Во все Имперские Том 7. Орден (СИ)

— Это приказ?
— Это просьба, — процедил сквозь зубы самозванец, — Ради спасения мира от Либератора. Лишь вкусив этих пилюль, я вылечусь. И обрету достаточную мощь, чтобы противостоять Либератору.
— Ну или ты просто хочешь восседать на троне двести лет, как Павел Вечный, — предположил я, — И с этой целью вешаешь мне лапшу на уши, чтобы я клепал тебе философские камни для твоего бессмертия.
— Можешь рискнуть и не поверить мне, Нагибин, — прошипел узурпатор, — Но тогда не удивляйся, когда столкнешься с Либератором…
— Ладно. Что за секретный ингредиент?
— Я не знаю, — ответил самозванец.
— В смысле? Это как?
— Я не лгу, Нагибин. Слово магократа. Я не знаю, что это за ингредиент. Точно не знаю. Но догадываюсь… У меня остались его запасы, еще от Павла Вечного. Для производства черно-золотых пилюль требуется только этот ингредиент. И лаборатория типа твоей. И больше ничего.
— Так что за ингредиент? Озвучь догадки…
— Я не буду этого делать. И если еще раз заговоришь об этом — повешу трубку.
— Ха-ха! Ну вешай. Вижу ты вообще любишь вешать, братан — то трубки, то людей. Вот только умираешь от Гностического Либератора в кишках здесь ты, а не я. Так что это у тебя проблемы. А не у меня. Тебе нужна помощь.
— Не такой ценой, — процедил узурпатор, — Просто сделай меня пилюли. Ингредиент я тебе пришлю. Твой алхимик разберется. И я правда не собираюсь обсуждать большее, Нагибин.
— А знаешь, что я думаю? — без обиняков поинтересовался я, — Я думаю, что ты мне лапшу на уши вешаешь. И просто хочешь получить от меня пилюли, потому что отжать мою лабу ты не осилил. Твоя болтовня про Либератора — она непроверяема.
— Нагибин, ты же говорил с Корень-Зрищиными…
— Да, я говорил. Возможно, вы с ними в сговоре и вместе кормите меня дерьмом. Кто знает?
— Хех. И после этого меня еще называют параноиком…
— Собственно, твой рассказ не сходится, стальной человек. Неужели сектанты сами рассказали тебе, что внутри тебя сидит Либератор, и что его рождение можно остановить, просто пожрав волшебных китайских пилюль? Неужели они сами выложили все карты на стол, а потом дали тебе их перебить? Это всё звучит не слишком логично. Зная моего дядю, я бы сказал, что он так никогда бы не поступил. Он бы использовал тебя втемную…
— Да меня и использовали втемную, Нагибин! Они лгали мне с самого момента моего попаданства, они мне ничего не говорили, я клянусь…
— И откуда ты тогда все это знаешь, м?
— Ну… Со мной вышел на связь один человек…
— Что за человек?
— Он называет себя Псевдо-Аркариусом, — нехотя признался узурпатор.
— Псевдо-Аркариус? Это тот сумасшедший философ из Рима? Который якобы живёт тысячу лет и которого никто не видел?
— Да, это был он. Он рассказал мне о настоящем плане сектантов. О том, что я для них — лишь жертвенный бычок, лишь вместилище для Либератора. Он говорил убедительно. И я ему поверил. Поэтому я и начала действовать. Сначала я разделался с Корень-Зрищиными. Потом я стал искать твоего дядю, но его я не нашёл, хотя и задействовал всю мощь Охранного Отделения. А потом я заболел, ты сам знаешь… Но все подтверждало слова Псевдо-Аркариуса. Я понял, что сектанты мне не друзья и я разломал их! И если ты…
— Сейчас будет угроза? — осведомился я, — Вот это не советую. Не забывайся, Павел Стальной.
— Да, извини. Кстати, где твой дядя?
— Не имею ни малейшего понятия. Мой дядя вообще-то пытался меня убить, если ты не в курсе. Так что я не то чтобы жажду с ним встретиться.
— Ясно. Ты сделаешь для меня пилюли, Нагибин?
— Возможно. Надо подумать.
— Думай быстрее, черт тебя побери… Кха… — Павел Стальной снова закашлялся.
Похоже, что ему и правда осталось недолго. В целом его рассказ полностью бился с историей Корень-Зрищина, так что я не видел оснований ему не верить.
— Сколько у нас времени? — спросил я.
— Пилюли можно сделать за сутки, — пояснил самозванец, — Я вышлю тебе секретный ингредиент немедленно, как только мы добазаримся. А сколько времени осталось у меня — я не знаю. Либератор может родиться в любой момент, Нагибин…
 
Принцесса явно сдерживалась последние пару минут, она ерзала на стуле, как будто тот был раскаленной сковородкой, и кусала губы. Но вот теперь девушку прорвало.
— Ты получишь пилюли не раньше, чем передашь корону Павлу Павловичу — законному Императору! — выпалила она.
— Кхе-кхе, я вроде говорил с Нагибиным, а не с тобой, — пробурчал самозванец.
Я же призадумался. Но ненадолго.
— А я согласен, — заявил я, — Это справедливое требование. Ты покидаешь трон, мы даём тебе пилюли.
Я был уверен, что самозванец в ответ на такое предложение придёт в ярость, и я не ошибся. Собственно, я и поддержал принцессу чисто чтобы поглядеть, как мудака будет корёжить.
— Думаешь, что я откажусь от власти ради спасения мира? — зарычал самозванец, — В таком случае ты меня плохо знаешь, Нагибин! Я не откажусь от престола, я даже готов отдать свою жизнь, в случае если власть начнут у меня отбирать. Так что это неприемлимый вариант. На такое я никогда не пойду! Я лучше сдохну и дам Либератору родиться! Так что просто забудьте об этом. Это бессмысленный разговор. НО. Раз уж мы его начали — я озвучу сразу своё условие — мне нужен Павел Павлович. Вы отдадите мне его. Вместе с пилюлями. Или я сейчас повешу трубку и буду решать свои проблемы сам. И кто знает — возможно я смогу построить пилюльную лабораторию и без вас…
— А давай без этого, ладно? — раздраженно перебил я, — Если бы ты был в состоянии построить и запустить свою лабу — ты бы это уже десять раз сделал, у тебя была целая неделя для этого,..
— Да не было у меня никакой недели! Я лишь вчера узнал, что поганые пилюли могут меня спасти! Псевдо-Аркариус сообщил мне это. Вот почему я попытался захватить тебя во время вчерашней казни…
— Это понятно. Но понятно и другое — Павла Павловича ты не получишь. Я готов пока что отложить вопрос о том, кто будет на престоле…
— А я не готова! — влезла принцесса, — Пусть он отдаст корону законному наследнику. Или будет война.
— Слушайте, я готов сохранить Павлу Павловичу жизнь, поймите меня правильно… — процедил самозванец, — Но только если Павел Павлович не будет отсвечивать. Пусть спрячется, пусть живёт под чужим именем, мне правда плевать. Главное — большая часть Империи должна продолжать думать, что я — это он. Это моё основное требование.
— Ага, ну конечно! — вот теперь принцесса рассвирепела настолько, что даже вскочила на ноги и схватила мой лежавший на столе смартфон, как будто собиралась расколошматить его, — Тебе нет веры! Ты убьешь моего брата, тут даже не о чем говорить. Пока ты сидишь на троне — мой брат приговорен…
— Я не буду убивать Павла Павловича. Но он должен быть рядом со мной, — повторил самозванец, — У меня под контролем, понимаете? Иначе нам не о чем говорить. Вообще не о чём. Если вы будете грозить мне настоящим Павлом Павловичем — я сейчас просто наведу на этот телефонный звонок ракеты, а то и скину на вас пару солярис-бомб. А потом умру. Но, клянусь, я уйду красиво! Я сдохну Императором! Аве Цезарь, аве нихил!
Переговоры явно зашли в тупик, принцесса и узурпатор начали орать друг на друга. Пикантности ситуации придавало то, что сам Павел Павлович все еще плескался в бадье с моей сестричкой, пока его судьбу тут обсуждали с такой яростью.
Я ему сейчас даже завидовал. Впрочем, я не был философом типа Павла Павловича, я хотел решать вопросы. Мне нужна была договоренность с самозванцем на этом этапе, я в ней критически нуждался…
— Стойте, — неожиданно заявила Маша, — Стойте! Дайте мне минуту! Нагибин, перезвони ему через минуту.
— А? — я поднял глаза на Машу, моя жена явно пребывала в сильном волнении.
Ей точно пришло нечто в голову. Нечто, что внушало надежду.
— Да, дайте минуту! — снова потребовала Маша, — Тут есть кое-что важное. Очень важное…
Маша указала на мой смартфон и сделала круглые глаза.