Звезды для моей герцогини (СИ)

Мои дни проходят странно. Я даже немного скучаю по службе фрейлиной, потому что время в окружении остальных девушек пролетало куда быстрее. Я чувствовала, что нахожусь в центре событий, в клубке эмоций и переживаний.
Вот Анна Парр в сотый раз жалуется, что ни один мужчина не посмотрит на нее из-за ее веснушек. «Моей сестрице повезло, она красивая, а на мне мои родители устали».
Вот Мадж и Шелти шипят друг на друга, пытаясь выяснить, кто у кого стащил рукава. А вот Бесс Холланд, любовница моего отца, улыбается мне так, словно я несчастная сиротка, и она хочет взять меня на попечение. Хотя она больше годится мне в сестры, чем в матери.
Теперь всё это где-то там, далеко от меня. Я всё ещё служу королеве, но теперь у меня иные задачи. Пока что я предоставлена сама себе и могу вдоволь насладиться Уайтхоллом.
Этот дворец прекрасен, и, когда я иду по нему, мне кажется, что я в Камелоте. Некоторые по старой памяти зовут его Йорк-плейсом, но мне нравится новое название — оно больше подходит этому месту. Стены из белого камня, огромные пространства, в которых можно затеряться. Окна с видом Темзу. Здесь много света. Когда выходит солнце, лучи в галереях стоят столпами, как мраморные колонны.
Я пристраиваюсь у окна в самой тихой части дворца, чтобы почитать. У меня был выбор — взять томик Чосера или своё незаконченное шитье, и я выбрала Чосера, хотя, наверное, скоро смогу цитировать его наизусть. Но шить я никогда не любила. Ещё в Кеннингхолле я делала всё, чтобы избежать этого занятия, и как-то раз даже убежала от старой Нэн, которая пыталась научить меня аккуратным стежкам. Мне потом сильно влетело от матери, и было бы еще хуже, если бы за меня не вступился Гарри.
— Ну, и каково это?
Я вздрагиваю от неожиданности. Я надеялась провести несколько часов в одиночестве, и абсолютно не ждала, что кто-то будет останавливаться, чтобы заговорить со мной.
Это Мадж, сестра Шелти. Погруженная в свои мысли, я даже не слышала ее шагов.
— О чем ты? — спрашиваю я.
Она возвышается надо мной. Стоит напротив света так, что мне приходится щуриться, чтобы взглянуть на нее.
— Ты знаешь, о чем. Каково это — занимать не свое место?
Я устало вздыхаю. Мадж всё ещё не может пережить, что в жены Фицрою выбрали не ее. Мы никогда не были подругами, но после объявления о нашей с Генри помолвке она будто с цепи сорвалась. Даже Шелти признавалась, что не ожидала от сестры такой откровенной зависти.
— Мадж, давай не будем. Всё решили за нас. Я слышала, ты уже принимаешь ухаживания от Генри Норриса.
— Я стала бы гораздо лучшей герцогиней, чем ты, — на этих словах она гордо вздернула подбородок. — Думаешь, никто не видит, как ты расхаживаешь с видом затравленной лани? Тень самой себя, позоришь своего отца и короля…
— Мадж, давай не…
— О нет, послушай, — шипит она. — Мои родители только и делают, что угождают Анне, выполняют ее отвратительные поручения, но, когда речь зашла о благодарности, из каких-то подземелий она вытащила тебя и…
— Довольно!
Я прокричала это громко неожиданно для самой себя. И вскочила с места так резко, что с колен свалилась книга. Стихи Чосера упали прямо к ногам Мадж, и ее лицо исказилось гримасой презрения, но даже так оно осталось удивительно красивым. Я не могу отрицать очевидное — Мадж, с ее ямочками на щеках и подбородке, гораздо красивее меня.
— Ты жалкая, Мэри, — усмехается Мадж. — Герцогиня, у которой всё валится из рук — тебе самой не смешно? Будь аккуратнее, когда будешь укачивать королевских внуков, а то ты и их уронишь.
Она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но ее прервал властный женский голос.
— Леди Шелтон, королева больше не нуждается в ваших услугах?
Теперь вздрогнули мы обе. И одновременно повернулись к источнику звука. Это Мэгет. Маргарет Дуглас. Уж не знаю, как много она слышала, но слова Мадж ей явно пришлись не по вкусу.
— Я… — напор Мадж вмиг куда-то пропал. — Я как раз шла по поручению Ее Величества.
Она опомнилась и сделала реверанс, но Маргарет это не впечатлило.
 
— Тогда почему вы еще здесь?
— Я… Мы с герцогиней…
— Кажется, леди Ричмонд неприятно ваше общество. Освободите ее от него как можно скорее и вернитесь к своим обязанностям.
— Да, миледи, — Мадж снова приседает и стремительно уносится прочь.
Уверена, что при первой же возможности она продолжит меня донимать.
Я с интересом и восхищением смотрю на Маргарет. Еще один человек, которому не нужно притворяться. Ее мать — королева, ее дядя — король. Она сама принцесса во всем, кроме титула.
— Благодарю, леди Дуглас, — тихо говорю я и стараюсь улыбнуться как можно дружелюбнее.
Маргарет не спешит отвечать. Он смотрит вслед уходящей Мадж, пока та окончательно не скрывается за поворотом, и только потом поворачивается ко мне.
— Вам следует быть жестче, Ваша Светлость.
— Прошу, просто Мэри.
— Вовсе не просто, Мэри, — ее серый взгляд впивается в меня. — Об этом я и говорю. Пока вы не поставите себя должным образом, любая завистливая фрейлина сможет помыкать вами, словно прислугой.
Она права. Мне и правда не хватает твердости в характере, но я не представляю, откуда ей взяться. Меня готовили не к этому. Изначально отец хотел выдать меня за пухлого графского сына, и я должна была заведовать его хозяйством вдали от двора.
— Вы преподали мне урок стойкости, — отвечаю я Маргарет. — Надеюсь, смогу учиться у вас и впредь.
Она осторожно улыбается, и улыбка ее смягчает. На мгновение она вдруг стала очень похожа на Генри, невольно напомнив мне, что они кузены. Могу ли я назвать ее кузиной? Наверное, лучше с такими заявлениями повременить.
— На самом деле, леди Ричмонд, я искала вас, — говорит Маргарет.
Сказать, что я удивлена — не сказать ничего. Я была уверена, что после «заминки» в зале королевы Маргарет скорее предпочтет умереть от одиночества, чем провести хоть минуту со мной, не то что намерено искать меня.
— Чем я могу быть вам полезна? — спрашиваю я, стараясь скрыть свое радостное волнение.
Маргарет пристально смотрит мне в глаза.
— Ваш дядя.
— Мой дядя?
— Да, ваш дядя.
— А который из… — начинаю я и осекаюсь.
Кажется, я догадываюсь, кого она имеет в виду. Маргарет понимает, что я понимаю.
— Мне нужно, чтобы вы рассказали мне всё, что вам известно о вашем дяде.
Я пока не сильна в придворных интригах и не понимаю, стоит ли мне идти у нее на поводу. Но ее взгляд, весь ее образ говорит о том, что она не просто просит — она почти приказывает. И я понимаю, что мне не хочется терять ее расположение.
— Я с радостью помогу вам, леди Дуглас, — говорю я.
— Можно просто Маргарет, — улыбается она.
Надеюсь, я об этом не пожалею.
*
— Итак, ты теперь дружишь с королевской племянницей?
Шелти идет впереди и не смотрит на меня. Королева заболела — новая беременность плохо на ней сказывается, — и мы идем в ее покои, чтобы ее развлечь. Мы поднимаемся по винтовой лестнице, и я упираюсь лицом прямо в бежевые юбки подруги. Кажется, по протоколу так быть не должно, но я уже устала перебирать в голове все эти правила.
— Маргарет недавно вернулась ко двору, — говорю я. — Мы просто обсудили последние события.
— О, уже Маргарет? А ты не промах. Скоро начнешь называть ее Мэгет, как король.
Шелти раздражена, и меня это неприятно удивляет.
— И с каких пор ты стала экспертом по придворным сплетням? — продолжает она.
Я пока не собираюсь говорить Шелти об истинной причине интереса Маргарет ко мне, но ее пренебрежительный тон мне не нравится. Как будто я настолько скучная, что не могу быть никому интересна просто сама по себе.
— Шелт, мне хватило выходки твоей сестры, давай хотя бы мы не будем ругаться. Да и что тебя не устраивает? Мне нравится Маргарет.
— А мне нет. Слишком высокомерная. Холодная. Думает, что она лучше других.
В этом есть доля правды.
Мы поднимаемся и подходим к двери. Прежде, чем ее открыть, Шелти резко поворачивается ко мне.