Чтец эмоций. Трилогия (СИ)

‑ Точно ‑ готов. – Покачала головой Раги. – Только вот что теперь делать с этой готовностью?
‑ Ерунда, справлюсь. Надо просто немного сосредоточиться. – Он вошел в режим чтения эмоций.
«Ух ты, вот это краски! Никогда не думал, что под воздействием вина эмоции высвечиваются столь ярко. Ну, берегись Раги. Теперь я с тобой быстро разделаюсь. Главное, не позволить ей взгляд отвести».
До сегодняшнего дня Нил гномов встречал всего пару раз на улицах Лардеграда, а эльфов видел только на картинках. А тут – будьте любезны: и люди, и эльфы, и гномы, и все с ярко‑желтыми глазами. Молодые смотрели на прибывшего с настороженностью, пожилые с некоторой враждебностью и только дети ‑ с любопытством.
Все оберги мужского пола были одеты практически одинаково ‑ рубаха, штаны и пояс. Ни тебе оружия, ни амулетов. У дамочек с костюмами было побогаче: сарафаны, платья, блузки, юбки разных форм и расцветки…
Прошествовав по неширокой улочке, Нил вышел на небольшую площадку диаметром шагов в тридцать. В центре стояла женщина не старше сорока лет ‑ брюнетка в желтом платье с коротким рукавом и юбкой до колен.
‑ Это он, что ли, хвалился меня одолеть? Так его же шатает. Дунешь ‑ и упадет, ‑ заявила она, насмешливо глядя на синеглазого гостя.
‑ Это он с виду хлипкий, ‑ возразила Раги, ‑ а внутри – гранит. Молотом не прошибешь.
‑ Не вздумай с ней меряться взглядами, это Зюли, ‑ донесся со спины тихий голос Зиги. – Она самая сильная в племени.
‑ Это он сам так про себя говорит? Значит, точно хвастун, ‑ продолжила выступать Зюли.
‑ Так и скажи, что боишься с ним поединок проводить, ‑ не унималась дочь вождя.
«А меня, похоже, спрашивать не собираются. Оказывается, я – хлипкий с виду, кого‑то собираюсь одолеть, молотком меня не прошибешь… Столько нового о себе узнаешь… А народ‑то заинтересовался. Ждут с радостью, судя по эмоциям. Видать, у них совсем развлечений мало. Но какова Раги! Опять каверзу состряпала!»
Хмель немного вскружил голову Нила. Парень пребывал в благодушном настроении и не собирался ни с кем ссориться.
‑ Дамы, вы тут пообщайтесь, а когда я понадоблюсь, позовите, ‑ сказав, гость развернулся…
‑ Так он еще и трус! – кинула ему вслед стоявшая в центре площади оберга.
Благодушие как ветром сдуло. Нил резко развернулся:
‑ Не знал, что в вашей деревне принято оскорблять гостей.
‑ Ты не мой гость ‑ это раз, а те, кто отказывается от поединка, другого иамени не заслуживают, ‑ сообщила Зюли.
‑ А что, был вызов? Неужели я пропустил? – Концентрация на чтении эмоций помогла не сорваться. Нил напрягся, пытаясь разозлить самоуверенную брюнетку. ‑ Или любой путник, забредший сюда, уже своим присутствием бросает вызов всей деревне? Очень странно, в книгах я читал о гостеприимстве обергов. Наверное, автор вас с кем‑то перепутал.
‑ О каком гостеприимстве может идти речь, если вы нас пытались убить, не жалея ни женщин, ни детей.
‑ Вот только не надо всех грести под одну гребенку, Зюли. Мой дед когда‑то прятал ваших людей от расправы.
‑ Легко говорить то, что нельзя проверить.
‑ Еще легче оскорблять того, кто ни в чем не виноват. Или ты считаешь, что лично я уничтожал обергов?
‑ У тебя просто не было такой возможности, мальчик. И кто знает, как бы ты поступил…
‑ У него была возможность, Зюли, ‑ не выдержала теперь уже Зиги. – Зря ты на него взъелась.
‑ Допустим, я не права, ‑ насмешливо произнесла та. – Тогда у него есть все основания вызвать меня на поединок. Пусть докажет, насколько он оскорблен несправедливым обвинением.
‑ Я с женщинами не воюю. А по поводу оскорблений… Не все умеют контролировать эмоции, поэтому я не в обиде.
‑ И он еще смеет говорить об обиде?! Ты что, меня сейчас умалишенной назвал? Да ты вообще мразь, недостойная находиться здесь!
‑ Умеют же некоторые придумать за других то, чего даже в мыслях не было. Ты жаждешь поединка? Ты его получишь. Чего не сделаешь, чтобы угодить женщине. Какие тут у вас правила?
Он видел, насколько разозлилась мегера.
«Точно смерти моей хочет. А ведь я даже не грубил в ответ на ее хамство. Никогда их не поймешь!»
 
‑ Когда ты снимешь штаны, я пойму, что сдаешься. В противном случае поединок будет длиться до конца.
‑ Ты с ума сошла? – снова подала голос Зиги. – Учти: убьешь его ‑ потом со мной будешь сражаться! Только уже не взглядом.
‑ И это говорит та, чьего отца люди предали и убили? Быстро ты забыла папашу. – Зюли, похоже, вошла в раж и уже не разбирала, где свой, а где чужой.
‑ За отца я отомстила! – Вскинулась зеленоглазка, готовая сама броситься на соплеменницу.
«Мне только еще не хватало местных разборок», ‑ заволновался Нил.
‑ Она проиграет, ‑ тихо сказал парень, стараясь успокоить Зиги.
‑ Чего ты там бормочешь?
‑ Жду, когда языком чесать закончишь. Вроде на поединок нарываешься, а сама никак не наговоришься.
‑ Мальчишка спешит к падшему? Я готова оказать помощь.
Их поставили в пяти шагах друг напротив друга. Сначала перед каждым поединщиком находился один из обергов, чтобы перекрыть видимость соперника, однако после гонга секунданты резко сместились в стороны. Схватка началась.
Зюли действительно была сильна в магии подчинения, как называли здесь гипнотическое воздействие через взгляд. Она буквально прикипела к глазам противника, наполняя его болью. Парень старался снизить воздействие доступными ему способами. Жаль, обезболивание не являлось сильной стороной Нила, поэтому особого облегчения не происходило. К тому же в голове появился чужой голос, советовавший приспустить штаны.
«Да я лучше сдохну, чем пройду через подобные унижения!» – внутренне возмутился он.
«Ты сам выбрал», ‑ снова раздался чужой голос в голове.
Боль стала невыносимой. В глазах потемнело, однако парень устоял.
«Ну что ж, хочешь настоящей драки ‑ получай!»
Он не мог оторвать взгляда, однако прекрасно видел контрастный рисунок ее эмоций, в нем сейчас преобладали багровые тона. Нил запустил недавно освоенное заклинание, и под его воздействием рисунок начал медленно поворачиваться.
«Карусель эмоций» ‑ магия четвертого ранга, против которой даже у волшебников седьмого не всегда находится надежная защита. Зюли почувствовала неладное, когда казалось, до победы оставался один шаг. Сначала в голове поселилась тревога, затем она переросла в панику. Стало сложно сосредоточиться на ненавистных глазах противника, загоревшихся сейчас видимым только ей бирюзовым светом. Дамочка почувствовала, что мысли начинают путаться.
Совсем другие ощущения возникли у Нила. Боль отступила, чужой голос исчез, в голове прояснилось, и он стал размышлять, как лучше выпутаться из непростой ситуации.
«Чует сердце, победа над ней мне аукнется. Запишут в монстры, и попробуй потом вырваться отсюда. Но штаны снимать все равно не буду».
Прикинув несколько ситуаций, поединщик разорвал связь между взглядами.
‑ Предлагаю ничью! – Громко объявил он.
В это время вернулась Раги, которая привела на площадь отца. Она опасалась за исход схватки, поэтому поспешила за подмогой, стоило противникам сойтись в противоборстве.
Зюли, ничего не сказав, развернулась и пошла прочь. Видно было, что ее слегка пошатывало. Над площадью повисла гнетущая тишина.
‑ Поединок не выявил победителя, ‑ поспешил нарушить ее Риид, ‑ однако сегодня нет и проигравших, что не может не радовать. Поблагодарим участников и позволим им отдохнуть. А вечером в деревне состоится праздничный ужин.
Веселые возгласы молодежи тут же разнеслись над деревенькой. А вот те, кто постарше, как‑то радоваться не спешили.
 
‑ Ужинаешь ты сегодня в деревне, а на обед добро пожаловать ко мне, ‑ вождь вместе с дочерью и племянницей проводили парня к его избушке.
Возле входа во дворец Риид наказал Зиги вернуться за соперницей Нила.
‑ Сходи к ней. Успокой, как сможешь, и пригласи ко мне. Знаю, что тебе это неприятно, но надо. Или хочешь, чтобы завтра тут началось...