Миледи и притворщик (СИ)

Отвлечься от мрачных мыслей я смогла только в магазине фототехники. У меня просто глаза разбежались от изобилия товаров. Я была готова смести с полок всё, что вижу, но вовремя смогла взять себя в руки и ограничилась лишь новой камерой, набором объективов, в том числе и телескопическим, штативами из сверхлёгкого материала, чехлом для камеры, если придётся снимать под дождём, сумкой для всего этого богатства, а ещё несколькими ящиками плёнок, бумаги и эмульсии.
Стиану пришлось побыть моим переводчиком, пока я объяснялась с продавцом. Потом он был грузчиком, когда настало время ловить такси и везти покупки в отель.
– Я заеду за тобой в пять, – предупредил он, когда я села в машину и назвала водителю отель, где остановилась.
– Зачем такие сложности? Просто скажи адрес, и я сама приеду.
Стиан потупил взор и сказал:
– Это загородный дом в часе езды от Флесмера. Всё же мне будет спокойнее, если ты поедешь со знакомым человеком.
Ах вот оно что, обещание оберегать и заботиться всё ещё в силе.
– Хорошо, заезжай. Буду ждать.
– И я.
На этом я захлопнула дверцу, и машина тронулась. На подступах к отелю меня внезапно пронзила мысль – я ведь не могу явиться на праздник с пустыми руками. Но что подарить? Надо было спросить Стиана, ему ведь лучше знать, что по душе его матери.
Целый час я ломала голову над этой загадкой и решила, что раз виновница торжества меня не приглашала и моё появление для неё уже будет приятным сюрпризом, можно ограничиться цветами. Например, корзиной лилий и сарпальских орхидей. Надеюсь, цветы с далёкой родины ей понравятся.
В назначенный час я спустилась в фойе и на одном из диванов заметила Стиана с газетой в руках. При виде меня он тут же отложил её, принял из моих рук корзину, и мы поспешили покинуть отель.
На парковке нас ждал просторный седан и Гро на заднем сидении. Я устроилась впереди и осмотрелась. Потёртые сидения, приборная панель в царапинах, дыра в обшивке на потолке. Такое ощущение, что машине лет двадцать, если не больше. И это всё, что может себе позволить самый удачливый шпион империи? Хотя, к чему этот снобизм? Я и сама долгое время могла позволить себе только такси и автопрокат.
– Уютный автомобиль, – как бы между прочим сказала я, когда мы выехали на проспект. – Давно им управляешь?
– Только когда кузен Эмиль уезжает в командировку на север и оставляет мне ключи.
– Так это не твоя машина?
– Нет, – совершенно спокойно отозвался Стиан. – Свою пока не приобрёл. Зачем она мне сейчас, если я по полгода провожу вне дома, а на работу могу за пятнадцать минут доехать на трамвае?
Зачем? Хотя бы для того, чтобы продемонстрировать свой статус и возможности. Или доктор Вистинг просто шифруется и делает вид, что на зарплату обыкновенного учёного даже такую развалюху не приобрести? Ну, или ему и вправду не нужен автомобиль.
– Расскажи мне о своей маме, – предложила я, чтобы скоротать время в пути. – Твой дядя Биджу говорил, что её приютила тромская семья, а потом увезла во Флесмер.
– Да, примерно так всё и было.
– А сколько ей тогда было лет?
– Три или четыре. Точнее здешние врачи не смогли определить. Даже тётя Джия не помнит, сколько ей самой было лет, когда маму увели из деревни.
– Три или четыре, – задумалась я. – Она же была крохой. Она хоть что-нибудь помнит о сарпальской жизни?
– Очень мало и обрывками. Язык она уже не знает. Никаких сарпальских обычаев и ритуалов в приёмной семье, разумеется, не было. Мама выросла тромкой, получила тромское образование. Из сарпальского в ней осталась только внешность.
– Понятно. А скажи, как она познакомилась с твоим отцом?
Мне и вправду было интересно, как коварное семейство Вистингов заполучило в своё распоряжение бедную сиротку, оторванную от корней и родной семьи. Но вряд ли Стиан скажет всё, как оно было на самом деле. Может, он и сам не знает всей правды о союзе своих родителей.
– Мой отец – большой любитель охоты. Раз в год он ездит в одни и те же угодья. Так получилось, что мама приехала туда же по семейным делам вместе с кузеном. Так они с отцом и познакомились.
 
– Ясно. А что за кузен? Та тромская семья взяла на воспитание не только твою маму, но и её двоюродного брата?
– Нет, кузен – это племянник её опекуна. Маму приняли в свою семью очень хорошие люди с большим сердцем и широкой душой. Они для неё намного ближе родных братьев и сестры. Не говоря уже о двоюродных и троюродных родственниках.
И тем не менее эти хорошие люди с широкой душой без сожаления отдали свою воспитанницу замуж за человека из очень подозрительной семьи. Или они не знали и сотой доли правды об этом клане шпионов?
Мы давно покинули город и всё ехали мимо полей, которые вскоре сменились мрачным лесом. И ему не было видно конца. Мы уже минут десять едем мимо сосен, и с каждым мигом на душе становится все тревожнее и тревожнее.
А что если мы вовсе не на семейный праздник едем? Что если меня раскрыли, узнали, что я сотрудничаю с аконийской разведкой, и теперь доктор Вистинг везёт меня в лес? Вдруг у него в багажнике лежат мешок и лопата? А вдруг он...
Я украдкой глянула на Стиана и кроме сосредоточенного на дороге взгляда не заметила в нём ничего особенного или подозрительного. Всё-таки я зря себя накручиваю, он бы никогда не причинил мне вреда. Шанти бы не причинил, а вот Стиан... Всё-таки слишком мало я о нём знаю.
Неожиданно череда сосен закончилась, и вдоль дороги снова протянулось поле, а за ним показался дом. Нет, даже не дом, а настоящий дворец. Судя по архитектуре, ему не меньше века. А может и все полтора. Симметричный фасад из красного песчаника, большие прямоугольные окна, три этажа, мансарда на крыше. Жилых комнат там не меньше двенадцати… Эх, замку Бланмартелей с такой красотой не сравниться. Даже в лучшие его годы.
– Не иначе это загородная резиденция императорской семьи. Я угадала?
Стиан ничего не сказал и завернул на просёлочную дорогу, что вела… в сторону этого великолепного строения.
– Нет, – поражённо выдохнул я, – мы что, едем туда? Только не говори, что твоя семья живёт во дворце.
– Дворце? – переспросил он и с улыбкой добавил, – это всего лишь вилла.
Всего лишь вилла… Да его отец миллионер, не иначе. Хотя нет, всё дело в деде Стиана, том самом злом гении, что превратил свою семью в хорошо законспирированную разведывательную сеть, за что империя ему явно щедро платит. И не ему одному…
Наконец, мы подъехали к восхитительной вилле, возле которой уже было припарковано немало автомобилей. Эх, как жаль, что я не взяла с собой новенькую камеру. В лучах склоняющегося к горизонту солнца она смотрится так загадочно и величественно.
В окнах на первом этаже уже горел свет. Я заметила, как внутри шевелятся шторы, а это значит, что нас уже заждались.
Выйдя из машины, я поспешила забрать с заднего сидения корзину цветов. И тут меня осенило:
– Я даже не спросила, как зовут твою маму. – Пока Стиан выпускал из машины Гро, я начала припоминать. – Твой дядя Биджу, кажется, называл мне её имя. Сейчас подожди, я вспомню. Так, на "М"… Маджи… Маджена, верно?
– Маджула, – поправил он, – такое имя дали ей при рождении.
Ну вот, я получила всю необходимую информацию и теперь готова войти в обитель семейства Вистингов. Маджула-Маджула-Маджула… Надеюсь, она понимает аконийский, ибо по-тромски я и двух слов связать не смогу.
Мы подошли к порогу, и Стиан нажал кнопку звонка. По ту сторону послышались торопливые шаги, и дверь отворилась. Миниатюрная хрупкая женщина тут же притянула сына к себе, заставив его наклониться, и расцеловала в обе щеки. А потом она, озаряя всё вокруг солнечной улыбкой, посмотрела на меня, и я впала в ступор.
 
Мне ведь это не снится, не мерещится? Память не сыграла со мной злую шутку? Может, время и должно менять людей, но в этой зрелой женщине отчётливо проглядываются черты той самой юной девушки, что почти тридцать лет назад не побоялась преодолеть долгий путь по снегам и льдам прямиком к оси мира.