Чтец эмоций. Трилогия (СИ)

Портовая часть и фабрика по добыче камня, кожевенные цеха и артели по переработке древесины, прачечная и рыбзавод – все это располагалось на окраинах, давая работу самым бедным. Не у всех из них имелись документы городского жителя, но они и не требовались тем, кто не собирался наведываться в районы срединного кольца.
На окраинах не было ни храмов, ни театров. Из всех развлечений – сходить в кабак, посмотреть, как кому-нибудь набьют морду, наведаться в дешевый бордель или подергать удачу за усы, играя в кости.
Впрочем, иногда и в эти забытые Вознесшимся края заезжали бродячие циркачи, устраивая на площадях немудреные представления, которые народ охотно посещал. А чтобы артистов не ограбили и не убили, перед въездом в город требовалось заручиться поддержкой влиятельных людей, иначе первое же представление могло стать последним.
Рано утром восемь груженых телег подъехали к восточной окраине Лардеграда. По зычной команде старшего повозки развернулись и стали кругом. Возничие распрягли и стреножили лошадей, оставив их щипать траву внутри лагеря, где споро закипела работа. Не прошло и десяти минут, как запылал костер, два дюжих мужика повесили над ним чан с водой, пара женщин, установив рядом лавку, принялись резать овощи для похлебки.
По приказу вожака балагана все незанятые в приготовлении пищи приступили к репетициям. Усилиями жонглеров в воздухе закружили хороводы из острых кинжалов и пылающих факелов. Акробаты начали натягивать канат, огнедышащий здоровяк то и дело плевался пламенем, а миниатюрная танцовщица устанавливала невысокие столбики, на которых собиралась показывать свое мастерство с закрытыми глазами.
Для успешных выступлений и больших сборов гастролерам требовалось учитывать чаяния публики, а той подавай что погорячее. Зритель неохотно расставался с кровно заработанными, а потомушел на представление, только если каждый номер был сопряжен с риском для жизни артиста или казался таковым. Поэтому канат во время действия простирался над утыканной острыми кольями площадкой, между столбиками танцовщицы ползали ядовитые скорпионы, а упавший на землю из рук жонглера факел воспламенял огромный поддон с горючей жидкостью.
Однако среди циркачей оказались и те, кто, казалось бы, ничем не занимался во время напряженного труда остальных. Они выделялись полностью скрывавшей тело одеждой, и даже лиц было невозможно рассмотреть из-за глубокого капюшона. Движения и фигуры выдавали в них женщин. Каждая прохаживалась в четко определенном секторе и наблюдала за местностью вне лагеря.
Для цирковых артистов, которые сами и кашеварили, и монтировали площадку для выступлений, и охраняли труппу в пути, иметь в компании охранников, пусть даже женского пола, было странно и непривычно. К тому же каждому воину нужно платить, а денег у бродячих фокусников и жонглеров хватало только на пропитание для себя и четвероногих помощников.
В сопровождении двух таких охранниц хозяин труппы Дирам направился к городу. Широкоплечего крепыша можно было принять за высокого гнома, если бы не отсутствие бороды, а фигурки дамочек напоминали эльфиек, но те никогда не прятали лиц и презирали арбалеты - оружие спутниц циркового босса.
Первые жилища на пути колоритной троицы представляли собой халупы из тонких ветвей, замазанных глиной. Возле одной из них сидел мальчишка.
- Малец, район хорошо знаешь? – спросил циркач.
- А то! – задрал кверху нос парнишка.
- Кто у вас нынче самый главный?
- А тебе на что, дяденька? – внимательно изучив троицу, спросил пацан.
- Дела у меня к нему важные.
- Так тебе лучше в «Уютное местечко» топать. Могу провести, ежели два медяка не жалко.
- Лады, - кивнул мужчина. – Веди.
Мальчишка проводил до первых каменных домов и постучался в один из них. Сонный нечесаный мужик появился в дверях только через минуту. За это время малец успел объяснить, что дальше путь гостям покажет Зудун, а сам смылся.
- Ух, ты! Бабы с оружием! – воскликнул вышедший из дома и тут же был взят под прицел двух арбалетов.
 
- Не надо хамить, если жить хочешь, - спокойно произнес Дирам и легонько стукнул грубияна, заставив согнуться пополам. - Мне сказали, ты очень хочешь показать как пройти к «Уютному местечку».
- Мы тоже хотим, коротышка, - раздался голос сзади. – А баб возьмем в оплату.
Крепыш развернулся чуть медленней своих телохранительниц. А те уже успели разрядить арбалеты и выхватить слегка искривленные клинки. Через пять секунд ватага из шести типов перестала существовать.
- Твои, что ли? – Циркач повернул голову в сторону только сейчас распрямившегося типа.
- Н-н-е-е-т, п-п-е-ер-вый р-р-аз в-в-и-ижу, - заикаясь на каждой букве, ответил нечесаный мужик.
- Это тебя Зудуном кличут?
Тот сначала закивал, потом также энергично замотал головой.
- Жаль, что ты разучился говорить. Придется искать другого проводника.
- Я-я проведу, - наконец, совладал со страхом мужчина. Дамочки быстро обыскали убитых, но не нашли для себя ничего ценного. Тесаки и дубинки их не интересовали, денег у бандитов не оказалось. Проводник же весьма заинтересовался скарбом погибших. – А вам не нужны трофеи?
- Эти – нет, - сказал крепыш.
- Тогда дайте мне полминуты.
- Хорошо, - недовольным голосом согласился циркач. – В таком случае дорогу покажешь бесплатно. Время нынче дорого.
- Договорились, - посчитав навар, согласился Зудун и принялся за дело.
Хозяин цирковой труппы не так давно сам закончил выступать перед публикой. Он сумел скопить немного денег, и год назад собрал небольшую группу. До сегодняшнего дня циркачи дали несколько представлений в деревнях и теперь решили попробовать силы в столице.
Еще недавно Дирам и не помышлял о выступлениях в большом городе, но две декады назад к труппе прибились танцовщица и фокусник, выступавшие и с общим номером, и каждый со своим. Их мастерство неизменно вызывало восторг толпы. Заметив повышение сборов, хозяин труппы решился на путешествие к столице.
После чистого воздуха степи тяжелый дух города неприятно «бил» по обонянию. Владелец цирка то и дело морщил нос, привыкая к здешним ароматам.
Зудун действительно оказался неплохим проводником. К крыльцу кабака дошли без происшествий: больше никто дорогу не преграждал и платы за проход не требовал.
Троица беспрепятственно проникла внутрь. В зале поутру никого не было. За стойкой бармен расставлял бутылки по полкам и повернулся к посетителям, только когда те подошли вплотную.
- Доброе утро, уважаемые, - машинально поздоровался он. – Присмотревшись к обладателям капюшонов, немного закашлялся. – Прошу прощения, но бабам у нас вход воспрещен.
Охранники привычно направили арбалеты на мужчину.
- Могу уверить, эти дамы уделают любого, - поднял руку владелец цирковой труппы. – Но мы сюда не за этим явились, уважаемый. Говорят, здесь я могу найти человека, с кем имеет смысл обсудить условия нескольких цирковых представлений в вашем районе.
Женщины опустили арбалеты, однако держались напряженно, готовые в любую минуту к отражению атаки. Бармен покачал головой, но ответил:
- Правильно говорят. Если уж с кем и договариваться, то с господином Кигиром. Его слово тут ценят многие.
- Но не все? – решил уточнить ранний гость.
- Дураки никогда не переводятся, потому и живут недолго. Как вас представить хозяину?
- Дирам – старшой цирковой труппы.
Кигир принял гостя не сразу. Лишь через полчаса бармен проводил крепыша в кабинет, где того долго расспрашивали о программе, артистах, инвентаре. Затем хозяин кабака изложил свои условия:
 
- Договоримся так: остаетесь в нашем районе две декады, представления даете не реже раза в два дня, половина выручки – моя.
Дирам задумался.
Раньше с него брали фиксированную аренду за предоставленную землю. Если народ валил на зрелище, артисты оставались в выигрыше, при низкой активности публики выступление могло и не окупить себя. Тут же предлагалось разделить выгоду пополам.