Жена для киллера (СИ)

— Давай выпьем. За нас. За наше счастье.
Так и хотелось ему сказать, что нет у нас никакого счастья, и не будет. Натянуто улыбнулась ему.
— Я просто устала. Переволновалась. У меня сегодня сложный день.
Он кинул на меня недобрый взгляд.
— Значит, ужинать ты со мной отказываешься? — сказал он так холодно, что резко погасли свечи, ярко горевшие на столе.
— Нет, но…, - я хотела ему возразить, но побоялась. Я даже боялась предположить, что он со мной может сделать, когда узнает, что я обо всем догадалась. Нужно срочно что-то предпринимать. Я так не смогу, просто не выдержу. Сейчас я хочу не то чтобы ужинать. Хочу провалиться сквозь землю.
Как же я долго его искала. Убийцу своих родителей. А он вот, сидит сейчас напротив меня. Готовит для меня ужин. Спит со мной в одной кровати.
Он должен понести заслуженное наказание. Просто обязан. Я смотрела на него, а в моей голове созревал план. План мести и наказания. Можно назвать это как угодно. Только сердце сопротивлялось. Так кричало, так изнывало от любви к нему.
— Не хочешь ужинать, давай пойдем на лодочную станцию?
— Мне нужен телефон. Я хочу позвонить в универ.
— Никаких звонков и телефонов тоже. Ты должна забыть друзей, универ — навсегда. Скоро у тебя начнется другая жизнь. Новая. С чистого листа.
— Не хочу я новой жизни! Я хочу побыть одна! — затем встала из-за стола и побежала в комнату. Не могу я так притворяться, как он. Не могу! Сейчас запрусь и буду реветь в подушку, пока солнце не скроется за горизонт. А потом просто лягу спать, если смогу заснуть. Если смогу не думать об произошедшем.
Марат меня не останавливал. Я забежала в комнату, громко хлопнув дверью. Уткнулась в подушку и громко заплакала. Сейчас мне станет легче. Вот немного поплачу и полегчает.
Где был Марат до самого вечера — понятия не имела. Он пришел, когда в небе сгущались сумерки. Плотно закрыв шторки, он лег в кровать рядом со мной. Притворилась, что сплю. Он легко провел своей большой рукой по моим волосам, а затем накрыл меня одеялом и повернулся на другую сторону. Лежала в полной темноте и ждала, когда он заснет. Время медленно тянулось. Минута за минутой. Я все ждала и ждала. Когда послышалось его легкое сопение, медленно встала с кровати. Накинула шелковый халат и тихонько вышла из комнаты. Тут же направилась на кухню. Именно там я видела телефон. Обычный, стационарный. Черная трубка, стояла прямо у окна. Подбежала, схватила ее, как спасательный круг и огляделась по сторонам. В уютной кухне, где горел приглушенный свет — только я и моя тень. Никого. Быстро набрала номер и после недолгих гудков, на том конце провода послышался голос:
— Слушаю!
— Соедините меня с капитаном Быстрицким.
— Минуту, — затем раздался щелчок, и после минутной тишины услышала его голос.
— Это Фомина. Он завтра будет на Курском. Информация точная.
  
Глава 36
 
Сама себя уговариваю, что так будет лучше. Лучше для всех. Хотя бы в память о моих родителях. Убеждаю, что поступила правильно. Он убийца, киллер. Я стою посередине комнаты, а меня что-то тревожит и никак не дает покоя.
Вернулась в кровать. Марат продолжает все также спать. Лежу рядом и слышу его мирное сопение. Значит, он ни о чем не догадывается.
Не помню, как заснула. А когда проснулась, увидела, что его нет. Снова одна, снова смятая постель.
— Что же я наделала? Зачем?! — воскликнула и резко подорвалась с кровати. Осознание произошедшего пришло ко мне слишком поздно.
Выбежала на кухню, но его там нет. Только Борис Петрович, пьет кофе и читает газету, сидя за круглым столом. Увидев меня, он тут же отложил ее в сторону.
— Доброе утро Катерина. Что-то случилось? — мягко произнес он и посмотрел на меня.
— Где он? — встревожено спрашиваю.
— Уехал рано утром. А что… Что случилось?
Ничего не ответив, побежала в комнату. Не помню, как оделась, как выбежала из дома. И бежала, бежала до самой дороги. Остановилась, чтобы отдышаться. Хоть бы успеть, предупредить. Но к сожалению, время невозможно повернуть назад. И даже на мгновение — не остановишь.
 
За своей спиной услышала гул машин. Обернулась и увидела быстро движущуюся в мою сторону легковушку. Подняла руку и принялась активно голосовать.
К моему удивлению машина остановилась. Из ее окна показалось довольное лицо рыжеволосого парня на вид лет двадцати пяти.
— Тебе куда красавица? — поинтересовался он.
— На Курский, очень надо. Срочно!
— Пять тысяч — не меньше.
— Будет! Все будет! — сажусь в машину и снова на эмоциях прощу его ехать как можно быстрее.
Я знала, что он там. Что он поедет именно туда. На Курский вокзал, где по моему предположению хранится один из кейсов. И Быстрицкому позвонила именно я. Вчера вечером и сообщила, где будет Марат. А теперь еду с совершенно незнакомым мне человеком, пытаясь хоть как-то разрешить ситуацию. Хочу опередить Быстрицкого. Хочу и понимаю, что это практически невозможно. Хоть бы успеть, хоть бы приехать вовремя. Жалею о своем поступке. Он впустил меня в свой дом, доверился мне, а я… Вот так взяла и подставила его. Я не имела на это никакого права. Нужно было разобраться, поговорить. Сожалею о своем необдуманном поступке. Очень сожалению.
Пусть он меня не простит после этого. Но я попытаюсь исправить. Исправить все то, что натворила. Разрушила в один миг.
Казалось, что мы едем слишком медленно. Когда въехали в город и нас встретил большой поток машин, то водитель снизил скорость. Мы продолжали ехать с черепашьей скоростью.
— Можно быстрее? — обратилась я к рыжеволосому парню.
— Это если на метро. А тут мы встряли по полной. Пробка длиной в нашу жизнь.
Не знаю, что предпринять. Как долго мы еще простоим? У меня совсем нет времени. Во мне до сих пор не угасала надежда, то все получится. Что я могу все исправить.
— А если пешком? Долго?
— Нет. Мы почти приехали. Минут двадцать точно. А если быстрым шагом, то еще быстрее.
— Спасибо! — отвечаю я и выхожу из машины. Бегу и слышу позади себя голос рыжеволосого:
— Эй! А деньги! А деньги! — кричит он мне вдогонку.
Но я бегу, не оборачиваясь. Все потом.
Шумно и многолюдно. Все куда-то спешат, и я спешу. Несусь со всех ног. Вот я у цели. Сама не понимаю, как я так быстро могу бежать. Сбавляю обороты и просто иду быстрым шагом. У первого прохожего спрашиваю, где Курский вокзал. Женщина в черном платке, останавливается и указывает рукой на стоящее вдалеке длинное здание. Еще немного, еще один рывок. Тяжело бежать, дыхания не хватает. Силы на исходе.
В толпе людей, идущих мне на встречу постоянно ищу его глазами. Все безрезультатно. Но вот наконец-то вижу Марата. На моем лице тут же засияла улыбка. Неужели успела! Неужели! Я в двадцати метрах от него. Махаю ему рукой, радуюсь, подпрыгиваю как ребенок и кричу:
— Марат! Марат!
Он никак не реагирует. Слишком шумно. Так много людей. Он просто вышел из здания и направился к парковке.
Не знаю откуда, но у меня открывается второе дыхание. Бегу на встречу к нему. Неожиданно подъезжает белый фургон и перегораживает мне путь. Из машины выбегают полицейские с оружием. Заламывают Марату руки, надевают наручники.
Опоздала. Я опоздала. Все мои усилия напрасны. Подбегаю как можно ближе. Вижу как двое полицейских, скрутив ему руки за спиной, заводят его в машину.
— Молодец Фомина! — слышу голос Быстрицкого за спиной. — Молодец!
Оборачиваюсь и вижу перед собой улыбающегося капитана. Так и хотелось влепить ему звонкую пощечину, чтобы его лицо не было таким довольным.
 
— Сейчас ребята его так отделают! Все отобьют…Он нам все расскажет. Все!
— Прошу не надо!
— Ты прикипела к нему. По глазам вижу, — Быстрицкий крепко обхватил мой локоть и отвел меня в сторону.
— Завтра не будет кейса — тоже сядешь. Если пистолет я мог припрятать, то ваше незаконное проникновение в кабинет подполковника…