Тридцать три поцелуя на десерт (СИ)

Я замолчал и улыбнулся. И, конечно же, Мадди немедленно клюнула на мою наживку.
– Кроме того что?
Я прикусил нижнюю губу, рассматривая девушку внимательным долгим взглядом, а когда в её глазах жарким стыдом вспыхнуло понимание, закончил предложение:
– Лично меня ждёт весьма желанная награда.
Мадди испуганно глянула вперёд, проверяя, не слышит ли нас Мок, а потом вдруг приблизила своё лицо к моему. Я почувствовал её дыхание на своих губах, и как сильно заколотилось под слоями одежды девичье сердце, и как моё с готовностью подхватило предложенный ритм…
И тут впереди раздался скрип, а вслед за ним лошадиное ржание и, недовольный голос Джери:
– Ну, слава Предкам! Я уж боялся, что мы разминулись. Где вы пропали, демоны вас задери?
Я выругался шёпотом под негромкое хихиканье Мадди.
– Ещё не вечер, – пригрозил я ей, хорошенько прижав к себе, и громко выкрикнул:
– Девушка туфельку потеряла. Не могли найти.
Джери пробормотал какое-то ругательство, неуловимо похожее на слово «подкаблучник». Но я решил, что чуть позже затолкаю ему его назад в глотку. Без свидетелей. Точнее, без свидетельницы. И поинтересовался уже у последней:
– У тебя наверху есть сухие вещи, или надо в повозке искать?
– Есть.
– Тогда молнией переодеваться! Не хватало ещё, чтобы ты заболела.
– А ты? – очаровательно встревожилась Мадди, и я окончательно размяк.
– А я поднимусь к тебе попозже…
За что меня немедленно дёрнули за волосы на затылке.
– Ой!
– Я не об этом! – пропыхтела она. – Ты ведь тоже. Ну, простудишься...
– За меня не переживай, – по-идиотски улыбаясь, велел я. – Готова к полёту?
И когда в миниатюрной каморке в самом верху телеги загорелся крошечный огонёк, я подал Джери знак, чтобы он спустился.
– Да на кой? – выругался приятель. – Сами скорее забирайтесь, чего время зря терять?
С обеих сторон от повозки за удила были привязаны лошади, – ездовые, не тяжеловозы, – но самих всадников видно не было.
– Где все? – спросил я, снова глянув наверх. Если они мне там Лисичку напугают, я…
Но тут за спиной у Джери что-то шевельнулось, и я увидел бледное пятно чьего-то лица. Кажется, это был Давид, один из помощников Бруно.
– Чего шумите?
– Мелкий с барышней и щенком вернулся, а теперь права качает, – ответил возница, немного оборачиваясь назад. – И задвинь эту демонову шторку, не пускай холод внутрь. Брэд, Бержан, давайте скорее. Шевелите своими попками, девочки, а то мы до утра из этого болота не выберемся.
– Джери, – рявкнул я. – Не до шуток!
Он удивлённо вскинул бровь, но спорить не стал, сразу спрыгнув на землю. Я тем временем принялся отвязывать его лошадь от повозки. Предки, надеюсь, что я не глуплю и не совершаю ошибку!
– Брэд?
– Мне надо, чтобы ты доставил в замок важную посылку, – произнёс я. – Как можно скорее, но при этом она должна оставаться в здравом уме и трезвой памяти.
Услышав мои слова, Бержан шарахнулся в сторону, но я ведь с Джери не на балу познакомился, и не на обеде в родительском доме, а на Пределе. Там люди быстро учились понимать друг друга даже не с полуслова – с намёка на мысль. Поэтому и сейчас старый приятель не стал задавать лишних вопросов, а просто сделал подсечку, и когда Бержан Мок плюхнулся мордой в грязь, уселся ему на спину и принялся деловито копошиться в карманах.
– Где-то здесь у меня был подходящий шнурок… точно был… Мелкий, не хочешь объясниться?
– А что тут объяснять? – Я отвязал вторую лошадь, и мы в четыре руки закинули мычащего и брыкающегося Мока поперёк седла. – Просто ты к своим обязанностям приступишь немного раньше, чем планировалось. Лошадь у тебя хорошая. Дорогу знаешь? К обеду завтрашнего дня доберёшься? Я вперёд воробья пошлю, чтобы вас встретили.
– М-мэ! – проорал Бержан Мок, и я снял с мальчишки заклятие Костяного языка. Не то чтобы меня очень интересовали его оправдания, но кое-что хотелось бы узнать прямо сейчас.
– Мэтр! Прошу вас! Это какая-то ошибка! Что происходит? Что происходит, демоны вас задери? – тут же залопотал он, пытаясь отбиться ногами от Джери, который в этот момент вязал паршивцу ноги.
 
– А происходит то, милый друг, – ответил я, – что даже последний идиот за неделю не наделал бы столько ошибок, сколько ты за полдня.
– Да каких ошибок? Вы из-за того, что я чуть не проболтался этому деду? Да он всё равно ничего не понял, а…
– «Зонтик» на кладбище ты сжёг? – перебил я.
Джери вскинул на меня вопросительный взгляд, а Мок осёкся.
– Что? Думал, я не увижу следов магии? Ну, слушай… Это уже не смешно. Я, конечно, не следователь из МК, но уж такую-то ерунду даже я способен рассмотреть. Ты, милый друг, в следующий раз магический огонь не обычным пламенем прикрывай, а водой. Так следов меньше останется. Хотя какой следующий раз? О чём это я? На медных рудниках узники ведь в блокирующих магию оковах. Я прав, Джери?
Следов на кладбище было столько, что их и слепой заметил бы. Непонятно, на что Мок вообще рассчитывал? Что я не пойду его проверять? Что поверю на слово? Ох, если бы не Лисичка, я бы его ещё там к ногтю прижал, но, во-первых, не хотелось пугать девчонку. А во-вторых, если Мок работает не один, если второй рядом – поджёг же кто-то дом в Крайнем! – Мадди могла бы пострадать.
– Мэтр, вы всё не так поняли!
– Да я ещё толком и не пытался понять, – отмахнулся я. – Пара мыслишек наклюнулась только. Но в одном я уверен: работал ты не в одиночку. С подельниками как связываешься? Через воробья? Через зеркало?.. Хотя переносное зеркало – артефакт дорогой, откуда бы ты его взял? Кольцо хитреца? Ну?
Кольцо хитреца – это любимый артефакт студентов-двоечников. Одно надевает на себя тот, кто идёт сдавать экзамен, второе – у его товарища с учебниками и ответами. Связь между обоими прямая, и отследить злоумышленника было бы проще, чем конфетку у ребёнка отобрать.
А так придётся повозиться.
– Ты вот все эти глупости сегодняшние по собственной инициативе творил, – поинтересовался я, заранее зная, что отвечать мне уже никто не станет, – или надоумил кто? Зуб даю, что по собственной – умишком тебя Предки обделили, это давно установленный факт.
Он глянул с ненавистью и оскалил зубы в злой усмешке.
– Умишком, говоришь? – Сплюнул. – Ну-ну. Посмотрим ещё, кто будет смеяться последним.
– Посмотрим. – Я перевёл взгляд на Джери. – Ты его, главное, не прибей по дороге, дружище. И сильно не калечь, чтобы потом в МК не придрались, что мы из него признание пытками выбили.
– Поучи, поучи меня, как правильно пытать, – проворчал приятель, вскакивая на свою лошадь. – В замке на словах что передать?
– Всё, что нужно, я передам с воробьём.
Мы распрощались, и Джери уехал, а я забрался на козлы и откинул на сторону шторку, за которой от непогоды прятались наши спутники.
– Бруно, не спишь?
Приятель выругался в темноте, и минуту спустя в просвете показалась его лохматая голова.
– Как ты хочешь, чтобы я ответил на твой вопрос? А если сплю?
– Тогда ты отлично разговариваешь во сне, – ухмыльнулся я. – Тащи сюда свой зад. Помощь нужна.
– Тебе? – изумился он, выбираясь наружу. – От меня? А Джери где? И этот твой… юнга.
– Юнга приболел, – скривился я. – А Джери его срочно к лекарю повёз. У меня в замке отличные лекари есть, знаешь ли, мёртвому язык развяжут.
– Вон оно как… – Бруно задумчиво почесал бровь. – А диагноз кто ставил?
– Я. Но сейчас не об этом. Мне нужно пару писем написать и один вопрос с моей Лисичкой утрясти…
– С твоей Лисичкой?
Вопрос я проигнорировал. Всучил Бруно вожжи, а сам бросил Инеем по дороге вперёд.
 
– Ты же заклятие умеешь держать? Помню, на Пределе у тебя с этим не было проблем.
– Не было.
То, что люди немагического сословия при определённых условиях тоже могут обращаться к дару, которым нас наградили Предки, стало известно относительно недавно, лет двадцать назад. И батюшка тогда с уверенностью заявил, что война закончится буквально со дня на день. Впрочем, матушка рассказывала, что об этом от отца она слышала ещё в день их знакомства.