Попала, или Жена для тирана - 2 (СИ)
Велебор поморщился, но промолчал.
— Мне удалось увидеть Даниэлу, — спустя пару минут тишины, нарушаемой лишь потрескиваньем поленьев в камине, признался он. — Я предложил Редфриту показать ее моим чародейкам и сам воспользовался возможностью попасть к ней.
— Что они говорят? Твои чародейки.
— То же самое, что твои накаи. Что, возможно, она просто не хочет возвращаться. — Голос северянина стал тихим и каким-то глухим.
— Не пробовал ее поцеловать? — пытаясь разрядить обстановку, пошутила я.
Но Ярый шутки не понял.
— Зачем? Чтобы снова навлечь на себя гнев Редфрита?
— Так в сказках принцы будят своих принцесс — поцелуем истинной любви, — пояснила с улыбкой.
— Никогда о таких не слышал, — пробормотал северянин, а потом с усмешкой добавил: — К тому же зачем ей принц, когда у нее есть король?
Ответить я не успела. Дверь снова распахнулась, и я, не отрывая взгляда от «раненого», сказала:
— А ты быстро. Думала, к лекарю сейчас так легко не попасть.
Но это была не Рута. В дверях, наблюдая за тем, как я, подавшись к князю, обрабатываю у него на виске ссадину, стоял Галеано.
— Я не помешал? — резко спросил он, привлекая к себе внимание.
Вздрогнув, отняла руку от лица Ярого и нахмурилась. Эта реплика могла бы подойти ревнивому мужу, заставшему любовника в спальне своей половины, но уж никак не женатому мужчине.
Велебор обернулся.
— Ваше величество?
Перестав препарировать меня взглядом, величество мрачно объяснило:
— Я вас искал. Слуги сказали, что вы у госпожи Вертано.
— Где же мне еще быть после так и не состоявшегося землетрясения? — пошутил посланник, снова превращаясь в эталон дружелюбия и средоточие позитива. — Хвала богам, моя невеста цела. Ваше величество, это что-то срочное? — Велебор перестал улыбаться. — Я надеялся провести немного времени с Эллой.
Зря он это сказал. Если бы взглядом можно было убивать, у князя не осталось бы шансов, а я, получается, впустую потратила время на примочки. Покойнику они без надобности.
— Срочное, — отрубил Редфрит и, отрываясь от двери, приказал: — Идите за мной, посол.
— Что ж, любовь моя, вынужден вас покинуть. Надеюсь, ненадолго.
Прежде чем я успела хоть как-то отреагировать на столь непривычное обращение, Велебор подался ко мне и поцеловал. Мгновение, и вот он уже отстранился. Прижав к губам пальцы, украдкой взглянула на тирана и поняла, что продолжи Ярый в том же духе, и даже до вечера не дотянет.
Но его светлость явно любил ходить по лезвию ножа. Довольный произведенным эффектом, поднялся, нарочито пафосно поклонился Галеано.
— Я в вашем полном распоряжении.
— Пойдемте, — повторил Редфрит. Больше не удостоив меня даже взглядом, вышел из спальни.
Князь не стал задерживаться, последовал за его величеством, а я, дождавшись Руту, стала успокаиваться волшебными каплями. Может, стоило предложить их и тирану? Они бы ему сейчас тоже не помешали.
В тот день умы придворных, да и всей столицы, занимал один-единственный вопрос: что стало причиной внезапного землетрясения? Оказывается, в этой части королевства их отродясь не было, а потому всем было вдвойне интересно, с чего это вдруг начался конец света.
— Мы так испугались…
— Так испугались! — всполошено лепетали феи, явившиеся ко мне сразу после обеда.
— Вы где пропадали? Я переживала.
— Помогали мэтру Вруктилсу и другим целителям, — хором отчитались малышки.
А Иви с готовностью уточнила:
— Мы неплохо успокаиваем и утешаем. Совсем забрать чужие страхи нам не под силу, но можем их притупить.
— У многих придворных дам случилась истерика, на счету была каждая фея.
Какие же здесь все нервные.
Немного придя в себя, я снова засела за книги, но погрузиться в чтение так и не смогла. Страха больше не испытывала, зато меня вдруг начало снедать чувство вины. Пока я тут голову ломаю, как отречься от Галеано и благополучно отбыть восвояси, люди продолжают пользоваться рабами. Забирают у фей эссенцию, взамен отдавая страхи. И накшерров за живых существ не считают. Бьют их, ругают, приносят в жертву.
Просвещаться резко перехотелось. Захлопнув книгу, я отправила ее к остальным кладезям знаний и помассировала виски, чувствуя, как голова начинает болеть. Слишком много в последнее время в ней роилось тревожных мыслей.
— Что-нибудь случилось? — заботливо поинтересовалась Ринна.
Не желая, чтобы фей снова эксплуатировали — припрягли успокаивать местных истеричек, велела им не покидать спальню. В конце концов, мне их подарили, а подарки, как известно, назад не возвращаются.
Ни с кем ими делиться больше не собираюсь!
— Да вот думаю о Мие и Эмме. Маркиза забрала их с собой?
Малышки грустно кивнули.
— Говорят, его величество снова дал ей от ворот поворот и настоятельно посоветовал съездить к родственникам в деревню, — понизив голос до заговорщического шепота, с явным удовлетворением произнесла Ринна.
— А также не торопиться возвращаться в Хельвиву, — хихикнула Лиа.
— Нечего ей тут делать! — воинственно заявила Иви, а потом печально завершила: — Но Мии и Эммы мы больше не увидим.
Не мог ей подарить шоколадные конфеты или какое-нибудь там колечко.
Постепенно разговор переключился на фею, которую прикарманила себе Мильдгита.
— Она почти все время находится с чародейкой, та ее от себя не отпускает, — расстроенно сказала Лиа. — И эссенцию из нее ежедневно выкачивает, опыты на ней ставит.
Меня передернуло.
И как Редфрит не видит, что за стерва и живодерка эта его ведьма?
— Спящего на них нет! — в сердцах высказалась я. — Может, и хорошо, что он пробудился. Люди его явно заслужили.
— Не надо так, — принялись успокаивать меня малышки. — На земле много людей с добрым сердцем и чистой душой.
— А черную душу можно найти и в Средиземье.
— От Спящего никому хорошо не будет, — покачала головой Ринна. — Рано или поздно, если не уснет, он уничтожит все живое.
— Древним сущностям ведь нужна энергия. А получают они ее, вытягивая из всего живого: людей, зверей, природы. Чу́дных народов… — тихо подхватила Лиа.
— То есть Спящий (а точнее, благополучно Пробудившийся) тоже, можно сказать, выкачивает своего рода эссенцию, — задумчиво заключила я. — Только в глобальных масштабах — из всего мира.
— А ведь о его пробуждении предупреждали Сестры скорби, — вздохнула Иви. Описав в воздухе круг, мягко опустилась на стопку книг и сложила крылья. — Давно еще, но никто им не верил. Все считали их сумасшедшими.
— Сестры скорби? — переспросила я.
— Пророчицы Средиземья, якобы способные видеть прошлое и будущее.
Интересно.
— Но они очень странные, — закатила глаза Ринна. — И очень любят изъясняться загадками.
— Может, потому к ним и не прислушивались. Никогда толком не объясняли. Только запугивали.
— Но почему именно скорби?
— Потому что ничего хорошего они ни разу не предсказали, — хмыкнула Лиа и с явным недовольством, адресованным загадочным сестрам, скрестила на груди руки. — Все страшилками наши народы пичкали, пока мы их не прогнали.
Даже так!
— И где они теперь?
— Да кто их знает! — Фея безразлично пожала плечами. — Одни говорят, что сестры облюбовали для себя Черную гору, другие утверждают, что нашли свое пристанище в Мертвых топях. Но большинство уверено, что их уже давно нет в живых. Пусть чу́дные народы и живут долго, но бессмертных среди нас нет.
— Поверьте, Даниэла, они о-о-очень старые, — подхватила Лиа.
— И скорее всего, уже очень мертвые, — прыснула Иви, но быстро вернула себе серьезный вид и проговорила: — А вообще у них много имен: Изгнанницы, Шептуньи, Вестницы мрака.
— Шептуньи?
Не знаю, почему я зацепилась за это слово. В голове сразу воскресли воспоминания: туманный лес и голоса, кружащие вокруг меня.