Измена по вызову (СИ)
Маргарита Дюжева
Измена по вызову
Пролог
Дорогой дневник…
Боже, как банально.
Так, наверное, миллионы дневников начинаются.
Ладно, к черту лирику.
Возвращаемся к событиям, которые, собственно говоря, и заставили меня купить тетрадь за двадцать пять рублей, карандаш с пупырками, и вспомнить как писать.
В общем…
Я давно догадывалась, что муж мне изменяет. Эти задержки после работы, странные звонки, пароли на телефоне. Куча косвенных улик, которые хорошие жены до последнего момента стараются не замечать, оправдывая чем угодно.
Я тоже пыталась убедить себя, что ошибаюсь, что это паранойя, мнительность и затяжной ПМС, а Игорек у меня хороший. Кормилец, поилец и вообще сокровище.
Потом поняла, что не могу. Не буду описывать свои метания, стоны, слезы, сопли — они никому не интересны, и смысла в них нет.
Мне уже просто хотелось определенности. Получить подтверждение, что эта скотина блядует, высказать ему все, что думаю, а дальше уже по обстоятельствам. Я даже речь придумала и миллион раз ее в своей голове прогнала. Мысленно спорила, отвечала за себя, за него. Представляла его вытянувшееся лицо, когда застану его с поличным, фантазировала, как он будет ползать на коленях, вымаливая прощение. Ничего особенного. Мы все так делаем. Обычная женская рефлексия.
И вот шанс повернулся.
У мужа на работе юбилей у начальника и внеплановый корпоратив по этому поводу. И меня на него, конечно же, не берут.
Причина: милая, тебе же не интересно будет. Там все только о работе.
Да-да, конечно. А то ведь я дура и давным-давно не подписалась под другим именем на всех его коллег, и не видела фотки девок, которые к этому самому корпоративу готовятся. Все эти их: ноги побрила, трусы новые купила, булки наприседала.
Ладно, фиг с ними с булками.
Я решила, что буду на этом корпоративе обязательно.
Красоту навела, волосы уложила, накрасилась, дабы в момент семейных разборок быть красивой. Платье новое купила и кокетливую кружевную маску, чтобы сразу не спалиться и увидеть весь разврат собственными глазами.
В общем, подготовилась. Выждала пару часов, дав фору на разогрев, и отправилась в бой.
Описывать как пробиралась внутрь, как бродила по залам среди пьяных и счастливых работников не буду. Не интересно. Меня трясло, сердце гремело, ручки потели — обычная жена, готовая увидеть крушение своего брака.
И вот, я вижу это…
Мой Игорь… Мой любимый и единственный Игоречек, обнимает за плечи какую-то белобрысую грымзу. Она мельком прижимается своими губами к его и игриво кивает, после чего они, оглядываясь, как два партизана выскальзывают из зала. Я стою на месте, словно парализованная и только провожаю взглядом его крепкую спину в том самом свитере, который так любовно выбирала в подарок на Новый Год.
Сердце сжимается еще сильнее. Мне больно. На миг в голове возникает трусливая мысль сбежать, но я вспоминаю те вечера, которые проводила в одиночестве, поджидая его у окна, вспоминаю, как сегодня он мне уныло жаловался, что это будет самый нудный корпоратив на свете, но пропустить нельзя, потому что начальник обидится. В итоге забрало падает, и я иду следом.
Крадусь к туалетам, аккуратно приоткрываю дверь и заглядываю внутрь.
Эти придурки даже в кабинке не заперлись!
Игорь зажал ее прямо у стены, между сушилками для рук и целовал так, будто хотел сожрать, а сука эта тихонечко скулила и умоляла «давай быстрее, хочу тебя».
Парочка так была увлечена друг другом, что меня и не замечала. Куда там! Муж сосредоточенно лез ей под платье, она пыталась, забраться ему в штаны. Разве тут до рогатой жены?
Так и хотелось заорать: что ж вы творите сволочи?
Но я не заорала.
Потому что, во-первых, забыла подготовленную речь, а во-вторых, в углу скромно стояла швабра. Потрепанная, как моя жизнь, с деревянной облезлой ручкой.
На цыпочках, стараясь не цокать каблуками и не хрустеть коленками, я шагнула к ней. Взяла, перехватилась поудобнее.
И хрясь мужу по жопе палкой!
А это, блядь, и не он…
Это, блядь, просто какой-то похожий мужик…
— Какого х… — взревел он, схватившись рукой по пострадавшее мягкое место и разворачиваясь ко мне с видом настоящего убийцы.
Симпатичный мужик, кстати. Молодой, волосы темные, глаза голубые… злющие.
— Простите, — промямлила я, неловко пряча швабру за спиной. Рукоятка торчала сверху и так сильно дрожала, что тюкала мне по макушке, — я немножко обозналась.
Прощать меня он не собирался. Кажется, у него даже глаза кровью налились.
Зарычал и руку ко мне протянул, явно собираясь задушить.
И я такая, как в Матрице, назад отклонилась. Вжи-и-их. Аж в спине хрустнуло.
А перед глазами, на том самом месте, где только что была моя шея, сжался мужской кулак.
— Убью!
Прозвучало убедительно, поэтому я перестала притворяться сладкой булочкой, метнула в него несчастную швабру, и бросилась бежать.
— А ну иди сюда! — он за мной, забыв про белобрысую сучку, которая тянула за ним руки и стонала «Олег, не уходи».
К счастью, в нем было слишком много алкоголя, а во мне слишком мало желания умирать, поэтому не поймал, но погонял знатно. Аж взмокла вся.
Еле удалось оторваться от него и выскочить на улицу через черный ход, и только сев в такси вспомнила, что мужа я так и не нашла.
Такой вот казус.
И мужика жалко, пострадал ни за что….
Глава 1
— То есть ты избила ни в чем не повинного мужика? — уточняет Людка, глядя на меня поверх ополовиненного бокала с красным.
— Да, — стону и утыкаюсь носом в ладони, — это полное фиаско.
Перед глазами одна картина: как палка от швабры опускается на ни в чем не повинную задницу. Хорошо хоть воткнуть не попыталась, а то бы вообще засада была.
— Жаль я не видела, — мечтательно вздыхает Инна, — я бы все сняла и выложила бы в тип-топ, просмотров бы подняла…
— Да иди ты со своим тип-топом. У меня вчера вся жизнь перед глазами пролетела, а ты с глупостями. Будь он чуть трезвее — точно бы поймал! И все хана.
— Выебал бы?
— Прибил бы! — рявкаю так, что компания за соседним столиком на меня оборачивается. Салютую им бокалом и снова обращаюсь к подругам, — все. Тему закрыли. Я не хочу больше вспоминать про этот позор.
— Кстати, о выебли… — Людка задумчиво постукивает своими наманикюренными пальчиками по столу, — что с мужем-то твоим делать будем?
Снова со стоном утыкаюсь в ладони.
Муж… Объелся груш…
Домой эта скотина приперлась около тех ночи. Не то чтобы пьяный, но хмельной, и морда, как у кота, обожравшегося сметаны, и воняет чем-то весенним-сладеньким, и трусы наизнанку. Оберег, ёпть, от сглаза.
Не то что бы я боялась завести разговор и окончательно расставить все точки над ё, просто конкретно вчера я вообще была не в состоянии.
Сердце всю ночь гремело, отбывая такты по «новому знакомому». Красивый хмырь, прям огонь, а не мужик. С таким только кокетничать, для поднятия настроения, а не палками бить.
— Что делать будешь? — меня снова вытолкнули из раздумий.
— Не знаю. Плохо мне.
— Зато Игорьку твоему хорошо. Пока ты тут сидишь и сопли жуешь, он там наяривает какую-то курицу. Так и представляю, как он судорожно дергается, и его блаженную физиономию с вываленным на бок языком и закаченными глазами.
— Инн, твою мать! Давай без вот этих вот фантазий, — возмутилась я, — я дышать нормально не могу. А ты меня еще больше заводишь! Неужели нельзя тактичнее как-то?
Но Инка и такт — вещи несовместимые, поэтому:
— А что такого?
— Да ничего! Люблю я его, не понимаешь, что ли? Мы 5 лет душа в душу, а тут, выясняется, что у него другая есть. Знаешь как больно?!