Миледи и притворщик (СИ)

Действительно, заманчивая перспектива. Вот только мне интересно:
– С чего это вдруг наше министерство так печётся об издании альбома об Ормиле? Королевству мало Чахучана, хочется забраться ещё и в восточную сатрапию?
– Почему бы и нет? Если честно, мне неведомы мотивы министра, знаю только, что твой фотоальбом поможет ублажить ормильского сатрапа и растопит его чёрствое сердце. Пример Старого Сарпаля научил ормильцев настороженно относиться к иностранцам. Тромцев там абсолютно точно не ждут, разве что туристов, с которых можно получить немалый доход в валюте. А вот аконийцы – совсем другое дело. Мы демонстрируем в Чахучане совсем другую политику международного общения, выказываем больше уважения к местной культуре и религии. В общем, ведём себя как заинтересованные в долгосрочном сотрудничестве компаньоны. Но одной демонстрации мало. Так что, Эмеран, на тебя вся надежда. Сделай красочный альбом об Ормиле с приятными комментариями под каждой фотографией. Помоги родному королевству завоевать расположение ормильского сатрапа и открыть границу. Уверен, ты с этой задачей справишься.
– Да будет так, – пришлось согласиться мне.
Всё-таки одни лишь деньги не способны удовлетворить все желания человека. Нужна ещё и уверенность, что ты вершишь великие дела. Или помогаешь их вершить. Хотя бы самую малость.
Да и есть кое-что ещё, что заставляет моё сердце биться чаще при любом упоминании Сарпаля. Шанти. Знаю, в Ормиле я его точно не встречу, но обязательно зайду в местный храм Азмигиль. А вдруг, чудеса случаются.
  
Глава 2
 
С началом рабочей недели я стала неистово готовиться к предстоящей поездке в Ормиль. Первым делом я добилась аудиенции у заместителя министра иностранных дел и заручилась письменным обещанием в поддержке предстоящего предприятия. Не хочу, как в прошлый раз остаться на чужбине без поддержки аконийских дипломатов.
После министерства я сразу же отправилась в госпиталь, чтобы сделать новые прививки, а потом и в оружейный магазин, где приобрела револьвер с пятью коробками патронов. Да, я теперь учёная, и без убедительного средства защиты в незнакомую сатрапию не сунусь. К тому же, продавец заверил, что из купленной мною модели можно успешно охотиться хоть на гусей, хоть на морских медведей. Поэтому после магазина я отправилась в тир – надо же мне научиться добывать мясо для собственного пропитания.
После ежедневных тренировок в тире я взяла за правило посещать городскую библиотеку и изучать всевозможные книги, статьи и брошюры об Ормиле и навыках выживания в длительных походах. Теоретическая подготовка крайне важна в моей работе, теперь я это знаю.
Следующим этапом стал поиск лётчика с пассажирской машиной, который согласится на трансокеанский перелёт до Макенбаи. Я обратилась к моему спасителю Дамьену Монье, и он обещал поискать такового среди коллег. Мне же оставалось только ждать ответа, набираться опыта в стрельбе, узнавать много нового о северо-восточном Сарпале и собирать подходящий инвентарь для пешего путешествия.
В один из дней я всё же наведалась к издателю и известила его о своих планах. Он пришёл в восторг и обещал за три дня найти инвестора, который оплатит и аренду самолёта, и экипировку, и плёнки с фильтрами для съёмки.
В итоге я вернулась в издательство в оговоренный день, но застала в кабинете моего редактора вовсе не его самого, а сидящего возле стола графа Гардельского.
– Вот мы и встретились, маркиза.
До чего же приторная улыбка играет у него на устах. Так и хочется её стереть какой-нибудь колкостью.
– Если вы и есть тот самый инвестор, – с ходу начала я, – давайте скорее сюда чек, мой издатель вернёт вам деньги после публикации альбома.
– О, неужели вы готовы принять от меня деньги? А как же финансовая независимость? Как же лелеемая вами свобода? Как же принципы и честь незамужней женщины? Не думал, что за четыре с половиной месяца, что мы не виделись, вы так сильно изменитесь.
– Зато вы всё тот же. Снова путаете личную выгоду с деловой.
 
– Правда? А разве не вы только что потребовали у меня чек?
– Если это вас так смущает, можете отдать его моему редактору, а он передаст чек мне. О тратах я отчитаюсь перед редактором, а он отчитается перед вами. Остальное меня не интересует. И если чека нет, всего доброго.
Я выждала пару секунд и, не видя от графа никакой реакции, поспешила развернуться и направиться к двери. И тут он произнёс:
– Кроме чека у меня есть для вас кое-что поинтереснее. Что скажете, Эмеран?
– Скажу, что не люблю загадки. Ближе к делу.
– О, сколько нетерпения. Вы такая соблазнительная, когда на вашем лице появляется этот высокомерный взгляд.
Ну, всё, я устала это слушать. Самое время взяться за дверную ручку и покинуть помещение. Стоило мне только повернуться, как граф ошарашил меня:
– "Экс 06", серийный номер 0908776 с царапиной на счётчике кадров и отломанным креплением для вспышки.
Это же камера Лориана! Та самая модель, те самые дефекты, о которых можно узнать, только если подержать камеру в руках. Выходит, она не пропала бесследно вместе с Леонаром. Граф смог найти и вернуть её.
– Где она? – в нетерпении спросила я.
– В моём поместье на западном побережье, – спокойно ответил граф, не сводя с меня пристального взгляда. – Если желаете забрать, придётся приехать за камерой лично. Двери моего дома отныне открыты для вас. Можем отправиться туда хоть сейчас. Только вы и я. Никто нас там не побеспокоит. – Тут он поднялся с места и осторожной невесомой подходкой начал подкрадываться ко мне. – В приватной обстановке мы сможем обсудить много интересных тем. Например, ваше хамское бегство с Камфуни, винодельческие интриги с Клодоном за моей спиной, моё искреннее желание простить вашу дерзость…
Он приблизился вплотную, но я не дрогнула и не отступила от графа ни на шаг – хотела показать ему свою выдержку. А он принял мою стойкость за капитуляцию и уже нашёптывал на ухо:
– … а после ночи примирения мы сможем обсудить дату нашей свадьбы и объединение акций винодельни в Фавроле. Что скажете, Эмеран? Хотите получить вашу камеру назад?
Его губы замерли в опасной близости от моих. И мне стало так мерзко.
– Какой же вы бесчестный человек, – процедила я. – Это же память о моём покойном брате. Его подарок мне.
– Стало быть, этот подарок для вас очень важен. Вот и докажите, как сильно вы дорожите памятью о брате.
– Лориан был бы против таких жертв. Он бы сказал, что нет в этом мире такой ценной вещи, на которую можно было бы обменять собственную честь. А ещё он бы посмеялся над вашими ребячьими попытками заманить меня в ваше поместье. Вы слишком самонадеянны, Эжен. Вам не идёт.
– Вам тоже не занимать целеустремлённости. Это нас и роднит.
– Даже не мечтайте. У нас нет ничего общего. И не может быть, особенно сейчас, когда я не одна.
– Что это значит? – насторожился граф.
– А разве не ясно? В моей жизни есть мужчина. И ему очень не понравится, если я расскажу о вашем непристойном предложении.
На миг граф замер, потом поражённо моргнул и наконец сделал шаг назад. Да, я умею убедительно блефовать.
– Кто он? – последовал излишне резкий вопрос.
– Не ваше дело.
– Я его знаю?
– Непременно. Его знают все.
А что, сделаю вид, будто я уже лично знакома с наследным принцем и сумела его очаровать. Ложь всегда должна быть продуманной.
– В таком случае, сможет ли ваш безымянный мужчина повлиять на издательство, когда оно откажет вам в печати альбома?
– Не откажет.
 
– Уверены? – ухмыльнулся граф. – Может, проверим, у кого больше связей и влияния?
– Проверять будете в министерстве иностранных дел, – веско сообщила я. – Оно заказало мне альбом. Так что в ваших же интересах отдать мне чек для оплаты поездки в Ормиль. Не дадите, будете долго убеждать министра, что не помышляли о государственной измене, когда сорвали важное международное мероприятие.