Дорога к иным мирам (СИ)
Наконец часа через два после тотального осмотра местности к нему привели слегка прихрамывающего уже в летах детину, к нему испуганно жался подросток.
Детина оказался кузнецом, а подросток его подмастерьем. К этому времени походная кузня и инструменты, весь запас стали были отобраны и сгружены в пять фургонов — всё это Никитин твёрдо решил оставить себе, несмотря на все возможные вопли и осложнения с союзниками.
Ещё час спустя начали возвращаться конные разведчики.
Судя по их довольному виду и двум десяткам навьюченных добром быкам, их рейд оказался весьма успешным. Вскоре вернулись и горожане, судя по их довольному виду они тоже что то сумели себе отыскать. Они привели десяток пленных, но это добыча досталась им не так просто.
С десяток человек прихрамывали и опирались на своих товарищей, ещё двое висели на шеях своих товарищей. Раненых сразу погрузили на телегу и отправили в город. Раненых «краснокожих» тоже грузили на телеги, горожане угрюмо наблюдали за этим, но не мешали. Землянин лично проследил, что бы лекарь взял с собой все фургоны с медикаментами, всё это он тоже был намерен оставить себе.
Дождавшись пока трофейные команды наскоро всё осмотрят, Никитин дал команду двигаться обратно в город. Он как римский триумфатор вошёл в город под рев рогов и приветственные крики горожан. За ним тянулись длинные колонны с пленными, расправив плечи и перемигиваясь с местными красотками, следом промаршировали его бойцы.
Вечером Никитин ещё раз во всеуслышание огласил перед собравшимся около его лагеря народом что он и его отряд вскоре покинет город и поэтому вскоре сложит с себя свои диктаторские полномочия.
Никого особенно эта новость не заинтересовала, все мысли окружающих вертелись вокруг предстоящего дележа трофеев. Захваченное имущество сортировали и осматривали представители всех заинтересованных сторон. Спорили о стоимости, заносили в списки и смотрели дальше. Половина захваченного имущества и пленных полагалась Никитину и его отряду.
Сергей, пользуясь своим правом первым отбирать себе трофеи, взял себе несколько фургонов с военным имуществом и само собой кузню и медицинский фургон и всеми правдами и неправдами, наложил свою руку на все стальные изделия, включая болванки. Медного и бронзового оружия у него и так хватало. Из пленных он отобрал только десяток мастеров, простые вояки его не интересовали.
Пленных захватили порядка тысячи и сейчас наиболее сообразительные горожане после прошедшей эйфории от одержанной победы начали ломать голову, а куда им девать такое количество пленных?
Никитину, когда ему задали этот вопрос, пожал плечами и посоветовал дать им немного продовольствия и отпустить восвояси, оставив только тех, кто изъявит желание остаться и заняться мирным трудом.
Землянину недосуг было решать эту проблему — из допросов пленных было хорошо известно, что в армии Та-мир-но очень сурово относятся к тем, кто сдался в плен. Так что ситуация здесь была не однозначная.
Пленные, судя по всему, не особо рвались обратно, где их могли легко приговорить к ритуальной смертной казни в назидании всем или отправить на каторжные работы.
К счастью это была уже не его проблема, его с головой захлестнула предотъездная суета. Сергею уже порядком надоело мотаться по этим степям и городам, хотелось побыстрее добраться до Москвы. Скорей бы!
* * *На следующее утро большая часть города высыпала провожать их. Впереди в красивой шляпе с перьями и одетых ради такого дела красивых доспехах вышагивал Сергей. Вслед за ним бодро с щитами вышагивало его воинство. Трубачи громко и слаженно дудели в большие рога, наигрывая мелодию из «Звёздных войн» который Никитин сделал своим личным гимном.
Девицы время от времени врывались в их ряды и целовали солдат, попутно суя им в руки фляги с местным кислым вином и нехитрую закуску. Население радостно орало провожая своих защитников. Как ни странно очень много горожан искренне огорчался, что Никитин не захотел и дальше сохранить в своих руках бразды правления в этом раздираемом противоречиями городе.
Впрочем, то, что он сдержал своё обещание и честно сложил свои диктаторские полномочия, хотя и легко мог их продлить если бы захотел, могло принести ему солидные дивиденды в будущем.
Умением держать своё слово здесь очень ценили и дорожили. Всё это включая и его нынешнюю победу над войском из Та-мир-но, наверняка будет способствовать росту его авторитета в здешнем мире.
Горожане даже высыпали из города, и ещё долго он слышал их прощальные крики, впрочем, прощались не все, вместе с их отрядом напросилось к ним в попутчики сотни четыре торговцев и охранников.
Желающих было гораздо больше, немало торговцев хотело было воспользоваться оказией и перепродать доставшимся им живой товар в Индуа-Боам, но землянин напрочь отказался брать с собой ещё и работорговцев. С этими стервятниками он категорически не захотел иметь дело, несмотря на то, что они обещали ему хорошо заплатить.
Отдохнувшие за это время быки задали хороший темп и в этот день они отмахали километров пятьдесят. Дальше все пошло по уже установленному порядку. Быстро выкапывался ров, ставились колья и отряд останавливался на ночлег.
Дорога, по которой они выбирались на большой тракт, была пустынной, заставляя волноваться шедших с ним купцов. Так продолжалась три дня, прежде чем им попался идущий им навстречу небольшой караван.
Завидев их караван и массу прущих на них вооружённых людей, купцы попытались улизнуть, бросив часть товара, но на открытой местности это у них не получилось, тем более что отряд разведчиков на лошадях быстро нагнал их.
Как потом вечером со смехом рассказывал Росо купцы с ходу стали предлагать им откупные, а узнав, что их не собираются грабить — поголовно залились счастливыми слезами. Был еще полдень и делать остановку Никитин не захотел, поэтому пришлось ограничиться краткими новостями от встречных купцов.
Купцы из Бартхеша, а их всегда можно было узнать по татуировке паука на лбу, кроме вороха обычных сплетен, рассказали и то, что на Большом тракте, а они большую часть пути шли по Малому тракту, уже с месяц лютуют разбойники, им даже удалось разграбить большой караван из Индуа-Боам. Вот только где это произошло, было непонятно.
Бирт стоящий рядом с Никитиным недоверчиво покачал головой, Никитин вполне его понимал. Такого на Большом тракте, не было, наверное уже лет тридцать.
В тот раз большое войско степняков не пошло, как обычно грабить города Шестиградья а махнула на Большой тракт, где и наткнулось на караван нинхов. Торговцы и их охранники отчаянно сражались и сумели существенно проредить войско степняков, которым после этого пришлось спешно убираться обратно.
Но, тем не менее, награбили они в тот раз порядочно. Тогда ещё насколько помнил Никитин местную историю, в те степи были направлены войска трёх государств Висс-Ано, Индуа-Боан и само собой Шестиградья который был издревле на ножах со степняками.
Всё это войско прошлось по тем краям огнём и мечом после этого о тех кочевниках надолго забыли, и они стали пошаливать только в последние годы.
Обрадованные купцы вскоре поспешили вперед, а Никитин ещё долго обдумывал ситуацию, но пока решил ничего не предпринимать. Только теперь выдвинул ещё дальше вперёд конные разъезды.
— Странно конечно — рассуждал про себя Сергей, управляя своим мягко покачивающимся на ухабах фургоном — Это явно не из тех степняков, что пару сезонов назад прошлись по Шестиградью вместе с «мохначами», после прошлогодней эпидемии там народу сильно поубавилось. Скорее всего, это войско степняков из Великой Степи, что прорвалось сквозь перевал. А эти парни вполне могут выскочить на Большой тракт и грабить там всё подряд…
Это было довольно серьёзно. Висс-Ано скорее всего они не захватят а вот прорваться на Большой тракт и терроризировать все окрестные государства кочевники вполне могли, тем более что перевал теперь контролировали они и сколько их там ещё может нахлынуть из Великой Степи?!. Плохо только то, что во всей этой заварухе оказывался его город.