Чтец эмоций. Трилогия (СИ)

«Как бы еще уговорить, чтобы она меня завтра не искала. Дай ей волю - всех поднимет на ноги, начнут школу тормошить, потом замучаешься объясняться. Тяжело с ней приходится!»
Парень шел по центральной аллее школы. Слева и справа дорогу ровным пламенем освещали фонари.
Дневная жара понемногу сдавала свои позиции. Нил посмотрел вверх.
Небо сплошь заволокло плотными тучами, вдали полыхнула зарница, но раскат грома так и не нарушил тишины позднего вечера. Дождь пока только готовился с силой обрушиться на иссушенную жарой землю.
Молодой человек двигался к жилому корпусу, обдумывая дела на предстоящую ночь и грядущий день. Уже завтра он сможет на шаг приблизиться к цели, которую определил для себя в еще восьмилетнем возрасте, стоя возле кровати умирающей матери. Прошло много лет, но тот трагический день частенько всплывал в его памяти, нещадно терзая душу.
- Помогите! – сдавленный женский крик отвлек школьника от размышлений.
- Какого падшего! – парень, не раздумывая, побежал к учебному корпусу. – Куда она опять вляпалась?
Из-за угла показались четыре темные фигуры, среди них одна женская. Однако и девушка оказалась другой, и помощь ей абсолютно не требовалась.
- Что тут..? – начал было спаситель, но услышал подозрительный шорох сзади.
Уйти из-под удара он не успел. Уклонившись в сторону, молодой человек спас голову от встречи с дубиной, однако плечу досталось: после обжигающей боли потемнело в глазах, левая рука онемела.
Его, как ребенка,заманили в самую примитивную ловушку! Другого выбора, кроме как драться при абсолютно проигрышном для него раскладе, не оставалось.
Парень, разворачиваясь, отпрянул в сторону. Он мог только предполагать, где сейчас находится напавший сзади, и нанес ему удар ногой на уровне паха. Раздался сдавленный вскрик и следом - стук о камни выпавшей из рук дубинки. Не видя врага, молодой человек резко выбросил кулак, ориентируясь толькона его сопение.
«Хвала вознесшемуся, попал! – отметил про себя оказавшийся в засаде. – Этот уже не боец».
Однако «не боец» все-таки сделал свое черное дело, практически лишив пострадавшего магического арсенала. Для большинства заклинаний требовались две руки, зрение и голос. Парень успел вспомнить лишь одно из недавно выученных, позволявшее усилить слух, для создания которого хватало и одной правой плюс негромкое шипение.
Расслышав приближающиеся сбоку шаги, он снова развернулся и попробовал протереть глаза…
Зрение все не восстанавливалось, левая рука висела плетью. А трое бандитов, если не считать женщины, оставались на ногах. Однако и сам угодивший в ловушку пока еще дышал, мог двигаться и сдаваться не собирался.
- Ну что, ночные шакалы, кто следующий?! Или вы только со спины нападать сильны?!
Ему не ответили, опасаясь быть узнанными по голосам. Ослепленный четко услышал, как враги начали заходить сразу с трех сторон.
Пройдя черезсотни драк, он давно приучил себя терпеть боль. Потом, после стычки, можно растереть ушибленное место, поохать, подуть на рану - вдруг полегчает, а сейчас требовалось выстоять, не упасть, не подставиться под удар, чтобы это «потом» вообще наступило. Пришедшие с дубиной вчетвером на одного вряд ли удовольствуютсясиняками и ссадинами на его теле.
Парень прыгнул на подходившего слева, резко присел, пропуская над головой выпад противника, и мощным хуком припечатал его подбородок.
«Как же не хватает левой руки! Да и глаз…»
Оборонявшийся припомнил еще несколько заклинаний, которые бы мог создать в нынешнем состоянии, но для этого требовалось время и отсутствие помех со стороны. Он просто не успевал задействовать магию. Все ресурсы были направлены на обнаружение противников и уклонение от атак. А враг явно не брезговал магическим воздействием - зрение возвращаться не спешило.
Парень старался не останавливаться ни на мгновение, нападал и отскакивал, выжидая, когда сможет увидеть врага или выскользнуть из ловушки. Он зацепил еще одного нападавшего, однако и сам пропустил мощный удар, отбросивший его к стене.
 
- Сколько можно возиться? Заканчивайте с ним быстрее, - раздался женский голос.
Приглушенный выстрел обжег бедро и разом подкосил ослепленного бойца.
«Как они пронесли сюда огнестрел?! - проскочила мысль. – Хотя это уже не в первый раз…».
Двое с остервенением принялись пинать поверженного ногами.
- Хватит!
Избиение продолжалось с прежней силой, и окрик повторился.
- Я сказала - «хватит», не то сама вас тут положу. Глянь, он дышит? - через пару минут, как сквозь туман, услышал избитый растянутые слова.
Кто-то беспечно наклонился к лежащему, считая его побежденным. Сам молодой человек имел на этот счет иное мнение. Рука парня словно пружина стремительно распрямилась, и неосторожный противник отпрянул с расквашенным носом.
- Я его убью! – закричал тот, и принялся бить ногами прямо по лицу.
- Остынь сам, Роуг, иначе я остужу, - женщина приставила к затылку подельника ствол.
- Уже остыл, - мгновенно среагировал тот.
Теперь она сама наклонилась над поверженным, достала из кармана плаща небольшую колбочку и влила содержимое ему в рот.
- Хороший был боец, но больно глупый, - сказала она, поднявшись. Затем повернулась к своим.- Берите этих недоучек и уходим.
Избитый молодой человек, несмотря на многочисленные переломы и изувеченное лицо, оставался в сознании. Правда, оно вот-вот готово было покинуть несчастного…
- Мама, - прошептал парень, – у меня не получилось...
…Он снова был восьмилетним мальчиком. Стоя с заплаканными глазами возле изголовья кровати, на которой лежала красивая молодая женщина, дергал ее за руку, пытаясь заставить подняться. Он не понимал, почему та не может играть с ним, как раньше. А она смотрела на ребенка, словно силясь запомнить каждую его ресничку.
- Сынок, мама нас покидает, - сдавленным голосомостановил его отец.
- Почему? - спросил мальчик.
- Видимо, я была рождена не для этого мира, - с трудом ответила женщина, – вот он меня и изгоняет.
- Это плохой мир, пусть он уходит. Я его ненавижу!...
Молодой человек навсегда запомнил прощание с матерью. И сейчас, впадая в полузабытье, он отчетливо увидел самый тяжелый момент своей жизни.
- Мама, наверное, я тоже рожден не для этого мира. Мне так хотелось его переделать в память о тебе, но у меня ничего не получилось, - прошептал раненый.
Очередная небесная вспышка озарила здание и лежавшего возле стены паренька. Разряд молнии, наконец, сопроводил раскат грома, и почти сразу хлынул проливной дождь.
Когда стемнело, Дина вышла из комнаты, чтобы дождаться Нила возле подъезда. Она нетерпеливо ходила взад-вперед, напряженно вглядываясь в темноту:
«Сколько можно учиться!? Дня ему мало! Совсем обо мне не думает, да и себя не бережет! Договаривались же! Так, вроде идет кто-то, - она услышала приближающиеся шаги и решила спрятаться. – Сейчас напугаю, как следует, может тогда он… Нет, это не Нил».
Дина различила женскую фигуру, в которой узнала Сингу.
«Где эта стерва шлялась? Почему одна, и где до сих пор носит Нила? – Терзаемая ревностью, нахмурилась девушка. – Неужели он был все это время с ней?»
Дина застыла в своем укрытии, обуреваемая противоречивыми мыслями. И только когда с неба полил дождь, «ветреная» ученица сорвалась с места. Она, не выбирая дороги, решительным шагом направилась ко второму корпусу.
«Если его нет в лаборатории, не знаю, что сделаю!»
Громкие голоса заставили опомниться. Она заметила впереди двух парней, резко свернула к ближайшему дереву и притаилась за ним.
 
- Я пойду и добью этого гада! – не мог успокоиться пятикурсник с разбитым носом. Он даже свернул с аллеи. – Эта сволочь не должна жить.
Второй его быстро догнал и остановил.
- Роуг, не стоит об него руки пачкать, сам сдохнет за ночь. Или ты хочешь потом за убийство отвечать?