Сдавайтесь, мистер Уэйн! или Мой волшебный арест

Он с любопытством заглянул в мою открытую сумочку. Пистолет я, к счастью, не додумалась туда запихнуть.
Зато в ней совершенно некстати болтался пузырек с витаминками. Действительно, с витаминками: сама накладывала, собираясь предстать перед Уэйном идеальной жертвой – девушкой с затяжной депрессией. Он всегда выбирал таких. Черт знает, что за причуда.
– Мне нельзя, – кивнула на пузырек и нервно защелкнула сумку.
Ладно, Таша, ты же сюда за этим и пришла. Навязать Уэйну свою игру. Так бери ситуацию в зубы и навязывай, а не прячься в песок, как перепуганный страус!
– Не знал, что мы пригласили прессу, – вяло протянул Уэйн. И в его прохладном тоне явно послышалась: «Точно знал, что никакую прессу мы не приглашали».
Закрытое мероприятие на то и закрытое – тут все свои. Властный зеленый взгляд, блуждающий от гостя к гостю, намекал, что хозяин знает всех лично. И мысленно отмечает прибывших.
– Я не могла упустить случай поздравить вас с удачным…
Поглощением? Слиянием? Походом в солярий, судя по идеальному загару собеседника?
«Нат, ты паршиво подготовилась», – звучал в голове осуждающий голос Джеффа, намекая на близящееся психическое расстройство.
– Бросьте, Элен, – фыркнул Уэйн, подманивая кого-то из персонала и негромко объясняя тому свои пожелания. Едва парень в белой рубашке убежал, он строго сдвинул брови: – Вам не идет ложь. Как и платье с чужого плеча.
Сердце ухнулось в бездну. Он не мог меня раскусить с одного взгляда. Не мог!
Визитки идеальные, а в соцсетях Чарли мне сочинил из статусов целую историю взлетов и падений. Я аж зачиталась, насколько насыщенной была моя ненастоящая жизнь.
Мисс Ричмонд даже на островах успела отдохнуть в феврале. А я в прошлом месяце… Так, дайте подумать. Нормально выспалась. Один раз. Хотя нет, все-таки два.
– Не смущайтесь так сильно. Где светская хроника, и где моя скучная корпорация?
Уэйн забрал с подноса, буквально из воздуха появившегося, свой стакан. А мне протянул бокал с ярко-красным содержимым. И тоже с пузырьками. Я принюхалась: нечто пахло клубникой. Наверное, вымышленной Элен Ричмонд, улыбчивой любительнице алых оттенков, оно бы понравилось.
– Визитки еще пахнут краской, а туфли такие вы носите в первый раз. И они вам явно жмут, – добил меня Уэйн. – Хотите, куплю вам такие же, только правильного размера?
– Зачем? – я опешила от всего разом и машинально попятилась от хищника.
– Почему нет? У меня много денег, и мне будет приятно порадовать привлекательную девушку.
– Я все же пойду…
– А еще у вас цепкий взгляд. Он чувствуется спиной, – прохрипел мужчина, загораживая собой проход. – Ставлю на то, что вы журналист. Но не из этой… вашей… «Селебрити», – он потряс визиткой. – Кое-что покрупнее, поинтереснее. Ищете горячее, мисс Ричмонд? Полагаете, сделка была грязной? Разочарую: здесь вам поживиться нечем.
– Разочарую: я ни черта не понимаю в слияниях и поглощениях, – призналась, стиснув зубы.
– Ух ты! – он картинно удивился. – Вот сейчас вы не врете. И что же привело сюда отважную журналистку?
Ладно, к черту… Таша, хватайся за спасительное бревнышко.
– Как вы поняли, что я журналист?
– Люди, когда врут о себе, выбирают ложь, приближенную к правде, – снисходительно объяснил маньяк. – Ее сильно улучшенную версию. К тому же я заметил, как пристально и профессионально вы меня изучали. Теперь остается выяснить главное – ваш мотив.
И снова вместо холла, утопающего в сиянии стильных люстр, в воображении материализовалась наша обшарпанная допросная.
– Так что вас сюда привело? – не унимался Уэйн.
Он мог бы стать хорошим детективом. Если бы уже не был психопатом, похищающим красивых девушек.
– Вы.
– Я весьма незаурядная личность, согласен, – он самодовольно кивнул. – Тогда остается два варианта. Либо вы надеялись договориться об интервью, которые я даю крайне редко и неохотно. Либо рассчитывали меня соблазнить. О, не стоит краснеть: я в курсе, что интересен женщинам. По разным причинам, ни одна из которых меня не смущает.
 
Я сощурилась: причина моего «интереса» его точно смутила бы.
– Интервью, – пробормотала, пригубив красное нечто.
Забыла, что по легенде «мне нельзя». А Уэйн это и вовсе проигнорировал, заказав для меня напиток.
– Как жаль… Уверены?
– Нашел себе новую фаворитку, Рэй? – моего собеседника фамильярно пихнули в плечо, и он ощерился. Чуть пар из ноздрей не повалил. Я же готова была повиснуть на своем спасителе и молить, чтобы тот не уходил.
Хотя намек про новую фаворитку комом встал в горле. Мы в каком веке живем? А еще назревал вопрос, куда делись «фаворитки» прежние. И не были ли они похищены прямо из своих постелей.
– Что за осуждающие нотки в твоем голосе, Кайл? Я снова перешел тебе дорогу? – Рейнар Уэйн слегка выдвинулся вперед и загородил меня в собственническом жесте. Как-то он сильно поторапливал события.
– Второй раз за день, – рассмеялся мужчина. – И если вархово слияние я тебе еще могу простить, то увести прямо из-под носа такую роскошную льяру…
Судя по тому, что Уэйн не приказал выпроводить из зала фамильярного гостя, они были приятелями. Или деловыми партнерами. Этот Кайл был такой же холеный, темноволосый и загорелый, словно в одном солярии отдыхали. Только этот «хозяин жизни» был гладко выбрит и отчаянно, ангельски голубоглаз.
Облаченный в темно-синий приталенный костюм, выглядел он более утонченно. Во всяком случае, на фоне покрытого щетиной зверя с хищным взглядом и животным магнетизмом.
Глаза Кайла были никак не меньше кофейных блюдец. Вики за такого принца отдала бы богу душу и шкаф со своими туфлями. Ну, может, не целый, но одну полку уж точно.
– «Льяра»? – я состряпала на лице вежливое недоумение, привлекая к себе внимание Уэйна.
– Это из старенького. Кайл любит вспоминать молодость, – процедил тот, испепеляя глазами приятеля. Или делового партнера. Но, может, и конкурента. – В колледже мы оба входили в тайное студенческое общество. Настолько тайное, что у нас был свой язык и кодовые слова.
– И что значит «льяра»?
– Кандидатка, претендентка, – ответил заговорщицким шепотом.
Он полностью развернулся ко мне, оставив Кайла без своего внимания. И тот понимающе отошел в тень.
– Претендентка на что?
– Кто знает? – Уэйн лениво повел плечом. – Может, на бокал еще чего-нибудь с пузырьками в моем доме? Как вы смотрите на то, чтобы продолжить беседу в менее шумной обстановке?
Черт! Че-е-ерт…
– Сейчас? – подавилась коктейлем.
Что бы сказал Джефф?
Джефф бы сказал: уноси оттуда ноги, идиотка!
– Вас что-то смущает?
– У меня на этот вечер есть планы, – я сглотнула вязкую горечь, что затапливала рот.
Ну да, планы… и еще какие. Сортировать досье жертв за все годы и грызть засохший сэндвич с индейкой, забытый утром на столе. Может, даже заказать что-то из китайской забегаловки на углу. И читать, читать, читать, выискивая зацепки.
На этот раз я не провалюсь. И успею найти Лали Берг, пока девушка не пропала окончательно. Навсегда.
Не мог он все проделать гладко. Чудес не бывает, и даже такие гении, как Уэйн, рано или поздно оступаются. Особенно, когда идут на поводу у эмоций. А судя по огонькам на дне зрачков, он не так холоден, как хочет показаться.
– Тогда я позвоню вам сам, мисс Ричмонд, и мы договоримся о завтрашней встрече.
Он снова покрутил визитку в руке, провел подушечкой пальца по бархатным вензелькам.
– Встрече? – заторможено переспросила, не в силах отвести взгляд от своей визитки, которую с такой нежностью натирали шершавые пальцы. Выглядело это в высшей степени порочно.
– Вы же хотели меня?
– Вас? – поперхнулась, опрокинув в себя бокал.
Едкие пузырьки ужалили горло, приводя в чувство.
– Интервью, Элен, – напомнил со снисходительной ухмылкой.
– Так вы согласны?
– Вам трудно отказать.
Странное, неуютное чувство. Ведь это я тут «рыбачила». И точно помнила, кто охотник, а кто жертва… Тогда откуда ощущение, что сама только что попалась на крючок?