— А всё равно Ломоносов к нам больше повёрнут! — засмеялся Артур, подмигнув Алине и разглядев наконец, что глаза у неё не совсем синие — скорее цвета морской волны.
— Да ладно, главное, к мехмату по-любому спиной стоит[1]! — подхватила девушка. — Ты с физфака, что ли? Всё равно наш человек, университетский! Ну, за alma mater! — она подняла стакан. — Ох… Есть зелёнка или что-нибудь в этом роде?
— Зачем?
— Точки на ногах нарисую, где нажимать надо.
— Маркер только есть.
— А, сойдёт! — Алина тяжело поднялась и, пройдя в комнату, плюхнулась на диван. — Давай маркер… Теперь понажимай мне снизу вверх несколько раз, — она уткнулась лицом в подушку и стала засыпать, и Артуру оставалось только помассировать девушке ноги и накрыть её пледом.
* * *
Алину разбудила песня. Пела Ната, и девушка слегка успокоилась — её лучшая подруга тоже здесь! Хм, а «здесь» — это где? Она же была настолько вымотанной, что даже не посмотрела на доме табличку с адресом. Третий этаж какой-то пятиэтажки — и всё.
А подруга тем временем продолжала петь:
…Мсти врагу беспощадно и смело!
Мать-Отчизна, мы слышим твой зов!
В бой выходят за правое дело
Партизаны орловских лесов! [2]
— Наталь, ты что, орловская? — грубоватый мужской голос. Нет, это не физик, с которым она пришла сюда, а второй, пивший с ним пиво.
— Да, только из области, — это Ната. — Село, но крупное.
— Фигасе, почти землячка! Я курский, а Артур из Тулы, так что мы с тобой по соседству. А Алина случайно не из Белгорода?
— Было бы слишком хорошо! — звонкий смех Наты. — Она из Саранска.
«Значит, физика зовут Артур», — сообразила Алина. — «А он-то здесь? Как бы не выкинули мой пакет без него! Нет, надо вставать».
Ноги всё ещё болели и сильно гудели, и потребовалось сначала с полминуты походить по комнате, прежде чем выходить. Попутно она обнаружила стоявшую у окна сушилку со своей выстиранной одеждой — чёрт, сильно влажная! «Ладно, похоже, здесь свои люди, можно будет и заночевать».
Ната обнаружилась на кухне — в компании Артура и брюнета слегка брутального вида, которого Алина мельком видела утром в пивной. Все трое пили пиво, наливая себе из пятилитровой пластиковой баклажки. Мужчины при этом курили, стараясь всё же поменьше дымить в сторону некурящей подруги.