Миледи и притворщик (СИ)

Когда мы дошли до ока Эштума, в нос ударил густой запах серы. Я не отступила и лишь плотнее обмотала лицо платком, ведь впереди в земле зияла идеально круглое отверстие диаметром в три метра, а на его дне бурлила и с натяжным шумом клокотала лава. Синяя лава.
– Вот это да, – не меньше моего поразился Леон. – Или это из-за примесей серы такой необычный цвет, или я даже не знаю, какое объяснение ещё придумать. Выходит, мы сейчас стоим на вершине кратера. Только вулкан тут получился вровень с землёй. И как такое возможно?
А мне и не нужны были объяснения. Я просто снимала светящееся в кромешной тьме жерло, предвкушая, как продемонстрирую это чудо природы всему Фонтелису на фотовыставке.
Я снимала на короткой выдержке, снимала со штатива, даже попросила Леона приподнять меня, чтобы снимок вышел более объемным. А Леон с охотой усадил меня себе на плечи, и мне попутно со съёмкой приходилось обеспокоенно говорить ему:
– Лео, пожалуйста, только не надорвись.
– Да брось, Эми, – смеялся он, – ты же, как пушинка?
Это я-то пушинка? Меня даже в школьные годы дразнили кобылой из-за рослого телосложения. С годами я ниже и стройнее точно не стала.
– Лео, всё, опускай меня. И спину не надорви.
Наконец мои ноги снова коснулись земли. Съёмка закончена, можно уже идти обратно к лагерю отдыхать.
– Эми, – замер на месте Леон, да ещё с таким видом, будто что-то случилось. – Слышишь, тихо как-то стало. Прямо как на кладбище.
Тихо? И правда, только мерный звук нашего дыхания и слышен. Даже лава перестала клокотать. А ещё на груди активизировался мой скорпион-защитник. Не к добру это.
– Всё, Лео, идём скорее к лагерю. Что-то мне здесь больше не нравится.
– Мне тоже.
И мы двинулись к путеводному огоньку факелов на вершине холма. Вот только с каждым шагом скорпион вся жарче обжигал кожу.
– Лео, – остановилась я и тихо сказала. – В лагере что-то случилось. Там опасность.
– С чего ты так решила? – остановился он рядом.
– Я это кожей чувствую. Как тогда, с тарантулами.
И это чувство будило в душе тревогу – не за себя – за тех, кто остался в лагере на холме. Что теперь делать? Идти им на выручку? Но как помочь? И против чего?
Не прошло и минуты, как ответ на последний вопрос промелькнул в долине и скрылся за холмом. Потом ещё один и ещё… Три невнятные тени в тёмных одеждах под покровом ночи явно подбирались к месту нашей стоянки. Воры? Голодные отшельники, которые пришли попросить чёрствую лепёшку на ужин? Или те самые колдуны, которыми меня пугают всю дорогу?
– Так, – сурово произнёс Леон, – Эми, ты не против, если я твой штатив применю не по назначению?
И он поспешил двинуться вперёд с моим инструментом в руке, а я тут же кинулась ему вдогонку.
– Лео, стой, не надо.
– Почему? – удивился он.
А мой амулет с каждым шагом в сторону холма становился всё горячее и горячее… Но ведь там остались Шанти и Иризи. И Чензир со своими стражами. О боги, что мне делать? Спасать себя и Леона или?..
– Эми, не волнуйся. Я подберусь к ним незаметно, присмотрюсь к обстановке, а потом уж буду действовать.
– Как действовать?
– Вот так, – и он пару раз красноречиво стукнул штативом из трёх увесистых телескопических труб о ладонь.
И тут позади нас раздался до боли знакомый голос с мягкими нотками, от которых мурашки побежали по спине:
– Дружище, зачем же так сурово? Ну, кто же так встречает старых приятелей, а?
Внутри меня всё сжалось от страха и непонимания. Я вцепилась в руку Леона, словно в спасительную соломинку, а его и самого теперь заметно потряхивало.
– Сестрёнка, ну что же ты? Обернись. Мы же так давно не виделись. Хочу посмотреть на тебя.
Мои ноги стали будто ватными и увязли в земле, но я развернулась и в двух десятках метров от нас увидела улыбчивого жизнерадостного блондина с безобразным шрамом на лбу.
– Лориан?
Это вопрос вырвался у нас с Леоном одновременно. Там впереди и вправду стоял мой братик, живой и почти невредимый. Светлые волосы, светлая улыбка, вот только пореза на лбу раньше не было. Видно, это последствия аварии. Аварии, в которой он всё-таки выжил!
 
– Лориан, милый…
Я кинулась к нему, а братишка уже раскрыл объятия, готовясь подхватить меня и закружить…
– Старина, – услышала я за спиной не менее потрясённый, но такой радостный возглас Леона, что ринулся к Лориану вслед за мной. – Ты… да как?.. Ну, ты даёшь. А мы то думали…
Лориан всё стоял на месте, даря нам свою лучезарную улыбку, а я всё бежала и бежала к нему, пока острая боль не пронзила грудь в самое сердце.
Я упала на колени, не в силах подняться. Леон тут же оказался позади и положил руку мне на плечо, заботливо спросив:
– Эми? Что с тобой? Плохо стало? Это от волнения, куколка, сейчас пройдёт.
Нет, не пройдёт. Раскалённый амулет ясно дал мне понять, что бежать вперёд смертельно опасно.
Леон помог мне подняться на ноги, а я ухватила его за руку и потянула назад.
– Эми, ты чего? – не понял он. – Вот же Лориан. Идём к нему.
– Нет. Нельзя, – только и смогла сказать я, не сводя глаз с брата.
– Почему? – даже возмутился Леон.
Почему? Если бы я знала, если бы только знала…
Разум говорил мне, что скорпион не станет врать, а вот сердце… Сердце тянулось к родному человеку. Столько лет разлуки, столько слёз и заверений, что его больше нет. А он здесь, такой близкий и родной.
– Эми, сестрёнка, ну что же ты? Давай, обнимемся, птичка.
Птичка… В юности он частенько меня так называл.
Я всё смотрела на брата, вглядывалась в его лицо, которое так старалась не забыть всё это время. А потом мой взгляд задержался на его протянутой руке. С ней было что-то не то. Вроде ран нет, все пальцы на месте, но какие-то они странные. Ну-ка, один, два, три, четыре, пять… шесть!
У меня чуть ноги не подкосились, но я устояла и ещё настойчивее потянула Леона назад.
– Уходим отсюда скорее. Это не Лориан.
– Что? – опешил он.
– Руки. Посмотри на его пальцы.
Наступила пауза. И снова эта тягучая тишина начала давить на виски, пока Леон в изумлении не воскликнул:
– Проклятье!
Теперь и он увидел. А я всё пыталась понять, кто же это стоит перед нами. Лицо Лориана, улыбка и голос Лориана, вот только руки не его. И одежда. Сейчас на нём была лётная форма, но отчего-то чёрного цвета – такую ни для одной авиакомпании не шьют.
– Эми, ну что с тобой? – снова заговорил некто под личиной Лориана. – Это же я, твой брат.
– Мой брат умер.
От этих слов мне стало несказанно горько. А ведь я почти успела поверить в чудо. Я ведь так хотела его принять, даже ни на миг не усомнилась в невозможном, пока скорпион не одёрнул меня.
– Как же так, Эми? – понуро спросил меня некто, – если тело моё угасло, неужели и я больше не живу в твоём сердце? Сестрёнка, неужели ты думаешь, что без тела душа умирает?
О боги… Разве такое может быть? Я вижу призрак Лориана? Но почему здесь? Потому что иду к границе миров, за которой живут боги и души людей? Потому что с каждым днём я всё ближе к столпу мира, где пересекаются все миры и пространства, и мир живых переплетается с миром мёртвых? Поэтому Лориан смог найти меня именно здесь?
– Птичка, а помнишь, когда отец забрал у тебя камеру из-за нашего соседа, ты плакала в своей комнате и говорила, что отец никогда не разрешит тебе снимать. А я сказал тебе, не сдавайся, пережди бурю и снова иди навстречу своей мечте. Когда есть мечта…
– … всё остальное только мелкие неприятности на пути к ней, – закончила я и не смогла сдержать слёз.
Это и вправду Лориан. Братик мой, а ведь в глубине души я так хотела верить, что он не утонул вместе с самолётом, что он сумел дотянуть до земли и совершить жёсткую посадку, после которой ударился головой, потерял память, и теперь живёт в рыбацкой деревушке где-то неподалёку от Камфуни, пытаясь вспомнить, кто он и откуда. А теперь этой надежды больше нет. Лориан и вправду мёртв.