Циничные игры (СИ)
— Может проучим нашу Нину, — зловеще улыбнулся я, крутя в ладони ручку.
— Как? — хором спросили друзья.
— Можно потише, — прозвучал тихий, но грозный голос преподавателя.
— Я заставлю её влюбиться в «пубертатного мальчика», а как наиграюсь, брошу, — добавил шепотом. — Тем более мне давно хотелось узнать, какого это — спать со зрелой девушкой.
— Да Нина на дух тебя не переносит, — усмехнулся Даня. — А ты ещё хочешь затащить её в свою постель. Максимум, что тебе светит — звонкая пощечина и пожелание «счастливого пути» по всем известному адресу.
— Да ты посмотри на неё, — улыбнулся, пройдясь взглядом по женской спине. — Зажатая, дерганая, все время поправляет одежду и волосы — явно чувствует себя неловко, считая себя непривлекательной. А я покажу, что даже такая, как она, может понравится молодому и горячему парню.
— По мне, так это глупо, — хмыкнул Родион, уткнувшись в свой телефон. — Играть с чужими чувствами «не комильфо».
— А ей считать нас маленькими, гормонозависимыми мальчиками «комильфо»? — я недоуменно нахмурил брови. — За свой длинный язык нужно отвечать. Сидела бы тихо, не высовываясь, ничего бы не было.
— А я согласен с Элом, — поддерживающе кивнув, сказал Данил. — Считай, он ей подарок сделает, подарив несколько незабываемых ночей. Дополнительная доза эндорфина и окситоцина ещё никому не мешала.
— Только нужно узнать, есть ли у неё мужик, — задумчиво прошептал я. — Не хотелось бы лишний раз красоваться разбитым лицом.
Родион ещё раз тяжело вздохнул, выражая свое недовольство, но мне было совершенно не важно, что он думал по этому поводу. Я уже все решил.
/Нина/
Я спиной чувствовала их въедливые взгляды, но повернуться не решалась, пытаясь вникнуть в тему занятия.
«Твоя цель — получить образование», — повторяла себе, успокаивая разбушевавшееся самолюбие. Но червь оскорбления и злости успел проникнуть в душу, удобно там устроившись.
Погруженная в собственные размышления, не заметила как закончилась пара и одногруппники разбрелись из аудитории. Если бы не зазвонивший телефон, я бы так и осталась в одиночестве сидеть в кабинете.
— Нина Владимировна, — в трубке послышался незнакомый женский голос, — Вас беспокоят из школы. Я Анастасия Викторовна — классная руководительница вашей дочери. Мне не хотелось звонить, но директор считает, что проблему нужно решать на корню. Поэтому сообщаю: Ваша дочь сегодня подралась с мальчиком, разбив ему губу портфелем, — на фоне послышались детские крики. — Так вот, я настоятельно прошу Вас приехать. Тем более, Ждану необходимо показать врачу — Артём ударил её портфелем в ответ, и медсестра переживает, не было бы у девочки сотрясения.
Услышав последнюю фразу, я вскочила из-за стола и побежала к выходу, не замечая никого на своем пути.
Встав на крыльце, вызвала такси, но мой заказ никто не хотел брать. Нервно обновляя приложения, уже хотела идти на автобусную остановку, но в последний момент услышала голос рядом.
— Куда-то торопишься? — широко улыбнулся Элизар, засунув руки в карманы джинс.
— Не твое дело, — прошипела, вновь проводя по экрану телефона.
— Нина, — парень подошел ближе, — почему ты так негативно настроена к нам?
— Может, потому, что вы так же настроены ко мне? — моя правая бровь поднялась вверх.
— Ты ошибаешься, — Зимин усмехнулся, отведя взгляд. — Просто до этого не было возможности пообщаться с девушкой, старше нас. Пойми, что ты для меня такая же диковина, как и я для тебя.
— Слишком глупый аргумент, — я начала спускаться по лестнице. — Прости, но у меня сейчас нет времени на разговор с тобой.
— Так давай я тебя подвезу? — Элизар достал ключи.
— Не нужно, сейчас подъедет нужный автобус, — мне совершенно не хотелось находиться наедине с наглым мальчишкой.
— Да почему ты такая упертая? — он взял меня за руку и потащил в сторону парковки. — Распинаешься, помощь предлагаешь, а она носом воротит. Воспитанные люди так не поступают, Нина.
— Что ты творишь? — я пыталась вырваться, но получалось откровенно плохо — мужская ладонь намертво впилась в запястье.
— Спасибо, Элизар, — он улыбнулся, остановившись около черного купе. — Ну же, повтори.
— Да ты издеваешься! — громко крикнула, освободившись от оков. — Сначала оскорбляешь, а потом предлагаешь помощь. У тебя раздвоение личности? Диссоциативное расстройство?
— Вроде бы нет, — парень задумчиво поджал губы. — Недавно психиатра проходил. Сказали, здоров.
— Так всё, — я развернулась. — Мне совершенно некогда продолжать эту бессмысленную беседу.
— Так садись в машину, — Зимин открыл дверь. — Со мной в любом случае получится быстрее, чем на автобусе.
На секунду я задумалась. Собственно, почему я отказываюсь от его помощи? Наверное, потому, что боюсь, что он воспримет это как ненужный сигнал.
Словно прочитав мои мысли, Элизар добавил:
— Можешь не переживать. Я помогаю в надежде, что в следующий раз именно ты выручишь меня, — он широко улыбнулся. — Напишешь мне контрольную по теории вероятности и будем в расчете.
Тяжело вздохнув, я все же села в его машину. Чувствуя себя максимально некомфортно, я думала о Ждане и о том, как она ждёт свою маму.
— Маршала Жукова, 25, — сказала, пристегиваясь. — Остановишься около ворот школы.
— Отлично, — ответил парень, заведя двигатель.
Практически всю дорогу мы молчали, слушая довольно приятный плейлист Зимина. Но потом он спросил:
— Если не секрет, зачем тебе в школу?
— Там учиться моя дочь, — произнесла, сжав ручку сумочки. — Позвонили, сказали, что подралась. Нужно будет срочно отвезти её в больницу.
— Сколько же ей лет? — удивленно спросил Элизар.
— Шесть с хвостиком, — мне не хотелось рассказывать ему, как можно больше о себе, но и промолчать воспитание не позволяло.
— Получается, ты забеременела в восемнадцать лет? — он усмехнулся. — Ошибка бурной молодости?
— Не смей так говорить, — грозно ответила, повернувшись к нему. — Моя дочь — подарок Бога. Поэтому прошу, молча довези меня до школы, и давай на этом закончим наше общение.
— Прости, — прошептал Зимин. — Я хотел лишь пошутить. Не думал обидеть.
— Это совершенно не смешно.
Парень припарковался около школьных ворот. Я быстро поблагодарила его и выбежала из машины, направившись в школу.
Дочь я нашла в кабинете медсестры. Маленькая, она сидела насупившись, словно замерзший воробей, и наигранно дула губы.
— Дана, — я подбежала к ней, крепко обняв. — С тобой все в порядке? Где болит?
Увидев небольшой синяк на детском лице, я мгновенно поднялась.
— Кто с тобой это сделал? — повернулась к медсестре. — Где классный руководитель?
— Мамочка, не надо, — всхлипывая, прошептала Ждана. — Это я первая ударила его портфелем. Так что, можно сказать, именно я виновата в своей травме.
— Что у вас случилось? — я села на корточки рядом с ней. — Мы же с тобой говорили, что конфликт всегда можно решить словами. А кулаки используют кто?
— Глупые люди, не умеющие рационально размышлять, — вытерев нос, ответила дочь. — Но, мама, почему он называл меня сироткой? Сказал, что, если у меня нет папы, значит ты неполноценная и убогая. Хорошо, я вытерпела, когда он дразнил меня. Но когда сказал про тебя, я взяла свой портфель и со всей силы хотела стукнуть его по спине. Но Артем не во время повернулся…
— Моя девочка, — я обхватила маленькое тельце руками, сильнее прижимая к себе. Никогда не могла подумать, что в толерантном мире мой ребенок сможет столкнуться с такой жесткостью. — Давай, мама сначала поговорит с учительницей, а потом мы поедем в больницу. Нужно, чтобы тебя посмотрел доктор, и, если все хорошо, съездим купим Басе подружку.
Ждана молча кивнула, а я пошла в учительскую.
Наш разговор с директором и Анастасией Викторовной выдался довольно сложным и напряженным. Они сначала не хотели понимать мою позицию, но в конце сдались под давлением и угрозами написать в инспекцию по делам несовершеннолетних в связи с буллингом моего ребенка.