Циничные игры (СИ)

— Нина ждет ребёнка, — еле слышно произнес я.
— А ты? — разочарованно прикусив губу, спросил Косарев.
— А я отправил её на аборт, — горько усмехнулся, сдерживая слезы. — Что мне дальше делать? Скажи?
— Ты её любишь? — я чувствовал, как друг напряжен.
— Безумно… — сквозь зубы, ответил я. — Она — единственное светлое в моей темной жизни.
— Тогда зачем предложил избавиться от ребёнка?
— Испугался! — безутешно крикнул я. — Струсил, понимаешь? Какой нам ребенок?! Мы ещё сами дети!
— Почему тогда злишься? — Слава разочарованно посмотрел на меня.
— Меня разрывает от себя, от собственной ничтожности… Я должен был поддержать её, сказать, что все будет хорошо! Но я бросил, уехав с друзьями в ночной клуб. Боюсь представить, что она сейчас чувствует… Даже, если бы не захотели оставить… — слово давалось мне с большим трудом, — мы решили бы это вместе. А так получается, что я приказал избавиться от него, понимаешь? Не дав себе и малейшего шанса, узнать, что чувствует Нина.
— Так бери руки в ноги и беги исправлять ситуацию, — улыбнулся Косарев, смотря вдаль. — Нина так тебя любит, что, думаю, даже простой разговор сможет наладить ваши отношения. Только не тянись, вызови такси и езжай прямо сейчас.
К сожалению, я не послушал его, решив, что заваливаться к любимой девушке в таком виде будет просто непристойно.
Настоящее время
/Элизар/
— А на следующий день Нины уже не было, — грустно усмехнувшись, произнёс брат. — И где бы я не пытался её найти, не смог.
— А её фамилия, случайно, не Лебедева? — неожиданно спросил я, чувствуя, как волнение вызывает мерзкие мурашки на коже.
— Как ты узнал? — Марк повернулся ко мне. — Услышал, когда я спрашивал Никиту в клубе?
Всё сложилось.
Нина. Моя Нина была первой любовью моего брата. Именно Марк являлся отцом Даны и самым главным разочарованием девушки.
До боли сжав зубы, я пытался держаться. Острое ощущение нереальности происходящего плотно засело в голове, мешая рационально мыслить.
— Я скучал по ней, так давно хотел хотя бы на секунду увидеть… — продолжил откровения Марк. — Думал, что ей тоже меня не хватает… Но, оказалось, Нина меня просто тихо ненавидит. Хотя, это же правильно?
Брат с надеждой посмотрел на меня, но единственным моим желанием было со всей силы врезать по этому идеальному лицу.
— Правильно, Марк, — тихо произнёс я, сжав кулаки. — Ненависть — наименьшее, чем она может наградить тебя. Я никогда не мог подумать, что мой идеальный брат может быть таким… — подбирал слова, нахмурившись, — жалким.
Сейчас я не мог рассуждать рационально — во мне бушевала гремучая смесь чувств: злость, обида, ревность. Все происходящее казалось дурным сном.
Марк предал Нину, заставив сделать аборт. Я же не был лучше его, решив поиграть чувствами ничего не подозревающей девушки.
Сколько… Сколько наша семья ещё должна была принести ей боли?
— Исповедуюсь я, — устало усмехнулся Марк, — а лица нет на тебе. Если ты так переживаешь за меня, можешь успокоиться — я слишком много думал в последние дни и решил, что не хочу портить Нине жизнь своим присутствием. Как бы мне не хотелось, постараюсь больше никогда не попадаться ей на глаза.
— Правильно, — скривив губы, ответил я. — Это самое правильное решение. Она сполна настрадалась, теперь дай ей шанс хотя бы дышать спокойно, не боясь, что ты снова потревожишь её покой, — переведя внимательный взгляд на брата, добавил: — Уезжай. Открывай свою фирму и уезжай в Москву. Продолжи привычную жизнь, оставив прошлое позади.
— Как же сложно, — Марк тяжело вздохнул, нервно растрепав волосы. — После такого долгого расставания увидев Нину, понял, что в глубине души до сих пор чувствую вину перед ней. Как бы изменилась наша жизнь, если бы тогда я обнял её, сказав, что никуда не отпущу?
— Не смей, — прорычал я. — Не смей даже думать об этом. Ваша история закончилась семь лет назад. Поверь, сейчас она счастлива без тебя. Поэтому, прошу, не вороши прошлое и просто исчезни из её жизни.
 
— Откуда ты знаешь?
Но я не хотел отвечать на его вопрос.
Резко встав, я быстрым шагом направился в свою комнату, где, закрывшись на замок, подошел к большому панорамному окну.
Ночь сегодня была морозной, поэтому россыпь звезд на небе притягивала взгляд. Тяжело дышав, я наблюдал за безмятежной природой, думая, что мне делать дальше.
Что скажет Нина, когда узнает, что Марк — мой брат? Как изменяться наши отношения?
Я боялся. Очень боялся, что она не захочет меня видеть и разорвет все отношения. Но проблема была не только в этом…
Во мне уже неделю жил страх, что девушка узнает, что именно послужило началом моей симпатии.
Сейчас, видя её радостный взгляд, я презирал себя. Ненавидел, что желал доставить боль, причинив страдания расставанием.
Но я больше не мог, не хотел бросать её. Уверенный в собственной силе, я знал, что смогу сделать её счастливой. Смогу стать той самой опорой, стеной, за которой она сможет скрыться от любых невзгод. Я буду для Нины самым лучшим возлюбленным, а для Даны постараюсь стать идеальным отцом.
Вместо Марка, который никогда не должен узнать о своей дочери.
  
Глава 18
 
/Элизар/
Утром проснулся с твердой уверенностью, что нужно менять свою жизнь. Пользоваться благами, предоставляемые родителями, было, конечно, удобно, но, они могли узнать о моих отношениях с девушкой, имеющей ребёнка. А это означало полное отрезание от семейного бюджета.
— Мам, пап, — за завтраком начал разговор, — я знаю, что вы не в восторге от моего увлечения рисованием, но мне хочется попробовать начать этим зарабатывать. И да, сразу скажу — университет я обязательно окончу и получу желанный вами диплом.
— Элизар, — тихо прошептала мама, — ты же знаешь, что отец хочет видеть тебя своим приемником. Неужели нужно растрачивать безмерный потенциал на ненужные вещи?
— Ну почему же, — ответил папа, отрезав омлет, — пусть пробует. Все лучше, чем сидеть на нашей шее. Хочешь? Вперед. Я не буду против.
Это было крайне неожиданно, поэтому благодарная улыбка не сходила с моего лица, правда до того момента, пока я не увидел Марка, спускающегося со второго этажа.
— Доброе утро, — сонно произнёс он, садясь на стул. — Надеюсь, вы выспались. Я так плохо спал — всю ночь снились кошмары.
— Карма, — усмехнулся я, исподлобья посмотрев на брата. Слава Богу, он не услышал моё язвительное замечание.
— Маркуш, когда вернется Ланочка? — чересчур ласково спросила мама. — Мы с ней даже по магазинам не успели пройтись. А нам ещё столько предстоит купить перед свадьбой.
— Я решил жениться в Москве, — сухо произнес Марк, наливая сок. — Распишемся и тихо отпразднуем в ресторане.
— Марк! — прикрикнула мама. — Что за глупости? Неужели мы с отцом не сможем организовать своему сыну достойное торжество?!
— Дело не в этом, — сквозь зубы ответил брат. — У меня нет желания вкладывать огромные деньги в бесполезное мероприятие. Тем более, жениться напоказ, лишь бы потешить твое безграничное эго — не для меня.
Его слова были слишком грубы.
Лицо мамы сначала покраснело, а потом покрылось белыми пятнами. Но она слишком любила Марка, чтобы ссориться с ним на глазах у всей семьи.
Отец же взял выжидательную позицию — он всегда старался не вмешиваться в их отношения, подсознательно чувствуя себя чужим брату.
Я же, не смотря на злорадство, в душе переживал за Марка. Он прожил семь лет, не зная, что бывшая девушка сохранила материальное воплощение их любви и родила прекрасную дочь.
Это было одновременно правильно и жестоко по отношению к нему.
— Через неделю я решу дела с компанией, — продолжил брат, смочив горло, — и уеду к Лане в Москву. Не хочу задерживаться в этом городе.
Атмосфера совсем сгустилась, достигнув пика напряженности. И, чтобы не попасть под горячую руку родителей, я быстро сбежал из дома.