Миледи и притворщик (СИ)

– А это что у него на ногах? – приметил кто-то. – Сандалии с кошачьими следами?
– А в руках между пальцев, что за лезвия? Будто когти.
– Так это же и есть тот самый колдун, про которого разбойники рассказывали, – окончательно поняли все мы.
– Точно, тот самый колдун-оборотень. Кто ж его так? Лесные жители поймали и по голове сильно огрели?
– Нет, – неожиданно произнёс Стиан. – Его убил я.
Я подняла глаза и увидела его отрешённое и даже побледневшее лицо – Стиан был не похож на самого себя и всё смотрел на мёртвого колдуна в леопардовой шкуре, не в силах отвести взгляд.
– Что ты такое говоришь? – вопросил глава стражей. – Как ты мог его убить, если мы только что сюда пришли, а он уже лежит?
– Этот человек лежит здесь только потому, что под деревом, где висела Самия, лежит мёртвый леопард, в чьё тело этот колдун подселил свою душу.
– Душу… – тут же зароптали стражи, будто что-то поняли. Кажется, я и сама начинаю понимать…
– Я убил леопарда, – продолжил Стиан, – а вместе с леопардом в мир мёртвых оправилась и душа колдуна, что в тот миг управляла звериным телом. Этот человек пал от моего выстрела, а его душа успела оставить отпечаток смерти на его челе. В том самом месте, куда угодила пуля.
– Точно, пуля… – подхватили его слова стражи, – леопарду разорвало голову снаружи, а колдуну будто изнутри.
– Так вот как надо с ними бороться! Всего лишь пуля и никаких заклинаний! Убьёшь леопарда – падёт человек, убьёшь человека – падёт леопард!
Они так воодушевились этим открытием, что готовы были ринуться в бой с другими лесными котами хоть сейчас. Остановил их только новый бой барабанов впереди. И он был совсем близко.
– Тихо, – шикнул на стражей Стиан. – А теперь все дружно поворачиваем и уходим как можно дальше отсюда.
– Почему уходим? – спохватился глава стражей. – Мы искали деревню, чтобы получить кров и защиту. И вот она рядом.
– А ты не думал, что эта деревня кишит оборотнями, что именно оттуда они приходят за нами, а потом отстукивают послания, и сообщают всем в округе, скольких из нас они убили в очередной раз?
Предводитель стражей одарил Стиана тяжёлым взглядом, а потом повернулся к своим людям и вполголоса скомандовал:
– Уходим, – а потом так же тихо обратился к Стиану. – Пусть будет по-твоему, но я надеюсь, ты преувеличиваешь опасность.
– Скорее, это ты её недооцениваешь.
– Ружьё может сразить и зверя, и человека, нужно только метко целиться.
– У тебя весь порох отсырел, какие ещё ружья.
– Порох просушат, – был непреклонен глава стражей, на что Стиану оставалось лишь покачать головой.
– Ты не понимаешь. Это проворного зверя с крошечным умом легко подстрелить, как и умного человека с неповоротливым телом. А вот юркий сильный зверь с умом человека не равный нам враг, уж поверь. Обыкновенный леопард убивает только, чтобы пропитать себя и своих котят. А вот человек убивает ради выгоды или развлечения.
Кажется, главу стражей эти слова заставили задуматься. И всё же он спросил:
– Клыкастый и когтистый зверь с умом человека? Он и впрямь так силён и опасен? Ты в этом точно уверен?
– Поверь, я прекрасно знаю, о чём говорю, – и скороговоркой по-тромски Стиан добавил, – потому что я сродни им.
Наш отряд двинулся на юг, стараясь делать это как можно тише и незаметнее. А за спиной всё гремел барабанный бой, отдаваясь эхом где-то на западе. Кажется, сигнал о нашей встрече с оборотнями отправили в сторону побережья. А когда мы только вошли в лес, то слышали сигнал, идущий с побережья на восток. И после этого на наш след напали оборотни… Не хочу об этом думать, но похоже, я в который раз упустила что-то важное.
Долгие часы бегства сменились долгими часами подготовки к ночлегу. Стражи дружно рубили бамбук и строгали из них колья, чтобы устроить вокруг нашей стоянки забор, через который ни один дикий кот не перепрыгнет. А вот люди с железными когтями… Для них точили сабли и готовили пики из срезанных веток и привязанных к ним кинжалов – порох так и не просох, так что надежды на огнестрельное оружие больше не было.
 
Эту ночь мы провели как на иголках, вздрагивая от каждого шороха, прислушиваясь к каждому вскрику обезьян. Кажется, никто так и не почтил нас своим визитом, а если и подходил к укреплённому лагерю, то не стал выдавать себя и ретировался.
На следующее утро уставшие после ночного дежурства стражи принялись за поиски полноводной реки, по которой можно сплавиться вниз. Но в первый день мы наткнулись лишь на затхлую заводь, а на второй едва напоили коней и пополнили запасы во флягах в мелком ручейке.
Каждую ночь стражи заново укрепляли очередной наш лагерь и попеременно несли дежурство. Было заметно, как сильно они измотаны бессонницей и непривычным климатом. И всё это грозило нашему лагерю брешами в защите. Поэтому по ночам даже Стиан выходил на дежурство.
– Не надо, – умоляла его я. – Они же даже самодельную пику тебе не дают, потому что думают, что с ней одной мы сбежим прямиком во Флесмер. Если не доверяют, тогда и не надо им помогать. Ты не должен рисковать собой, тем более с голыми руками.
– Ну, не совсем уж голыми, – улыбнулся он и вынул из-за пазухи железные когти. – Вот, забрал у своего, так сказать, собрата. Ему-то они больше не нужны.
Действительно, стилет с имитацией когтей смотрелся в руке Стиана весьма угрожающе. И всё-таки до чего же они разные – оборотни-леопарды Маримбелы и Стиан. Свою связь со зверем они используют на погибель другим людям, Стиан же в помощь себе и окружающим.
– Как думаешь, – спросила я, глядя на орудие маримбельских оборотней, – им действительно можно убить человека?
– Смотря куда бить, – задумчиво протянул Стиан, разглядывая стилет с пропущенными между пальцев когтями. – Если по корпусу, то можно причинить сильную боль, а вот если по горлу, как нашему коню и Самие…
– Да, я помню, – пришлось согласиться мне.
– Знаешь, – неожиданно Стиан снял стилет с руки и протянул его мне, – лучше держи эту вещь у себя. Если ночью что-то произойдёт и оборотни смогут пробраться в лагерь, у тебя должно быть оружие, чтобы защищаться. Я постараюсь быть рядом, но всякое может случиться…
– А как же ты? – всполошилась я. – Нет, когти должны быть у тебя. А я… У меня же есть кинжал! – вспомнила я и принялась искать в своих вещах шкатулку, что надёжно хранила под замком ритуальное орудие камалисток.
– Это хорошо. Держи его рядом с собой, – наказал мне Стиан. – Только осторожно. Не вынимай без необходимости, а то…
– А то Муаз умрёт раньше всяких оборотней, – кивнула я, а потом, повертев в пальцах ключик от замка, добавила. – Может, сразу отрыть шкатулку, и одной проблемой сразу станет меньше.
Стиан тут же опустил руку на крышку шкатулки и покачал головой:
– Знаешь, беременность тебе очень к лицу, но вот мысли, которые тебя посещают…
Договорить он не успел. Нас прервал страж, что вбежал в шатёр и с выпученными от страха глазами выпалил:
– Там… там этот пришёл… в шкуре… хочет говорить…
Стиан тут же шепнул мне:
– Вынь кинжал и сиди тут, – а после вышел из шатра.
Сидеть тут и ждать чего-то? Ну, уж нет.
Я выбралась наружу вслед за ним и увидела десяток стражей, столпившихся возле частокола из бамбука. Они направили на него свои самодельные пики, явно готовясь отражать атаку. Неужели леопарды уже бродят за оградой? Или…
– Подойди ко мне, человек с глазами цвета лазури, – раздался хриплый голос снаружи, явно обращённый к Стиану. – У меня есть послание для тебя.
Стиан осторожно оттеснил стражей и шагнул навстречу незваному гостю, ну а я не стала ждать приглашения и последовала за ним. Что может случиться плохого, когда шкатулка при мне, прижата к груди, ведь в любой момент я могу открыть её и достать свой чудодейственный кинжал.
 
За бамбуковой оградой стоял человек в леопардовой шкуре с игривой ухмылкой на губах и горящими азартом глазами. Он был невысок ростом, тонок и хил, но его дерзкий взгляд явно говорил о том, что он вовсе не чувствует себя уязвимым перед десятком вооружённых стражей.