Чтец эмоций. Трилогия (СИ)

«Помоги мне, вознесшийся!» – мысленно произнес он и принялся составлять заклинание мутации седьмого ранга.
Гвид оглянулся, услышав странные звуки за спиной:
– Падший меня задери! – успел он выругаться, заметив большого тростникового тигра.
Больше он ничего не успел ни сказать, ни сделать. Дикий хищник увидел добычу. Опасную, да еще в трех экземплярах. А потому действовал стремительно.
Прыжок, взмах лапой, и громилу сносит в сторону с разорванным горлом. Рывок к волшебникам. Первый успел пригнуться и послужил опорной площадкой для прыжка. Зверь завалил одного чародея задними лапами и вцепился зубами в шею второго. Увернувшийся попытался бежать. От тигра! Наивный… Хищник настиг последнюю добычу за миг и разодрал его когтями. Дальше прорвался наружу звериный норов одного из опаснейших хищников. Тигр вернулся к первой жертве…
Когда Нил очнулся человеком, он увидел в подвале последствия кровавой вакханалии.
«Жуть! Это я сделал? Во даю! За полминуты? Хорошо, на большее сил не хватило, а то бы мой тигр еще и сожрал их!»
Одежда при обращении пришла в негодность, и парень сейчас стоял голым, заляпанным в чужой крови, ощущая ярость хищника. Может поэтому картинка расправы пока не вызывала особого отторжения: его не мутило и не тянуло опорожнить желудок.
Сегодня якорем, вернувшим сознание, послужил образ Дины. Нил ощущал себя ответственным за девушку, а потому поклялся вывернуться наизнанку, но вытащить ее из лап Курца.
Наконец ярость отступила.
«Неплохо бы хоть малость приодеться, да и кровь надо бы смыть».
В подвальчике обнаружился ржавый рукомойник и старое полотенце. Видимо раньше тут кто‑то из конторских оставался на ночь. Однако воды внутри не оказалось.
Нил обтерся полотенцем, которое тут же стало липким и красным, зато сам он стал меньше походить на монстра.
– Шеегрыза мне на завтрак! – выругался парень, вспомнив об очистительной магии. – Совсем измотали меня, сволочи!
Заклинание из бытовых позволило убрать загрязнения, но после него кожу иссушило, появился зуд и пришлось прилагать немалые усилия, чтобы не чесаться.
«Бытовая магия – явно не мой конек! – размышлял Нил, осматривая последствия ее применения. – Благо кровавых следов не сталось. Представляю, как бы на меня посмотрела Дина…»
Но для того, чтобы выйти из подвала, была нужна хоть какая‑то одежда. И не только из этических соображений: холодный сезон постепенно входил в свои права.
Поначалу Нил вернулся к своим шмоткам. Увидел разорванную надвое куртку, тряпки, оставшиеся от брюк и рубахи.
«В этом не походишь», – пришел он к выводу и направился к охранникам, точнее, к тому, что от них осталось.
Из одежды, бывшей на его врагах, целой была лишь шляпа одного из чародеев.
«И куда я в одной шляпе? Хоть бы обувь свою сохранил. Впрочем, вон у того гада ноги ниже колен уцелели. Да и размер вроде мой, надо примерить. Но чем наготу прикрыть? Должны же в этом подвале быть хоть какие‑то тряпки!»
Нил принялся осматривать помещение. Несмотря на жуткую окружающую обстановку, чувствовал он сейчас себя превосходно, ведь после полной мутации организм сам восстанавливался, какие бы повреждения у него не имелись до обращения. После той боли, что терзала парня до превращения в тигра, сейчас накатила эйфория. А еще согревала мысль, что в первое время по возвращении в человеческий облик волшебник мог освоить заклятия, которые плохо получались до воздействия чар полной мутации.
– Ух, ты! – воскликнул Нил, заметив искомое. – Кто‑то статую одел!
Восторги оказались преждевременными. Похоже, одежду сшили прямо на изваянии.
– И как мне целыми снять эти вещи?
Синеглазый волшебник подошел ближе. Присмотрелся к искусно выполненной мужской фигуре. И снова заговорил вслух:
– Кого он мне напоминает? Падший тебя побери! Неужели Лимид? Точно! И в этом наряде я его вроде видел. Но зачем надо было с него скульптуру лепить? Или это не глина?
Нил дотронулся до статуи.
– Нет, не глина. Это камень, – голый парень даже попятился от находки и сразу перешел в режим чтения эмоций. – Вот это да! Камень живой?! Весь? Не может быть!
 
Он помнил этого полноватого бородача с добродушным выражением лица, однако отличавшегося особой жестокостью. Пару раз довелось общаться, и разговоры ничего хорошего не сулили.
– Но кто сумел обратить человека в камень?
Руки так и чесались испробовать заклинание, которое не получилось с крылатым львом. На этот раз парень себя остановил, чтобы хорошенько обдумать последствия.
«Если получится, у меня будет слуга. Умелый убийца, помощь которого сейчас точно не помешает. Только надо, чтобы он повиновался беспрекословно. В книге говорилось о магии подчинения на крови. Это первое, что следует сделать. Затем заклинание мягкой тверди. Окажись он действительно Лимидом, получит способность двигаться и говорить. Заклинание продержится около часа. За это время…»
Минут десять Нил размышлял, прикидывая различные варианты. Параллельно соорудил из остатков куртки нечто, наподобие юбки. Когда обмозговал все варианты, подошел к скульптуре.
– Пожалуй, приступим.
Кинжалом, позаимствованным у одного из трупов, Нил надрезал палец и окропил голову скульптуры, затем четко сотворил заклятие подчинения. Увидел, как кровь впиталась в камень, что говорило о правильности волшбы.
«Судя по всему, подчиняться он теперь должен мне при каждом «оживлении». Теперь главное».
Он приступил к магии, которую вызнал из книги обергов.
– Нил? Ты?! – глухим голосом проскрипела статуя. – Ты во что вырядился?
– Тебя лишь это волнует? – задал встречный вопрос синеглазый волшебник.
Каменный Лимид, поднес к лицу руки, пошевелил пальцами, приподнял ногу, сделал шаг, второй?
– Кто сделал это чудо со мной? – так же неестественно произнес бородач.
– Кроме меня видишь еще кого‑то?
– Нет.
– Тогда мог бы и догадаться.
– Но…
– Зачем и как я это сделал, расскажу потом. А сейчас мне нужна помощь.
– От меня? – удивился Лимид.
– Или ты откажешь человеку, вернувшему свободу движений?
Ожившая статуя задумалась на пару секунд и поняла, что отказать не сможет. Тем не менее она задала вопрос:
– А ты сумеешь меня обратно в человека превратить?
– Магия такая существует, но заклятия эти еще найти нужно и научиться правильно использовать, – не стал врать Нил. – Это дело будущего, а сейчас ты должен найти одну девушку, освободить ее от охранников и затаиться, пока я за ней не приеду.
Парень рассказал, как добраться до зеркальной комнаты, что нужно сказать пленнице и где затаиться.
Когда Лимид собрался уходить, Нил его окликнул:
– Надень шляпу. Не стоит другим видеть твою прическу.
Головной убор с широкими полями скрыл многое и увеличил сходство Лимида с обычным человеком. Особенно для тех, кто был выше ростом.
Оставшись один, парень посмотрел на собственную ладонь, где при внимательном взгляде прорисовалась печать гномьего банка. Пришла пора проверить, насколько действительно сильна власть денег в этом городе. Нил активировал магию вызова:
– Кердис.
Ответом стал рисунок на ладони. За ним пообещали приехать через десять минут, при этом не спросив, где он находится.
«Интересно, они могут меня отслеживать в любое время, или когда я делаю вызов?»
Новый глава клана Дилгов не пожелал отпускать участвовавших в покушении на него «хищников», собираясь устроить показательную казнь. На доводы Нигара он не отреагировал, а потому Кугалу пришлось самому отправиться к Таису. По молодости тот мог совершить большую ошибку.
– Нигар, почему твой босс заупрямился? – сначала целитель повидался с помощником.
 
– Новых советчиков нашел из таких же, как сам.
– И что ему советуют?
– Показать силу. Дескать, Дилги никого не боятся, а всем, кто на них замахнулся, грозит неминучая гибель.
– Дурак, – вздохнул Кугал. – Мне он казался умнее.